По воле судьбы - Наталья Бульба

– Ты разочаровываешь меня, сын, – с обидой в голосе проворчал отец. Мне же ничего не оставалось, как ухмыльнуться. Не зря же тот план, который мы обговорили при первой встрече, показался мне не столь элегантным, как те, которые предлагал он. – Я разве хоть раз произнес, что караван направляется в Самархаш?

Перевязь с оружием оказалась в его руке быстрее, чем он протянул ее в сторону телохранителя.

– Ты позволишь мне угадать? – Я встряхнул черными как смоль волосами и отметил внимательный взгляд змеи. Ей явно нравилось наблюдать за самой собой в моем исполнении.

– Прошу, – отреагировал он широким жестом на мою просьбу и лишь улыбнулся, когда остальные подтянулись поближе.

– Я знаю только одного правителя, которого наш родственничек ненавидит не меньше, чем тебя. Хоть и умело это скрывает. – Моя усмешка относилась не только к папеньке. Похоже, мои друзья посчитали эту загадку достойной того, чтобы поломать над ней головы.

– Мне казалось, что их никак не меньше полудюжины. – Судя по выражению лица, Рауль в личине Раилы тасовал имена, как фишки в шахере, но вряд ли мог знать то, что было известно мне. Пусть и произошло это случайно.

– У меня осталось трое, – фыркнул Ренард, явно рассчитывая на мое признание. Но я в ответ лишь покачал головой. Раз уж они ввязались в это состязание, пусть идут до конца.

– С учетом того, что мы должны будем двигаться через пустыню Анаск, это либо вождь кочевых далиров Талис дель-Армабиль, либо… – Терзар с восхищением посмотрел на повелителя.

Я воспользовался тем, что все взгляды устремлены на улыбающегося с подтекстом Рышара, и повел плечами в условном жесте, получив в ответ столь знакомый мне прищур – он действовал не в слепую, он успел договориться с тем, кого мы еще не столь давно считали не менее опасным врагом. И план, по которому две барышни должны были попасть в гарем к повелителю степных демонов, являлся лишь частью другого, который был не менее, если не более, важен. А это значило…

Он уже давно располагал той информацией, которую мы собирали по крупицам. И скорее всего, не он один. Что ж, и хотелось бы мне почувствовать сожаление по этому поводу, но не получилось. Меня никогда не смущало, что мне никогда не достичь подобных высот, да и не стремился я к этому. По крайней мере, пока в моей жизни не появилась Вионика.

– Амархан решил позлить папеньку? – язвительно уточнил я, понимая, что намек был слишком прозрачен, чтобы остальные не догадались, для кого именно предназначались диковинки.

– Скорее, воспользоваться ситуацией. Или ты забыл, кто его мать?

И хотел бы забыть, но… Не зря же образ демоницы, личину которой накинул отец, показался мне знакомым.

– Мне передать ей приглашение? – Я скромно потупил взор, благо личина змеи позволяла это сделать с большим изяществом.

– Для тебя будет лучше, если ты с ней не увидишься, – хмыкнул он, намекая, что не мне тягаться в искусстве двусмысленностей с этой женщиной.

Стоило признать, что я и сам это понимал.

Попав в гарем отца в совсем юном возрасте, она довольно быстро успела стать самой яркой его драгоценностью. Многие предлагали ему огромные деньги, рассчитывая заполучить себе непревзойденную танцовщицу, тонкого собеседника, красивейшую женщину и талантливого воина. Но Рышар был непреклонен, и Фаридха продолжала украшать его сокровищницу.

Так было до тех пор, пока папенька не предложил ей стать матерью его ребенка. Не знаю, что именно ей не понравилось, но… она сбежала. Сбежала оттуда, откуда сбежать было невозможно.

Через несколько лет, в течение которых ее разыскивали за огромное вознаграждение, обещанное отцом хотя бы за сведения о ней, она нашлась. В гареме Вахира.

Спустя некоторое время она покинула и его, по слухам, которые не очень скоро, но подтвердились, нося под сердцем дитя повелителя степняков. Вновь объявилась она уже после того, как ее сын, Амархан, достиг возраста самостоятельности, взяв свою мать под защиту. Вот с тех пор Вахира, его единственного отпрыска и эту демоницу связывают очень непростые отношения.

Вроде бы сыночка и признали, но рядом с титулом «принц» не стоит «наследный», пусть даже он и отвоевал себе приставку наместника к имени, избавив Анаск от одного из довольно крупных правителей.

Вроде бы Фаридха в праве сама решать свою судьбу, но наш дальний родственничек, в отличие от моего родителя, так и не простил ей побега, продолжая делать все, чтобы заполучить эту женщину. А если к этому добавить, что она обучалась с моими старшими братьями всем тем наукам, которые считались обязательными для сыновей повелителя, и стала хорошим воином, то было понятно, чем именно заканчивались все эти попытки…

– Хорошо, – кивнул я, соглашаясь с его предостережениями, и, вызвав мыслеформу, скинул личину. – До заката всем отдыхать, на вечерней заре покидаем дворец. – Качнув головой на вопросительный взгляд Вионики, двинулся следом за отцом, который направился к уходящей в глубь сада аллее.

Мы отошли уже довольно далеко, а он все еще продолжал молчать, лишь изредка задумчивым взглядом окидывал цветущие кустарники, создающие иллюзию длинного коридора, устремленного в никуда, или вдруг улыбался, словно мысли, посетившие его в этот миг, доставляли ему удовольствие.

Он заговорил, когда до моего любимого с детства места оставалось не более пары дюжин шагов. Каменный обрыв и падающая с него прозрачной стеной вода, за которой в небольшом гроте был один из потайных ходов, ведущих далеко за линию крепостных стен.

– Отец Вионики ничего не имеет против ее брака с тобой. При условии, конечно, что ты ее сбережешь.

– И когда ты успел? – резко остановился я.

– Подкинь своей барышне идею позаниматься с Ренардом, – проигнорировав мой вопрос, продолжил отец. – В Вахире кровь повелителей, и поодиночке им с ним не справиться. Если же они научатся работать в паре, то в случае опасности у вас будет дополнительная защита.

– Не боюсь ошибиться, что мы все стали жертвами твоего сговора с Анжи и д’Арбасом. Но вот как в вашей компании оказался глава дома анималов-змей, я даже предположить не могу, – ни на что не надеясь, проворчал я. Тем не менее не упускал ни единого его слова.

– Амархан вам помогать не будет. Он лишь согласился, чтобы в распространяемых о диковинках слухах прозвучало его имя. Однако если вы справитесь…

– Можешь не продолжать, – теперь уже хмыкнул я. Уж с этой тактикой я был хорошо знаком.

– Возможно, тебе доведется встретиться с Фаридхой, – отцу не было нужды скрывать от меня то, что он чувствовал (потому и сумел я увидеть в его глазах и не ушедшую из его сердца любовь, и боль потери, и… отголосок надежды), – тогда заверь ее, что я не буду покушаться на то, чем она дорожит. И я буду ждать ее, когда бы она ни пришла, и не задержу, если она сочтет нужным меня покинуть.