Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

— Будь добра, объясни, что это такое!

Женщина в свою очередь перевела взгляд на Симу — словно насквозь рентгеном просветила. Магиня поежилась. Женщина ответила — нормальным голосом:

— Девушка. Двадцать семь лет. Столица. Номер диплома назвать затрудняюсь. Магия присутствует, правда, в небольшом количестве. Не девственница, если тебя это интересует.

Сима хотела было возмутиться, потом передумала. В конце концов, ей не замуж за начальника участка выходить, а её личная жизнь — её личное дело. Немного неприятно, конечно, когда вот так нагло предаётся огласке то, что никого, кроме неё, не касается, но она это переживёт.

Еще она подумала, что делать, если в участке откажутся принимать ее на работу. Хотя в деканате уверяли, что такого быть просто не может, потому как распределяются выпускники строго согласно присланным из городов запросам и никак иначе. Видимо, в ее случае что-то пошло не так.

— Ирина! Ты о чем говоришь! Какое мне дело, дев… дев… или… короче, что она здесь делает? На-ка, почитай.

Женщина возвела глаза к потолку и вновь принялась пищать:

— О чем толкует мой повелитель? Что его вечная раба должна прочитать?

— Поговори мне еще!

— Как я могу, о повелитель! Не вели казнить, вели слово молвить, свет очей моих! Дозволено ли мне будет…

— Ирина! Не позорь меня!

— Значит, тебе меня позорить перед соседями можно? — женщина вдруг сменила умоляющий тон на угрожающий. Рыжие кудряшки встали дыбом, а глаза вспыхнули бешенством. — Тебе с друзьями надираться у Маньки можно? И в одних подштанниках на газоне валяться тоже?

Грозный начальник участка мгновенно сдулся.

— Я случайно… я… и не у Маньки, у Катерины…ты же знаешь, там все прилично! Ириночка… ну прости… у Рудика день рождения был…

— Дома поговорим, — отрезала Ириночка. — Давай сюда свои писульки. — И схватила протянутые бумаги.

Спустя пару минут она скомандовала — непонятно только, кому:

— Лизу ко мне. — Потом подняла глаза, огляделась, озадаченно моргнула и поправилась: — То есть к тебе. Немедленно.

Г.В. послушно набрал номер и сказал:

— Лизу Петровну ко мне. Немедленно.

Лиза Петровна оказалась пышной женщиной неопределенного возраста и семейного положения. В том плане, что след от кольца на безымянном пальце Сима приметила, а вот самого кольца не было. Либо разведена, либо вдова. А может, просто кольцо жать стало и его сняли. Не сказать, чтобы магиня интересовалась семейным положением каждого встречного-поперечного, но на сосискообразных пальцах Лизы Петровны след этот прямо-таки бросался в глаза. Особенно когда она приглаживала правой рукой вставшую дыбом челку.

— Вызывали?

Ирина сунула ей бумаги и любезно попросила:

— Можешь это объяснить?

Лиза Петровна опасливо покосилась на бумаги, спрятала руки за спину:

— А что там?

— Гражданочка приехала на должность эксперта. Вот копия запроса.

— Э-эксперта? Какого эксперта? — вытаращила глаза женщина.

— Читай, — приказала Ирина. — Твоя подпись на документе стоит.

Лиза Петровна послушно взяла листок и стала читать. Раза три перечитала, словно не могла постичь написанное. При этом она попеременно то краснела, то бледнела. Затем хлопнула себя по лбу.

— Точно! Я вспомнила. Да в тот день у меня были… — Тут энтузиазм Лизы Петровны испарился — моментально и безвозвратно. Она замялась, покраснела как помидор, задышала часто и бурно. — Мм… ммм…были… мигрень! Как сейчас помню! Мигрень была жуткая. Тогда еще ни у кого таблеток не оказалось, а мои, как назло, закончились. Я преотвратно себя чувствовала. Настоящее помутнение! Мне Аллочка со второго этажа еще посоветовала настой душицы пить или отвар медвежьих ушек, чтобы… чтобы… то есть…

— Ближе к делу, любезная, — кисло попросил Г.В.

Лиза Петровна метнула на начальника испуганный взгляд и продолжила:

— Нам сторож нужен был. Перепутала я, видимо.

— Перепутала сторожа и эксперта? У тебя в голове вообще мозгов нет? — взвился Г.В. — Ты чего на работу ходишь — юбку старушечью протирать? И почему я должен разгребать твои косяки? Мне оно надо? Нет, каждый раз одно и то же. Чего ни коснись, куда не влезь — сплошные недоделки, неточности. Даже отчет элементарный сдать, и то никто в участке не может! Надоело ваше постоянное разгильдяйство! Второгодники! Неучи! Идиоты! — Г.В. было что сказать нерадивым сотрудникам участка, это Серафима поняла уже после первого предложения. Шеф сделал паузу, набрал в легкие воздуха побольше и… под леденящим взглядом Ирины съёжился, стушевался и замолчал.

Лиза Петровна благодарно улыбнулась рыжей, однако та улыбку не приняла. Смотрела строго и вопросительно.

— Мигрень у меня была… — жалобно повторила толстушка, делаясь совершенно несчастной. — Перед глазами все плыло. Не помню, что делала.

— Ладно, пусть будет мигрень, — спокойно согласилась Ирина, помолчала и не хуже Г.В. заорала: — Но какого черта ты послала запрос на сторожа в столицу?! Мы, что, своими силами сторожа найти не можем?! Здесь? Что за блажь? Что за бред?

— Да, да! — поддакнул Г.В. — С каких пор нам столица сторожей должна присылать? И как можно перепутать названия должностей?

Лиза Петровна растерянно смотрела то на Ирину, то на Г.В., и в глазах ее, по-детски круглых и беззащитных, закипали слезы.

— Мммм… — пробормотала она дрожащими губами. — Мммигрень была… я плохо соображала…

— Да ты, я смотрю, вообще не соображаешь! Мне-то что теперь делать? — завопил доведённый до ручки Г.В.

Приказ столичного министерства он просто так проигнорировать не может. Придется объяснения давать, а какие объяснения, когда у Лизы Петровны мигрень была? Кому это интересно? Да его пошлют моментально с мигренью, глупыми оправданиями, Лизой Петровной и просьбами дать делу обратный ход. Столичные — они такие. Безапелляционные и бессердечные.

Но и эксперт участку не нужен. Не нужен, и все тут. У них и должности такой не предусмотрено. И помещения не выделено, и оборудования нет. Однако отослать девицу восвояси не получится. Что же делать? Куда девать это сокровище?

— Позвольте мне сказать, — подала голос Серафима.

Все трое — Г.В., Ирина и Лиза Петровна — дружно посмотрели на нее с таким осуждением, словно она вдруг разделась догола. Но Сима категорически отказалась чувствовать себя виноватой и сказала, что собиралась:

— Я, конечно, хотела бы занять ту должность, что указана в документах. Однако насколько я поняла, вышла некоторая путаница. В таком случае я согласна занять любую должность, которую вы мне предложите. Кроме сторожа и дворника, разумеется, — добавила она с усмешкой. — Я все-таки дипломированный специалист. Могу секретаршей посидеть, если угодно.