Когда он вернется - Карен Рэнни

Аласдер подбежал к ним и, выхватив у всадника хлыст, швырнул его на землю. Другой рукой он зацепил грабителя за пояс и стащил с лошади. Наемник Драммонда упал, но тут же поднялся на колени. Аласдер не стал дожидаться, пока он встанет, и ударил его сапогом, угодив в подбородок.

– Попробуй ударить мужчину, который способен дать тебе отпор, а не человека вдвое старше тебя.

В это время из одного из домов выбежала женщина, на которой горел фартук. Аласдер бросился к ней и с помощью других людей повалил ее и стал катать по земле, пока огонь не потух.

– Какой добрый самаритянин, – услышал он за спиной издевательский голос. Еще один из приспешников Драммонда одной рукой держал поводья лошади, а другой – пистолет, которым он целился в Аласдера.

Аласдер уже видел этого человека во время своего визита в Фернли. Худое, изможденное лицо, прищуренные глаза, наглая ухмылка.

Прошло мгновение, но казалось, что пролетела вся жизнь. Они молча смотрели друг на друга – убийца и жертва.

Аласдер услышал приглушенный звук, потом увидел искры и белое облачко над дулом. Он стал свидетелем собственной смерти, почувствовав тот миг, когда пуля попала ему в голову.

Глава 25

Изабел сидела на вершине холма, обхватив руками колени. Время от времени она вставала и смотрела туда, где к небу поднимался дым. Чувство тревоги росло с каждым часом. Она пыталась убедить себя, что Аласдер Макрей не тот человек, над которым легко взять верх, но это ее не успокаивало.

Солнце уже начинало свой путь к закату, а Аласдер все не возвращался. У горизонта в небо все еще поднимались тонкие струйки дыма.

Возможно, место пожара оказалось дальше, чем они думали. Или Аласдер помогает его тушить. Нет никакой причины волноваться, уговаривала себя Изабел. Она так долго жила в постоянной тревоге, что это, видимо, вошло у нее в привычку.

Изабел встала и начала прохаживаться по тропинке. Небо все больше темнело, но не от дыма, а от того, что наступал вечер.

Даже тишина вокруг казалась ей теперь зловещей. Птицы умолкли, и в кустах не было слышно ни звука, словно сама природа замерла в ожидании.

Только в Гилмуре было видно какое-то движение – лошадей выводили с «Молли Браун» и вели через перешеек во двор.

Может быть, и Аласдер там? Возможно, он подумал, что и она решила вернуться в Гилмур из-за позднего часа? Или он послал кого-то за ней, и этот человек ждет ее внизу.

Поколебавшись, Изабел все же начала спускаться с холма.

Тонкие лучи заходящего солнца пробивались сквозь ветви деревьев, освещая ей дорогу. Но очень скоро в лесу стало темно. Молодые ветки уже не казались признаками новой жизни, а были пальцами с когтями, цеплявшимися за ее юбку. Сучки с треском ломались под ее ногами, запах прелых листьев был резким и назойливым.

Наконец лес кончился, и Изабел вышла на открытое пространство. Она пошла по заросшей сорняками тропе, решив, что та приведет ее к перешейку.

Однако вместо этого она оказалась в давно заброшенной деревне. Сохранилось всего около десятка домов, соломенные крыши которых почти сгнили, хотя каменные стены все еще были крепкими. Когда Изабел была ребенком, она часто сюда приходила и удивлялась: что же случилось с Макреями, куда они все подевались. Теперь ей это стало известно, и она знала, что деревня в долине была свидетельством мужества и стойкости живших здесь людей.

Здесь, как и в крепости, в воздухе витали голоса людей. Изабел даже показалось, что в легком бризе слышен мелодичный смех. Если здесь и жили призраки, они были счастливы.

Аласдер.

Она почти чувствовала, что он стоит рядом и улыбается. Он протянул ей руку, и она хотела взять ее, чтобы превратить его из призрака в живое существо.

Неужели с ним что-то случилось? Вдруг это его душа с ней попрощалась? Мягко и нежно, с улыбкой, которая шла из самого сердца. Что за чушь, оборвала себя Изабел и быстрыми шагами покинула деревню.

Перешеек освещался с обеих сторон пылающими факелами. Во дворе на нескольких шестах были развешаны фонари. Оглядев двор, Изабел заметила, что повар уже занялся приготовлением ужина. Команда «Стойкого» ставила палатки, а матросы с «Молли Браун» складывали ящики. Немного в стороне был устроен огражденный веревками загон для лошадей.

Но Аласдера нигде не было.

Изабел не сразу обратила внимание на то, что стало вдруг очень тихо и все повернулись к ней.

– Вы не видели Аласдера? – спросила она Брайана, не скрывая своего беспокойства. – Он здесь? – Она прижала руки к груди, чтобы унять дрожь.

– Я не видел капитана, хозяйка, с того самого момента, когда вы с ним сошли со «Стойкого». Что-нибудь случилось?

Стараясь говорить спокойно, она рассказана, что произошло. Брайан молча ее выслушал и внимательно оглядел горизонт. Но если дым пожара все еще и поднимался, то на темном фоне неба его не было видно.

– Мы найдем его, хозяйка, – сказал Брайан и подал знак одному из матросов.

Неужели он думает, что она останется здесь и будет ждать? Изабел направилась к загону.

– Позвольте нам ехать на поиски, хозяйка, – сказал Брайан, последовав за ней.

Изабел не стала ни спорить, ни пытаться что-то объяснить. Она просто нырнула под веревку ограждения и взяла за поводья ближайшую к ней лошадь.

Изабел знала, что ночью долина может быть опасной. Но она думала только о том, что ей надо найти Аласдера. Она вывела лошадь из загона. Потом, пользуясь кирпичной кладкой как подножкой, села на лошадь и сняла с шеста фонарь.

– Следуйте за мной, – приказала она Брайану и двум матросам. Больше она ничего не сказала. Ее внимание было сосредоточено на дороге и на том месте, где она днем видела дым.

Сначала они ехали по опушке леса, затем свернули на юг, а потом снова на запад. Аласдер, видимо, выбрал более короткий путь, но, не зная местности, они не могли ехать через лес. Дорога постепенно поднималась вверх.

В какой-то момент Изабел почувствовала в воздухе запах гари и поняла, что пожарище уже близко.

Ее сердце сжалось, одна рука крепче ухватилась за поводья, а другая – за фонарь. Чувство страха было леденящим.

Она никогда не ездила так далеко. Ее тайные вылазки ограничивались Гилмуром. Сейчас она сидела верхом, юбка сбилась у нее на коленях, щиколотки были обнажены, а волосы распущены, будто она была девушкой, а не скромной замужней женщиной. Но о скромности Изабел сейчас не думала. Ее единственной мыслью было найти Аласдера.

Копыта будто выбивали на каменистой тропе его имя. Аласдер. Аласдер. Аласдер.

На склоне холма она увидела небольшую деревушку. Дома, словно раскаленные угли, светились изнутри. Их стены были покрыты копотью. В центре деревни стояла толпа людей, которую можно было принять за призрак, если бы не доносившиеся время от времени слабые стоны.