По воле судьбы - Наталья Бульба

Возможно, я бы и пропустил это замечание мимо ушей, но мне как-то довелось побывать в том местечке и видеть дамочек, которые прохаживались по пропахшим морем и гниющей рыбой улочкам. И если мои движения в попытке изобразить из себя грациозную Вионику хотя бы отдаленно были похожи на их, то мне становилось понятно, почему смех не затихал так долго.

– Может, мне попробовать? – словно ни к кому не обращаясь, проговорил флегматичный от природы Терзар. – Я вроде такого же роста.

Рауль, только-только успокоившийся, согнулся во второй раз. Воин Дамира был выше меня почти на голову. Не говоря уже о комплекции. Я, конечно, тоже мало напоминал фигурой волнующие формы моей возлюбленной, но у меня хотя бы ширина плеч отличалась от обхвата талии, у него же…

– Сссмотри ещщще раз. – На лице Вионики продолжало оставаться довольно безразличное выражение, но я ясно чувствовал, что ее терпению приходит конец.

Она… он… короче, девушка, выглядевшая точно как ар-принц Ингвар, встала передо мной и сделала несколько шагов. Теперь согнулся уже я, потому что видеть, как далеко не самый хилый демон танцующей походкой вышагивает перед группкой уже обезумевших от подобного зрелища людей и нелюдей, было выше моих сил.

– Мне кажется, – чуть успокоившись, тихо, но так, чтобы все остальные услышали, прошептала Шари на ухо Ренарду, – что мы перемудрили с планом.

Тот перевел взгляд с охотницы на меня и… согласился.

Возможно, хохотали бы все еще долго, если бы в саду, где мы примеряли заготовленные Раулем личины, не показался тот, о ком я совсем недавно вспоминал.

Появление отца заметил не только я. И хотя остановить рвущийся из груди смех было трудно, мы дружно попытались вернуть на лица соответствующие его статусу выражения.

– Ну и как? – Он тоже… попытался не заметить нашего веселья.

– Есть у меня опасения, – нежно улыбнулась ему Шари, – что раньше осени мы не покинем ваши земли, мой повелитель.

Папенька несколько мгновений без всякого энтузиазма понаблюдал за моими потугами и многозначительно протянул:

– Я, конечно, ожидал проблем, но чтобы таких…

– Посмотрел бы я на тебя… – проворчал я, кинув на него недовольный взгляд.

Не хотелось мне, чтобы он раньше времени раскрыл мою игру, о которой могли догадаться лишь те, кто когда-нибудь пользовался личинами Рауля. Его способность к созданию образов была поистине уникальна: вместе с внешностью ее владельцу переходили и навыки тела. Не сомневаюсь, что и с ментальным рисунком было нечто подобное. Не зря же первое, что я сделал, активировав амулет, – оценивающим взглядом прошелся по находящимся рядом мужчинам.

– А почему бы нет, – плотоядно улыбнулся тот и, отбросив перевязь с парочкой неразлучных мечей в руки стоящего неподалеку телохранителя, подошел ко мне ближе.

Я лишь на мгновение отвел взгляд, подбирая подол длинного платья, на который постоянно норовил наступить, а когда поднял голову, то вместо повелителя рядом со мной стояла прелестнейшая из демониц, которых я когда-либо видел. Ее ресницы томно опустились, пряча манящий к себе внутренним огнем взор, голова чуть склонилась, позволяя не убранным в прическу локонам скользнуть на лицо.

А потом это существо, сделав несколько невероятно волнующих шагов, замерло напротив Ренарда.

– Вы пригласите меня на танец? – Ее губы дрогнули в смущенной улыбке, но было в ней кроме этой неловкости столько соблазна, что мне едва ли не пришлось напоминать себе, кто именно прячется за этой личиной.

– Разве я могу отказать столь прелестной даме? – хмыкнул граф и подал ей руку, чтобы вывести в центр площадки.

– Мы, кажется, ошиблись с подарком Вахиру, – нарушила благоговейную тишину охотница, с насмешкой посматривая, как рука советника короля уверенно ложится на тонкую талию барышни в исполнении моего отца.

– Моя милая Шари, – обернулась к девушке демоница, – ты несколько опоздала с этой идеей. Это одна из причин, по которой мой дальний родственник меня так не любит.

– И когда ты успел? – Мне все-таки надоело разыгрывать комедию, и я, с нежностью улыбнувшись насупившей брови Вионике, начавшей догадываться, что все это было розыгрышем, с небрежным изяществом придворной кокетки прошелся по белому с искрой мрамору.

– Ну… – протянул отец, скидывая личину и подмигивая не успевшему отреагировать на это графу, – я в молодости не отличался спокойным нравом.

– А то ты им сейчас отличаешься, – пробурчал я себе под нос, нисколько не сомневаясь, что он меня услышит.

– И если ты немедленно не прекратишь паясничать, то сможешь убедиться в этом на собственной шкуре, – с нотками недовольства протянул тот и, как-то неожиданно быстро оказавшись рядом, уже совершенно иным тоном прошипел: – Тебя кто надоумил ребенку новорожденного кармачи отправить?!

– Сам придумал, – отмахнулся я от него, давая понять, что совершенно не поверил в прозвучавшую угрозу.

– Оно и видно, – продолжил он уже более миролюбиво. – А ты знаешь, что этот зверек способен защитить дочь Тианы, если той придется восстановить свою связь с тотемным зверем?

Надеюсь, моя усмешка не испортила прелестного лица змеи.

– Мне кажется, я уже успел доказать тебе, что вполне способен думать самостоятельно.

– Я заметил, – двусмысленно улыбнулся он мне в ответ. Явно намекая, что пора заканчивать представление.

Жаль, конечно, но он был прав.

– Когда выступаем? – Я подмигнул Вионике, которая несколько напряженнее, чем мне бы хотелось, прислушивалась к нашему разговору. И опустился перед отцом в безукоризненном реверансе.

– Завтра на рассвете. – Еще мгновение назад он был безобиднее домашнего питомца, все проделки которого направлены лишь на то, чтобы привлечь внимание своего хозяина, теперь же он был тем самым повелителем, имя которого никогда не произносилось без соответствующего эпитета – хоть с ненавистью, хоть с восторгом. – История о двух прелестных созданиях, якобы проклятых древним духом, уже гуляет среди торговцев.

– Не слишком ли все тривиально? – Эта мысль не давала мне покоя.

Вахир был не просто хитер и подозрителен. Он не верил никому и ничему, выстраивая свою власть на чужом страхе. Его подданные стремились сделать все, для того чтобы не пробудить его гнева, после которого следовала неотвратимая и мучительная смерть. И нередко на встречу с предками отправлялся не только вызвавший это чувство, но и те, кто был ему близок и дорог. Да и про темное искусство забывать не стоило – вряд ли только творимые повелителем зверства стали залогом его мрачной славы.

– Ты разочаровываешь меня, сын, – с обидой в голосе проворчал отец. Мне же ничего не оставалось, как ухмыльнуться. Не зря же тот план, который мы обговорили при первой встрече, показался мне не столь элегантным, как те, которые предлагал он. – Я разве хоть раз произнес, что караван направляется в Самархаш?