По воле судьбы - Наталья Бульба

Было уже достаточно темно, когда мы оказались на верхнем ярусе донжона. Достаточно, чтобы заметить, как мелькнула в амбразуре девичья фигурка, но не настолько, чтобы разглядеть, как она отступила в сторону, пропуская меня с телом вперед. И хотя это еще не был конец нашего плана, в тот миг, когда первым к распластанным на камнях останкам подбежал мой преданный друг и помощник, я поверил, что судьба была на моей стороне.

А через несколько дней, уже в моем замке, в присутствии Арадара мы произнесли брачные клятвы. И не было за эти несколько лет ни одного мгновения, чтобы я сожалел об этом.

Правда, ни разу не набрался храбрости, чтобы спросить об этом у жены.

– Я отойду к сестре.

Я так задумался, что едва не пропустил момент, когда распорядитель объявил помолвку совершенной и пригласил гостей в парк, где под натянутыми между деревьев полотнищами было выставлено угощение и приготовлена площадка для танцев.

– Передай ей от меня поздравления. – Я незаметно коснулся губами ее ушка и, натянув на лицо маску озабоченного государственными делами советника, направился в сторону Анжи и д’Арбаса, которые отошли чуть в сторонку, оставив жениха и невесту на растерзание желающим их поздравить.

Правда, Азаиру достанется значительно меньше, чем Верте, которая хрупкой и изящной статуэткой застыла рядом с ним, довольно крупным по меркам людей мужчиной. Все-таки он являлся представителем другого рода, и создавать дипломатические трудности вряд ли кто-то был намерен.

Я улыбнулся собственной мысли: отправляя девушку к оборотням до свадьбы, мой король предусмотрел даже это. Ей не придется чувствовать себя неуютно. По негласным законам двуипостасных невеста – практически жена, и принимают ее у себя соответственно.

Да только недолго придется им оттачивать на девушке свое мастерство наносить удары колкими фразами, пряча их за поздравлениями и полными благосклонности улыбками. Верта и сама могла лишить их подобного развлечения, а уж с помощью Самиры сделает это значительно быстрее. Моя жена хоть и редко бывала при дворе, но, заметив однажды вскользь, что король не просто так назначил меня на этот пост, сумела одной фразой заставить окружающих если не бояться, то опасаться ее. Проделки того, кто долгое время считался моим отцом, в столице все еще помнили.

Проходя мимо княжича, я посчитал, что имею право на небольшую шалость, и подмигнул ему. Вряд ли он догадается, что именно я хотел сказать, но задумается точно. Затем двинулся дальше, ощутив, как с каждым шагом усиливается та тревога, которую я с самого утра гнал от себя.

– Князь, – поприветствовал я его и короля полупоклоном. – Как в крепости?

– Я думал, что начнешь ты все-таки с поздравлений, – ворчливо протянул д’Арбас, в очередной раз напомнив мне развалившегося на тахте ленивого, откормленного кота.

Меня минула сия ошибка – попасться на этот образ. Все, что я к моменту нашей первой встречи слышал об этом правителе, кричало, чтобы я был внимателен и осторожен. Но те, кто оказался осведомлен менее меня или не поверил собственным умозаключениям, потом корили себя за беспечность.

Князь был жестким и бескомпромиссным главой своего клана, в первую очередь преследующим именно свои интересы, и любящим, но требовательным отцом.

– О поздравлениях и спешности некоторых решений мы еще поговорим, – улыбнулся я ему открыто, но добавив во взгляд обиды за недоверие, которое они проявили по отношению ко мне. – Как и о том, что мне не хотелось бы видеть горечь в глазах своей жены. Надеюсь, вы, князь, и ваш сын уделите мне несколько минут до того, как покинете этот гостеприимный дворец.

Д’Арбас, хитро прищурившись, посмотрел на Анжи, а тот в ответ негромко засмеялся:

– Я тебя предупреждал. Мой советник принадлежит к тому приятному моему сердцу меньшинству, для кого родственные отношения не являются пустым звуком. Так что тебе придется присылать мне регулярные отчеты, чтобы я мог его успокоить.

– А еще лучше, – подыграл я ему, – я отправлю к оборотням своего наблюдателя из особо доверенных мне лиц. Ведь вы, князь, – я с трудом сдерживал себя, чтобы не рассмеяться вслед за своим королем, а глядя на поразительно флегматичного тигра, это была трудная задачка, – не откажете мне в такой малости.

– Что угодно ради спокойствия прекрасной Самиры, – продолжая сохранять на лице полную невозмутимость, кивнул глава тигров. – А в крепости все не так хорошо, как бы мне хотелось, – добавил он, не меняя выражения лица. – Азаиру удалось найти того, кто отравил мою жену. И им оказался демон… – И, сделав паузу, словно давая нам возможность самим продолжить цепочку рассуждений, тут же ее разрушил: – Но не степной.

Ингвар

Две наши крытые повозки, каждая разделенная внутри плотной занавесью на пару закутков, находились в центре каравана. На этом настояла Шари. Хоть я и был главным в команде, сейчас именно она отвечала и за нашу безопасность и за то, чтобы информация о ее диковинках оказалась у тех, кто нас интересовал.

Для того чтобы все именно так и было, повелитель не поскупился на золотые монеты, перекочевавшие из его казны в кошель охотницы.

Благодаря этому мы не слишком задержались в воротах окружавшей город крепости, дожидаясь своей очереди быть проверенными отцовской стражей. Хотя отдохнуть нам так и не удалось. Впрочем, с той минуты, как мы покинули дворец отца, если кто из нас мог рассчитывать на отдых, так только Раила и Вионика, чем они и воспользовались, как только караван выбрался на тракт. Прошедшая ночь была беспокойной.

К постоялому двору, где собирался обоз, мы подъехали уже довольно поздно, но это не избавило нас от постороннего любопытства. Слухи, распространяемые в столице, сделали свое дело. Пусть там и говорилось о двух барышнях, пораженных редким проклятием, вряд ли среди торговцев нашелся хоть один, кто не соотнес ремесло Шари, путь каравана и сведения о необычной красоте девушек. Именно поэтому большинство собравшихся поутру отправиться в путь дожидались нашего появления, желая убедиться в правдивости именно последнего утверждения.

Если кто-то и возмущался тем, что несчастные должны были попасть в гарем, то молча. К тому же прелестницы не были демоницами, и на них не распространялся закон правителя, запрещающий принуждать к чему-либо имеющих право ответственности за себя особ.

Увы, но развлечься за наш счет им не посчастливилось. Девушек, закутанных в харэми – плотную накидку, которую носили женщины жарких степей в определенные периоды жизни, я и Рауль, окруженные остальными из нашего отряда, отнесли в приготовленные на втором этаже комнаты.