Записки геологоразведчика. Часть 2: Институт - Александр Викторович Виноградов

приличный китель с нашивками младшего сержанта и кучей значков классного специалиста. Был он маловат, но другого ничего не нашлось. Подошёл автобус части и повёз нас во Дворец культуры. Там я никогда не был. Это было большое здание с множеством помещений. В большом фойе играл оркестр, шли танцы. Мы держались все вместе, но принимали активное участие в танцах. В 23.30, как и условились, подъехал автобус. Все уселись, и тут я в салоне обнаружил девушку. Спросил её, зачем она села в автобус? Но тут один наш солдатик сказал, что она проедет с нами до другого посёлка и там сойдёт. Однако только, когда подъехали к КПП, девушка пошла на выход. Следом за ней вдруг рванулся и солдат. Когда я попытался его остановить, тот сказал, чтобы я не говорил о нём комбату, а он меня не подведёт, перед утренним подъёмом будет на месте. Сделать я уже ничего не мог, и приехали на батарею без человека. Все знали, что капитан Раев – очень жёсткий и требовательный командир, не раз наказывал людей за нарушение воинской дисциплины. Солдаты один раз даже пытались его побить за это. Знал это и я, но надеялся, что всё сойдёт. Встретил нас дневальный и велел идти в столовую ужинать – на нас был составлен расход. Пришли, сели за стол. Время было позднее – за полночь. Минут через пять скрипнула дверь и к нам зашёл комбат – в галифе и гимнастёрке, но без ремня. Присел с краю. Спросил меня: "Как прошло мероприятие?". А сам сморит на жующих солдат. Потом спросил: "А где Васильев?". И тут я, не моргнув даже глазом, совершенно спокойно сказал, что он кушать отказался и ушёл спать. Комбат ещё посидел немного и ушёл. Я так и не понял: поверил ли мне тогда Раев? И не ходил ли в казарму проверять мои слова? Но парень меня не подвёл – пришёл незадолго до подъёма. А когда все встали, то подошёл и поблагодарил, что я не рассказал комбату о его самоволке. Во всяком случае, с комбатом я расстался хорошо, и он даже отпустил меня на день раньше окончания стажировки.

Поездка в Сочи. Лечение

У меня оставалось три дня до начала лечения, и никаким поездом я уже не успевал доехать до пункта назначения. Поехал в кассу "Аэрофлота". Народу там было немного, на Сочи билетов не было. Это был разгар отпускного сезона. Хоть в те годы ещё не наблюдалось массового наплыва пассажиров на самолёты из-за отсутствия на трассах реактивных лайнеров и высоких цен на билеты, но кое-кто летал и тогда. Я задумался – и решил лететь не прямо в Сочи, а в ближайшее место. Таким местом оказался Краснодар. Туда продавались билеты за 510 руб. – вылет через день. И я взял билет. Никогда в жизни не летал до этого в самолёте, даже близко к нему не подходил.

Сборы были недолгими – эл. бритва, пару сменок нижнего белья, полотенце вошли в небольшой фибровый16 чемоданчик. Через день я рано утром был в Кольцово. Рейс не прямой, а с посадками в Самаре, Волгограде, Ростове и Краснодаре. Двухмоторный самолёт Ил-14 с поршневыми двигателями брал на борт 28 человек. При регистрации чемоданчик сдал в багаж и спокойно пошёл на посадку. Минут через пятнадцать самолёт уже взлетел. Ощущение было довольно необычное – как будто из-под ног ушли опоры. Погода стояла безоблачная, самолёт шёл невысоко, через иллюминатор хорошо был виден проплывающий пейзаж – леса, поля, речки, города и деревни. Где-то через час полёта появилось лёгкое чувство тошноты, и оно постепенно накапливалось. Однако в Куйбышеве всех высадили на лётное поле, и я немного проветрился. Дальше летели вдоль Волги. Интересно сверху наблюдать речные суда, которые казались стоящими на месте, но, тем не менее, за каждым был виден водный бурун. Перед Волгоградом некоторым пассажирам уже потребовались мешочки, а некоторым после удара шасси о полосу аэродрома. Я опять вытерпел, и так до Ростова. Там меня так сильно "припёрло", что после взлёта приложил лицо к иллюминатору и, не отрываясь, смотрел на проходящий внизу пейзаж. Это меня и спасло. Заметил, что сильное дезорганизующее действие оказывает рвота соседей, особенно близко сидящих. Сели в Краснодаре. Я сразу пошёл в кассу – отсюда летали в Сочи маленькие самолётики АН-2. Однако все четыре рейса уже ушли. Мне посоветовали взять билет на ближайший рейс до Лазаревского, а оттуда на любом поезде два часа до Сочи. Я согласился. Пошёл брать из багажа чемоданчик, но он почему-то не прилетел из Свердловска. Никто не знал по какой причине. Пошёл в службу перевозок и написал заявление, чтобы чемодан отправили в аэропорт Адлер (Сочи). От полёта я уже отошёл и захотел перекусить. Тут же рядом был небольшой базарчик, где женщины торговали овощами и ранними фруктами. Подошёл – и на меня сразу пахнул запах малосольных огурцов с резкими специями. Взял кулёк у одной бабульки и отошёл в сторонку их хрумкать. Таких вкусных огурчиков мне ещё кушать не приходилось. Быстро их съел и подошёл к ней же, прошу ещё кулёк. Та меня узнала и спрашивает: "Откуда ты, сынок?" Когда я ответил, что с Урала, она кивнула головой и сказала: "Всё понятно!"

Через полчаса сел в АН-2 курсом на Лазаревское. Взлетели. Первые 20 мин под крылом тянулись залесённые вершины гор, и вскоре впереди показалось что-то огромное аквамаринового цвета, и я не мог понять, что это такое. Потом увидел, что по этой зелени движется небольшой кораблик, и только после этого понял, что открылся вид на Чёрное море. Самолётик подвернул влево и пошёл вдоль береговой полосы. Вскоре сделал заход над морем и пошёл на посадку – аэродром размещался в какой-то межгорной щели; и посадка и взлёт делались только со стороны моря. Это и был п. Лазаревский. Я вышел из самолёта и пошёл на железнодорожный вокзал – он был совсем рядом. И море тоже было близко. Правда, пляж меня не очень вдохновил, т. к. весь был покрыт галькой разных размеров. На пляже народу было совсем мало – виднелись только одиночные люди и пары, хотя курортный сезон был в полном разгаре. В те годы Лазаревское считалось очень глухой окраиной среди жемчужин Кавказского побережья и малопосещаемой. Все стремились в Сочи, Хосту, Гагры и др. не менее экзотические места. Это уже где-то в 70-е гг. вокруг Большого Сочи объединили всё побережье от