Двойник императора - Алекс Орлов

— Окей, — кивнул парламентер. — Пулитцер, выходи, тебя заметили.

Снайпер вышел из-за колонны и присоединился к остальным автоматчикам.

— Пропустите его, — приказал офицер, игравший роль парламентера.

Автоматчики расступились, и Фальк медленно двинулся через образовавшийся проход.

Его ноги уже еле двигались, и пот струился по вискам, но Томми старался ступать твердо, понимая, что за ним внимательно следят десятки глаз.

Когда захлопнулась дверь причального модуля, он перевел дыхание и, выбрав служебный байк, едва протиснулся в его узкий стыковочный люк.

Бросив тело Кнацеля на жесткий диван, Томми Фальк едва не взлетел от обретенной легкости. Затем заблокировал вход на судно и, вернувшись к Кнапелю, проверил его пульс. Пульс был очень слабый, и, покачав головой, Фальк запустил двигатель байка.

88

Несмотря на то что беглец выжимал из своего байка все возможное, Луи Кальвадос легко держал дистанцию, не позволяя байку уходить дальше, чем этого хотел сам Луи. Он мог бы разнести катер на мелкие кусочки, но приказ есть приказ. На катере находился заложник, а стало быть, стрелять можно только тогда, когда беглец от него избавится.

— Сэр, мы здесь… — раздалось в наушниках Кальвадоса.

— Хорошо, Бренн, — ответил Луи. Теперь его отряд был в полном составе, а от тридцати «суперэскортеров» уйти никому не удастся.

— Он идет к четвертому участку, — прокомментировал ситуацию помощник Кальвадоса Ганс Манесманн.

— Может, у него там сообщники?

— Не знаю. Радар чист. А впрочем…

На экране радара начали появляться метки.

— О, босс! Целая армия. Десять «суперэскортеров» и с ними штурмовики — штук двадцать.

— Ерунда, у нас перевес. И потом, возможно, они идут своей дорогой.

— Нет, босс, не идут. Судя по всему, они собираются нас атаковать.

— Внимание! — взял микрофон Кальвадос. — Всем звеньям, построение «бабочка». По команде огонь на поражение.

«Суперэскортеры» начали быстро перестраиваться, активизируя артиллерийские системы и поднимая заслонки пусковых ракетных установок. Сила была на их стороне, и капитаны чувствовали себя уверенно.

— Внимание! Всем! Всем! Всем! — прозвучал руководящий рокот Главного Арбитра. — Шашки в ножны, господа, и все по домам.

— Но, сэр, — позволил себе замечание Кальвадос, — на байке похититель. Он увозит заложника.

— Спасибо за информацию, капитан, я позабочусь о вашем заложнике, а теперь все по домам. На исполнение три минуты.

Луи Кальвадосу не нужно было повторять дважды. Он прекрасно знал, что происходило с теми, кто не успевал убраться за указанный срок. Гвардия «Айк-Металл» дружно развернулась и вскоре растворилась в черноте космоса.

89

Двое рабочих станции помогли Фальку вытащить Кнацеля из байка и отнести его в медицинский бокс. Спустя две минуты там уже находились Эдди Шиллер и Бени Райх.

— Что случилось, Фальк? Почему ты один и что с Кнацелем?

— Я остался один, сэр. Всех положили на месте. Едва мы вошли к этим директорам, как один из них начал поливать всех из автоматов. С двух рук, как в кино. Берман получил тяжелое ранение, еще один парень, что был с Кнацелем, погиб сразу. Пуля в голову, и все.

— Там что, была засада? — уточнил Эдди.

— Не похоже… — покачал головой Фальк. — Скорее всего, кто-то собирался нас обойти точно таким же способом.

— Ну что с ним, доктор Блум? — спросил врача Эдди, но тот только развел руками:

— Увы, он уже полчаса, как мертв.

— И что, ничего нельзя сделать?! — в голосе Эдди послышалось отчаяние.

— Ничего, — категорично заявил доктор Блум и поправил съезжающие с носа очки.

— Но ведь это для нас очень важно, доктор! Нужно, чтобы он жил, иначе «Айк-Металл» ускользнет из наших рук! Доктор Блум! — наступая на врача, кричал Эдди. — Кнацель должен жить! Кнацель должен жить!

— Да что вы, голубчик? — испуганно пятясь, пробормотал доктор. — Это же труп! Я не колдун — я врач.

Эти слова, казалось, отрезвили Шиллера, и он замолчал, затем внезапно подскочил к безжизненному телу Гилли Кнацеля и, схватив его за плечи, начал бешено трясти.

— Гилли Кнацель! Ты нам нужен! Гилли Кнацель — ты нам нужен! — выкрикивал Эдди, все более исступленно тряся труп бедного Кнацеля.

Все присутствующие с нескрываемым страхом смотрели на беснующегося шефа, предполагая, что он сошел с ума.

— Кнанель! Ты нам нужен! Вернись немедленно, Кнацель! Кнаце-е-ель!!! — буквально завыл Эдди, и его крик парализовал даже тех, кто находился в других помещениях.

Возникла пауза, после которой прозвучал голос:

— Ну чего трясешь, начальник? Я уже здесь. Радуйтесь, ребята, долгожданный Гилли Кнацель с вами!

— Ты не Кнацель! — закричал на оживший труп Эдди.

— Почем ты знаешь, начальник? Давай я буду Кнацелем, только оставь меня здесь! Оставь, гад, а то пополам перекушу!

Оживший труп лязгнул зубами и попытался вырваться, однако жилистые руки худенького Эдди Шиллера держали вырывающееся тело мертвой хваткой.

— Пошел вон, это не твое тело! Мне нужен только Гилли Кнацель! Пош-шел вон-н!.. — снова рявкнул Эдди Шиллер, да так, что доктор Блум повалился без чувств, а Райх схватился за сердце.

Удерживаемое Эдди тело снова забилось, будто по нему пропускали электрический ток. Позвоночник ходил волнами и трещал, как сырые сучья в костре, а голова яростно билась о кушетку.

— Ги-илли-и! Ги-илли-и! — продолжал взывать Эдди Шиллер. Наконец тело перестало биться, и Гилли Кнацель зашелся сильным кашлем.

Эдди тут же отпустил его и отошел в сторону.

— Эй, док, вставайте… — Фальк поднял врача с пола и подвел его к тяжело дышавшему Кнацелю. — Вот, док, окажите ему первую помощь

Все еще находясь в шоковом состоянии, доктор Блум проверил пульс, оттянул пациенту веки и, повернувшись к бледному Эдди, сказал:

— Я… Я не знаю, что вы сделали, мистер Шиллер, но пациент жив и, похоже, придет в себя.

— Очень надеюсь на вас, доктор… — охрипшим голосом проговорил Эдди и вышел в коридор. Вслед за ним вышли Райх и Фальк.

90

Император Джон сидел в тесной каюте, расположенной во внутренних слоях флагманского корабля. Он сжимал руками голову и медленно покачивался, глядя в стену.

Джон почти разуверился в возможностях своих войск. Им все еще не удавалось захватить главный управляющий бункер на Зиги-Боб. А это означало, что флоту Нового Востока предстояло схватиться с Железной Головой, самой мощной после «Сумасшедшего Александра» структурой.

Политическая обстановка складывалась таким образом, что Промышленный Союз со все большим интересом наблюдал за военной кампанией императора Джона и уже практически открыто помогал уцелевшим судам противника. С каждым днем они смелели все больше и вот вчера, сумели пробиться к флагману и атаковать его тремя тяжелыми торпедами. Судну были нанесены серьезные повреждения, и теперь Джон отсиживался в более безопасном помещении.

— Ваше Величество… — В каюту без стука вошел адмирал Саид-Шах. В мирное время такое было невозможно, но в самый драматический момент кампании дворцовый этикет ушел на второй план.

— Да? — обернулся император.

— Ваше Величество, Промышленный Союз прислал свои предложения.

— Предложения Промышленного Союза? — Джон поднялся со стула и прошелся по тесной каюте. — Могу себе представить. Наверное, это что-то вроде ультиматума?

— Практически, да, Ваше Величество.

— Где наш аналитик?

— Крайс за дверью.

— Позовите его, пусть войдет, — распорядился император.

Адмирал тут же кликнул Бертольда Крайса, и тот появился в скромных покоях императора.

— Звали, Ваше Величество?

— Да, Бертольд. Вы в курсе предложений Промышленного Союза?

— Еще нет, Ваше Величество.

— В таком случае, адмирал, огласите их ультиматум.

— Суть требований такова. Они хотят разделить планеты Ученого Дома.

— Что они оставляют нам?

— Рибондас, Кафриер, Любиц и Револьту.

— А себе все остальное?

— Да, Ваше Величество. Трент, Шеврон, Зиги-Боб, Баланчин, Бассено и Крым они оставляют за собой. И они требуют немедленно прекратить атаки на бункер управления и начать эвакуацию войск с Зиги.

— Что мы может предпринять? — обратился император к аналитику.

— Боюсь, что времени для маневра, Ваше Величество, у нас нет. Через четыре часа Железная Голова будет на расстоянии ракетного залпа и начнет влиять на военную обстановку. А через пять часов она начнет выдавливать наши суда с позиций на Зиги-Боб, Тренте и Шевроне. Совершенно ясно, что флот «промышленников» атакует нас в едином строю с Железной Головой. Вместе они для нас являются практически неодолимой силой.