Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

— А народу там много? — спросила Сима, не вдохновленная перспективой махать палкой перед свидетелями. А то, что они будут — не в первый раз, так во второй точно — она не сомневалась. Уж больно охочи аборигены до развлечений за чужой счёт. А что может быть веселее, чем столичная штучка с дубинкой против Кота?

— Она огорожена забором. Для наших построили специально, так что посторонних не пускают. Если тебе это так важно.

— Мне это важно, — призналась разом повеселевшая Серафима. — Но я не капризная, я бы и так позанималась, если что.

— Я понял, — обронил Кот, выходя за дверь.

На следующий день Сима захватила с собой спортивный костюм, чтобы не терять время на походы домой. И правильно сделала, потому что в ровно шесть часов вечера перед ее столом неожиданно возник Кот. Как из-под земли вынырнул, Сима аж вздрогнула.

— Пошли? — спросил он.

— Мне только кабинет шефа закрыть.

— Я на улице буду ждать.

Сима кивнула и потянулась за ключами, попутно швыряя в сумочку расческу и зеркало, с помощью которых добрых десять минут придавала себе божеский вид. После дня сумасшедшей беготни…

— Груздева, немедленно отчеты в бухгалтерию!

— Груздева, вернись, ты не то взяла!

— Груздева, подожди, забыл, там еще форма 52-ЛД не подписана. Вернись! Ааа… ты уже отнесла? Ну так сходи еще раз.

— Груздева, Тройкина ко мне и Круглова. Как нет? Уже ушли? Так догони! Да плевать я хотел, что они на вызове! Мне они нужны немедленно! Догнать! Вернуть!

— Груздева, где мой кофе?..

— Груздева, где мой чертов кофе?..

— Груздева, где кофе, я тебя спрашиваю?..

— Кофе холодный, Груздева! Сама пей эту гадость!

— Груздева, сейчас ко мне должен Гарик заскочить. Так вот — меня нет. Как нет? Да очень просто — нет, и все. Почему не поверит? Машина на стоянке? Скажи, что я пешком ушел. Почему не поверит? И что? Может, на меня блажь напала. И вообще — почему я должен себе придумывать оправдания? Это твоя обязанность. Нет меня — и точка.

— Где Ирина? Немедленно мне Ирину!..

— Груздева, где ведомость из бухгалтерии? Ты ее полчаса назад забрала, где она?

А бухгалтерия на третьем этаже, чтоб вы знали. А сотрудники оперативные очень быстро ходят, за ними и бегом не поспеешь, а если учесть, что они имеют фору в десять минут, то становится понятно, почему обычно к шести часам вечера Серафима имела вид взмыленный, измочаленный и загнанный. Но такое случалось, если шеф торчал у себя. В остальное время Сима сидела за столом, как пришитая, исправно охраняя святая святых — кабинет шефа — от посягательств разных интересующихся и просителей. Строчила за сотрудников отчеты, собирала заявки на матобеспечение от нуждающихся (ручки, карандаши, дыроколы, бумага), отвечала на телефонные звонки.

В дверях Кот столкнулся с Ириной. Та зыркнула любопытными глазищами, спросила:

— Шеф у себя?

— Уже ушел, — как могла любезно ответила Сима, хотя больше всего на свете ей хотелось отвесить Ирине пинка.

Отношения между дамочками не заладились с первой встречи. Сима терпеть не могла самоуверенных, самолюбивых женщин (главным образом потому, что сама была далеко не мирного нрава), а Ирина не умела быть доброй и покладистой. Тем не менее, они соблюдали хрупкий нейтралитет.

— Зачем приходил Кот?

Сима неопределенно пожала плечами.

— Понятия не имею.

— Надо было спросить.

— Кому надо?

— Тебе. Это твои прямые обязанности, между прочим.

— Мои прямые обязанности — изучать улики, — не преминула напомнить Сима. — Вы бы приказ почитали, там моя основная должность указана. А также перечень обязанностей приведен.

Ирина поджала губы:

— Тебе, между прочим, одолжение большое сделали, что коленом под зад не выперли, как только ошибка вскрылась.

— Мне одолжение сделали? — изумилась Сима, запирая дверь кабинета Г.В. и пряча ключ во внутренний карман сумки. — Это вы себя из дерьма вытаскивали. Это ваша сотрудница напортачила. Это вы как ее начальник должны были нагоняй получить.

— Хамка.

— Какая есть. — Сима зашла за стол и подхватила спортивную сумку. — Вы тоже не образец вежливости. И вы мне не начальник, чтобы говорить, что входит в мои обязанности, а что нет.

Ирина чуть улыбнулась:

— Завтра сама у Кота спрошу, что он хотел. — И посмотрела хитро.

Сима сердито хмыкнула, и, не прощаясь, вышла.

Кот ждал ее на улице, как и обещал. Когда Сима увидела, что он не один, а в компании Егора, сердце у нее упало. Но деваться было некуда, отступать — глупо, а кроме того, от грядущего дежурства ее это не спасет.

Сима задрала нос повыше, поправила на плече сумочку, и решительным шагом направилась к парням.

— Привет еще раз, — сказала обоим. И Коту: — Идем?

— Егор с нами хочет.

— Да-да! Непременно! Не каждый день такое увидишь.

— Что именно? — хмуро осведомилась Сима. — Спортплощадку?

— Как Кот отходит тебя твоей же дубинкой. Это будет зрелище, Сим-Сим! Ммм… пальчики оближешь. Уже предвкушаю, как буду пот с твоего лба вытирать… и не только со лба… и не только пот…

— Егор, — похоже, Кот и впрямь не терпел, когда в его присутствии обижали женщин, — я ее учить буду, а не бить.

— Есть разница? Слушайте, недавно слышал анекдот…

— Нам некогда. — Кот обогнул Егора и скомандовал: — За мной.

Тренировочная площадка представляла собой огороженное по периметру прямоугольное пространство с одним баскетбольным кольцом. В углу были свалены разнокалиберные штанги и гантели, рядом лежала аккуратная груда матов; вдоль одной из длинных стен стояли тренажеры.

Рассматривая это богатство, Сима несколько не ко времени вспомнила, что уже очень давно не была в спортзале и мышцы ее, конечно же, стали дряблыми, как вареная макаронина. И потому, хотя Егор за ними не пошел, первая тренировка была ужасной. Пальцы Серафимы никак не могли крепко схватить дубинку — она норовила выскользнуть и ударить не соперника, а хозяйку; движения выходили неуклюжими — по сравнению с Котом, который скорее танцевал, нежели дрался. Плавно, стремительно, хищно. Серафима отдала бы должное его звериной грации, кабы из-за этой самой грации не осталась вся в синяках с ног до головы.

Вообще, занятие пошло совершенно не так, как полагала Сима. Вначале Кот… говорил.

— В умелых руках дубинка превращается в грозное оружие, но это не наш случай. Я покажу основные приемы, с помощью которых ты сможешь нанести удар так, что противник упадет и не скоро сможет подняться. Насколько ты способна, покажет занятие.

— Я не хочу никого бить. — Сима, смутно ожидавшая, что ее с ходу примутся лупить дубинкой и гонять по кругу, захлопала глазами. Кот ее удивление заметил, но заострять внимание не стал. — Я лишь хочу, чтобы не били меня.