Записки геологоразведчика. Часть 2: Институт - Александр Викторович Виноградов

Через Лазаревское шли практически все поезда на Сочи и ещё дальше в Грузию, поэтому я сел на ближайший поезд через десять минут. Через два часа был на вокзале в Сочи. Сразу на вокзале обратился в курортное бюро, где, посмотрев мою курсовку, разъяснили, что жить буду на частной квартире, питаться в столовой санатория "Кавказская Ривьера", там же буду и лечиться. Мне выдали адрес квартиры, где должен жить. Это было недалеко от санатория и одноимённого парка. Улица называлась Ореховая аллея, и на ней, уже вразбежку с частными домами, стояли 4-5-этажные кирпичные. В один из таких я и зашёл. В квартире хозяев почему-то не было, а жили одни курсовочники. Сосед по комнате велел искать хозяев во дворе среди строений, напоминающих собачью конуру – из каких-то ящиков от папирос, но побольше размером. Я спустился вниз и нашёл хозяйку квартиры. Она посмотрела моё направление из курбюро, поднялась со мной в дом и указала на кровать в маленькой комнате, где стояла ещё одна, уже занятая. Дала постельные принадлежности и ушла. Сосед рассказал, что в этих больших домах большинство хозяев летом в квартирах не живёт, а сдают их отдыхающим. Себе во дворе лепят что-то из папиросных ящиков, там летом и живут.

На другой день я пошёл в поликлинику, где мне сделали всякие физические замеры, выписали курортную книжку и назначили двенадцать ванн из источника Мацеста. Прикрепили к столовой и указали время посещения и стол.

Первое, что бросилось в глаза по прибытии на кавказский берег – это удушающая влажная жара, особенно в солнечный день. В тени было практически также тепло, только пекло поменьше. Самое интересное, что и ночью эта жара мало спадала. Видимо, эти большие кирпичные дома с самой весны калились на солнце и ночью, вместо того, чтобы охлаждаться, отдавали тепло в жилые комнаты. Первые ночи я почти не спал и засыпал только под утро. Потом мне кто-то посоветовал мочить под краном простыню и ей накрываться. Да, первые часы было терпеть легче, но потом ткань опять высыхала, и приходилось всё начинать сначала.

Оказалось, что мой организм совершенно не приемлет климат влажных субтропиков, что подтвердилось потом в 1975 г., когда я с семьёй отдыхал в Лазаревском. Кроме этого, для ношения с собой денег и документов приходилось надевать пиджак – ручных балеток в те годы не было. В пиджаке же было совсем "хоть стой, хоть падай". Снимешь его на руку – неудобно. Опять приходится надевать и т. д.

В столовой сначала кормили настоящих курортников – тех, кто приехал в санаторий по путёвкам. Курсовочники шли второй очередью. Кормили нормально. Были и овощи, и мясные блюда, и масло сливочное. Заказывали на два дня вперёд из предложенного меню. Однако овощей и фруктов было крайне мало. Пошёл один раз на базар и ужаснулся ценам. Помидоры и арбузы стоили по 10 руб. за килограмм – это в несколько раз дороже, чем даже в районе Москвы. Мне пояснили, что на курортах всегда такие цены. Люди сюда приезжают отдыхать, специально копят целый год деньги на эту поездку и покупают все, что им нравится по местным ценам, не торгуясь. Много в те годы приезжало людей с Севера, отпуска у них суммированные по полгода за 2,5 года работы, зарплаты тоже были очень хорошие, и они сорили деньгами, практически их не считая. Тратили часто всё до упора, не оставалось даже на обратную дорогу. Но телеграмма друзьям на работу – и на другой день всегда приходила нужная сумма. Я там со своими деньгами выглядел просто нищим, а рассчитывать получить от мамы ещё что-то дополнительно не мог. Она и так дала мне на дорогу около 800 руб. Поэтому прикупить что-то на базаре я не мог. Но неожиданно нашёл на вокзале совершенно необычные малосольные огурцы. Сначала увидел ряды киосков с грузинскими разливными винами, потом до меня долетел необычный запах специй – в киоске грузин продавал и малосольные огурцы. Я взял для пробы пару штук. Откусил – и открыл рот от жгучего перца. Но, кроме этого, там был ещё такой непередаваемый букет разных трав-специй, что, съев пару, взял ещё кулёк огурчиков с собой. Потом ещё раза три за время пребывания там ходил в этот киоск.

В Мацесту на ванны возил от поликлиники специальный автобус по графику. Ванный корпус был очень старой постройки – то ли конца XIX, то ли начала XX века. Вода поступала из скважин в натуральном виде, разводилась до лечебной консистенции и заливалась в ванны. Первый сеанс около 8 мин. Потом с каждым разом время увеличивалось на 2 мин, если только врачебный контроль не улавливал в организме какие-нибудь отрицательные сигналы. Вообще, про действие мацестинских вод рассказывали просто чудеса – они, мол, ставили на ноги больных, которых приносили на носилках.

Кроме минеральных вод, безусловно, оздоравливающее действие оказывало и море. Купание благотворно сказывалось и на самочувствии и на здоровье. Основным районом купальщиков опять же был пляж "Кавказской Ривьеры". Этот пляж был более-менее обустроен – стояли грибки, можно было взять лежак. Но основная масса людей лежала и загорала просто на берегу, усыпанном мелкой и крупной галькой. Песчаных пляжей я там не видел. Народ купался, в основном, при волнении моря до двух баллов. Да и на этом санаторном пляже при большей волне купаться запрещалось. Люди, которым хотелось испытать острые ощущения, купаясь в шторм, уходили на полкилометра южнее, на так называемый дикий пляж. Однажды что-то толкнуло меня посмотреть на них, и я туда пришёл. Сел повыше, куда не захлёстывала волна, стал наблюдать. Был шторм 5 баллов, и плавало около двадцати человек. Волна была достаточно крутая, и головы купальщиков то появлялись на её гребне, то исчезали и мельтешили, как поплавки. Я стал наблюдать, как некоторые из них входят в воду. Они во время отлива забегали по колено в море, а когда надвигалась высокая волна, ныряли в неё и выныривали уже на её обратной спокойной стороне. Мне понравилось наблюдать за процессом вхождения в море и вдруг захотелось самому испытать этот кайф – плавал я, в общем-то, неплохо. И только одного не изучил и не учёл: а как же выходить в шторм на берег? Забежал в море и нырнул в набегавшую на меня волну. Вынырнул и начал плавать. Ощущения просто превосходные: не сравнить ни с каким купанием в спокойном море.