Путь воина: Неофит - Людмила Перова

для дождевой воды, достаточно глубокий, что бы человек мог уйти под воду с головой.

Стены бассейна были выложены плиткой цвета охры, а вода внутри него в любое время года была чистой и прохладной и никогда не уходила — снизу её питал родниковый ключ. У храма не было волхвов и служителей, ими становился каждый, кто приходил поклониться древней силе земли, которую Мокошь олицетворяла.

Гордей вошёл внутрь храма, сбросил с себя одежду и соскользнул с широкого бортика в оживляющую воду бассейна. Вода бодрила, остатки сна словно рукою сняло. Окунувшись несколько раз, Гордей лёг на воду, раскинув руки и ноги в стороны, позволяя воде поддерживать его спину. Гордей прикрыл глаза успокаивая дыхание, сделал несколько долгих вдохов и выдохов. Перед внутренним взором юноши проплыл нежный девичий образ — Маженна, юноша ощутил лёгкую досаду, но тут же прогнал эту мысль прочь. Он должен прийти на встречу с Туром с ясной головою. Открыл глаза. Сквозь круглое окно в крыше, он увидел гаснущие, перед неумолимой силой рассвета, звёзды.

Вокруг круглого отверстия в крыше вилась нитка выбитых в камне рун, это было единственное украшение храма.

" Не полагайся на богов — почитай их." — гласили руны. Прочитав этот совет, Гордей почувствовал как на сердце его обретает покой. Сегодня он завершит начатое, докажет свою честь и право называться витязем или достойно погибнет.

В Школе Желторогого Тура, тем временем, царил переполох.

— Отпустите меня! Я должен отправиться и сразиться с Финистом, иначе меня объявят трусом! — возмущался Стретень, пока его слуги пытались удержать молодого господаря цепляясь за его одежды, за руки и ноги.

— Но господарь наш, зачем вам эти хлопоты! — противились ему мастера. — Мы — ваши руки, мы — ваши мечи и копья! Мы здесь затем и служим, чтобы исполнять вашу волю, предугадывать ваше желание! Лучшие из наших людей, уже отправились на встречу и они разберутся с Белогором.

— Как вы посмели решать за моею спиною, чего я хочу, а чего нет?! Куда? Куда вы отправили людей? — ярился Стретень.

Тем временем отряд из пятидесяти шести человек — лучшие мечники и копейщики Школы Желторогого Тура, а точнее почти все, кроме самых юных учеников, продвигались среди полузатопленных разливом реки лугов, к храму Мокоши. Люди шли молча, хмурые, но полные решимости разобраться с общим врагом. Над лугами и полями стоял пар, видимость из-за сырого тумана и раннего часа встречи была настолько плоха, что идти приходилось, по одному, ступая шаг-в-шаг и освещая себе дорогу неровным светом чадящих факелов. Под ногами мужчин жадно чавкала и липла к подошвам жирная чёрная земля. То тут, то там изредка слышались проклятия в адрес Финиста, раннего утра и плохой дороги.

Вдруг из тумана, на встречу процессии, выступила фигура в красном:

— Стойте, остановитесь! — Приян Жилка выбросил вперёд ладонь преграждая путь идущим впереди отряда мастерам.

Юношу моментально окружили молодые адепты с копьями наперевес.

— Я, Приян Жилка, помните? Опустите копья, в них нет нужды. чего вы боитесь?

— А какого демона тебе здесь надо? — набычился один из воинов школы.

— Я пришел поддержать сражающихся. — спокойно ответил ему Приян.

— Уходи, пока цел и не мешай нам выполнять наш долг.

— Где господарь Стретень? — ему не ответили и, повысив голос Приян позвал. — Господарь Стретень Тур, где вы? Я хочу говорить с вами!

— Зачем тебе говорить с нашим господарем, у него нет с тобою никаких дел. — поддержал третий воин.

— Я — секундант, — парировал Приян. — я должен присутствовать на поединке.

— Наш господин не брал тебя в секунданты. — воскликнул один из старших мастеров. — Финист Белогор, насколько мне известно, тоже. Отойди, или…

Мастер положил ладонь на рукоять меча и грозно нахмурился, но приблизиться к Прияну не посмел.

— Да он просто никто! — воскликнул один из адептов. — Суёт свой нос куда не следует. Давайте, братцы, укоротим его немного, а?

— Что ты сказал? — Приян грозно взглянул на дерзкого адепта и тот поспешил отступить за спины сотоварищей.

Приян покачал головой.

— Мне ясно, что вы задумали. Вы прячете своего господаря, чтобы вновь устроить засаду для Финиста. И это не смотря на наш уговор, на грамоты, развешенные по всему городу, не смотря на законы воинской чести. Эх… прославленная Школа Желторогого Тура так низко пала. Бедный Финист он умрёт у храма Мокоши от рук предателей. Вы правы, мне нечего здесь делать.

С этими горькими словами, Приян развернулся и пошёл прочь.

Ивека разбудила сына ещё до утренней зорьки, вручила полусонному Любомиру длинный свёрток.

— Мама, что происходит? Зачем ты подняла меня в такую рань? — капризно захныкал Любомир.

Мать запретила Любомиру пить вино и вот уже который день он чувствовал себя так, будь-то на его костях танцевала тысяча демонов, а голова была охвачена обручем боли и казалась Любомиру тяжелой, словно налитой свинцом.

— Вот, возьми его, я выменяла этот меч на кольцо с рубином, свадебный подарок твоего отца. Сегодня ты должен убить им Гордея и предательницу Маженну. — глаза женщины лихорадочно блестели.

— Да вы с ума сошли, мама, дайте мне поспать! — возмутился Любомир.

Тут же его окатили с головы до пят ледяной водой. Любомир взвизгнул и подскочил с кровати. Это Рыся, по наущению своей хозяйки, вылил на него заранее заготовленный ушат колодезной воды.

— Давай, пошевеливайся. — приободрила сына Ивека. — Гордей встречается в пять утра у храма Мокоши со Стретенем Туром, нам нужно оказаться там раньше него.

Ивека потёрла ладони и хихикнула.

— Думаю, эта потаскуха — Маженна, тоже будет там.

Ивека оказалась права. Всю ночь Маженна крутилась на кровати и не могла уснуть, она то закрывала глаза проваливаясь в тяжелую полную тяжких мыслей дрёму, то выныривала из липких объятий сна, чтобы убедиться, что ночь ещё не отступила. Когда пришлось выдвигаться к храму Мокоши, Маженна почувствовала себя совершенно разбитой, но боевой задор и воодушевленность разбудившего её Олега, придали девушке сил.

Берендей вышел на крыльцо, чтобы благословить их обоих. Волхв так и не ложился этой ночью, он читал перед алтарём священные старинные манускрипты и молил богов о том, чтобы они стали свидетелями поединка направили руку Финиста согласно своей высшей воле.

К храму Мокоши было два пути: один, вдоль реки по дороге вьющейся между лугов и полей, второй вёл к пологому, поросшему лиственницами склону холма, на вершине которого стоял храм.

— Ну же, Маженна, поторопись! — Олег потянул девушку за рукав платья. — если мы будем плестись, как улитки, то всё пропустим.

Маженна вздохнула и присела на один из замшелых каменей, которых было много