Маскарад благих желаний - Галина Владимировна Романова

Тот, словно угадав его близкое присутствие, зазвонил снова.

Найда! А кто же еще может позволить себе поднять его в выходной во столько?

Никита глянул на время. Восемь тридцать утра.

– Чего так рано? Хочешь проверить, не ужрался ли я вчера до смерти?

– И это тоже. – ответила та спокойно, не обидевшись, что приветствия никакого не прозвучало.

– Спешу успокоить: на кухне чистота, бутылок нет, окурков тоже. Я вчера пил кофе.

К слову, Найда однажды убирала всю эту мерзость в его квартире. Приехала, не сумев добудиться. Перепугалась, что ему плохо, и приехала. Все убрала. Заставила влезть под душ, а потом погнала на пробежку. Он тогда действительно чуть не умер.

– Я проснулся в своей коечке, – закончил Никита, залезая в холодильник за ледяной водой.

– Без трусов? И с русоволосой худышкой? – уточнила Найда.

– Допустим.

– Ох, Степанов, не доведут тебя до добра бабы и алкоголь. Пора завязывать. Или я подсижу тебя. – Об этом она уже давно его предупреждала, кстати.

– Не подсидишь. У меня раскрываемость отличная.

– Ну да, ну да! – хмыкнула Найда. – Ты ведь в одном лице ее делаешь – эту раскрываемость.

Это она на коллектив намекала, который тоже пахал будь-будь.

– Ладно, мамочка, успокойся. Я жив и здоров, – отозвался Никита скрипучим голосом. – Что-то еще?

– Что-то еще… – Найда протяжно вздохнула. – Собирайся, майор, у нас труп.

– Где?

– В полях, лесах, точно не знаю. Рядом с Москвой. – Найда назвала адрес элитного поселка. – Там простые смертные не обитают. Хозяева заводов и пароходов. Потому нас и дернули.

– Почему в лесах и полях? Труп-то где?

– Там, где я и сказала. Супруги Грековы отправились вчера поутру на прогулку на снегоходах. И что-то у них пошло не так. Подробностей не знаю. Собирайся. Я уже еду за тобой. Десять минут, и я у тебя.

Она отключилась. Никита выглянул в окно.

Трехдневный снегопад прекратился вчера утром. Температура поползла вверх. Снег сделался рыхлым и ноздреватым. Таскаться по лугам по такой погоде – удовольствие так себе. Надо найти берцы на меху. Иначе в кроссовках промочит ноги и сляжет с соплями и кашлем уже завтра. А болеть ему нельзя. Найда грозилась подсидеть.

Он заулыбался, возвращаясь в спальню. Вот дурная девка, а! Ни разу не польстит, никогда не попытается быть приятной. Но при этом на нее всегда можно положиться, ни разу не предаст.

– Мадам, вам пора.

Никита потащил с девушки одеяло. Ниже бледного плеча обнаружилась узкая спина с красивой родинкой слева под лопаткой, тонкая талия. Дальше одеяло не поползло. Девушка, имени которой он даже не помнил, ухватилась за край.

– Эй, малышка!.. – Он неуверенно стоял возле кровати, не зная, как ее называть. – Меня вызвали на работу. Мне надо уехать. Собирайся.

– Хорошо, Никита, – отозвалась она приятным голосом. – Иди в душ. Я приготовлю завтрак.

– Да некогда мне завтракать! Коллега подъедет уже через восемь минут, – сверился он с мобильником.

– Хорошо. Тогда бутерброды. Иди в душ.

Душ он принял быстро, высушил волосы полотенцем, почистил зубы. Бриться не стал принципиально. У него выходной, вообще-то. В ванной сразу и оделся. Черные плотные штаны на утеплителе, шерстяные носки, толстый свитер. Глянул в зеркало. Тщательно пригладил волны запущенной стрижки: давно пора было в парикмахерскую, Найда уже неодобрительно косилась. Открыл дверь ванной и едва не стукнул по лицу девушку. Она уже была в куртке и ботинках. Шла в прихожую с кухни, держа в руке контейнер с бутербродами.

– Прости, – покраснел он.

Он не смутился, нет. Он покраснел от удовольствия, обнаружив, что русоволосая худышка просто красавица. Пухлые губки, красивые карие глаза, длинные ресницы – свои, не наращенные. Спокойный уверенный взгляд. И еще она любит кофе, а не алкоголь. Это шло ей в зачет.

– Бутерброды, Никита, – сунула она ему в руки контейнер и пошла к входной двери. – С сыром и ветчиной. Это все, что нашлось в холодильнике.

Он хотел спросить, а с чем еще делают бутерброды, он лично только с сыром и колбасой и ест. Но передумал. Поблагодарил, провожая ее.

– Я позвоню, – пообещала она.

– А номер?

– Ты вчера мне его надиктовал, я набрала тебя. Он у тебя высветился. И мы вместе его сохранили.

– Да?

Никита тут же полез в телефон, пытаясь выяснить, как же все-таки зовут девушку. И умница, возможно. И красавица – факт установленный. Бутербродов наделала ему в дорогу. Но никому он, кроме Светы, не звонил. Никита любил спьяну ее побеспокоить и прощения начать вымаливать. Видимо, удалил номер красавицы еще вчера.

– Ага. Понятно, – пробормотал он, чтобы не разочаровывать девчонку. – Позвоню.

– Меня зовут Света, – улыбнулась она догадливо. – И да, про твою бывшую ты мне вчера все рассказал. Пока. Звони.

Она мазнула пухлыми губами по его небритой щеке и вышла за дверь.

И через минуту позвонила Найда.

Глава 4

В администрации элитного коттеджного поселка Ручьи им предоставили всего один снегоход. Один на двоих. И Найда, усевшись сзади, тут же обняла его за талию и прижалась так плотно, что ему стало тесно и душно почти мгновенно.

– Едем по их следам, – закричала она ему на ухо, когда они тронулись. – Вся группа уже там.

– На чем они там? – проворчал он негромко.

Но она услышала.

– Кто на снегоходах, кто на вездеходе из лесничества. Другим путем туда не попасть. Снег валил три дня. Все засыпало! – заорала Найда как ненормальная.

– Кто же труп тогда обнаружил? – удивился Никита, строго следуя по накатанным местам.

– Супруги не вернулись с прогулки. Их сосед забеспокоился и позвонил в полицию. Местному участковому.

– Ладно, понял, – поморщился Никита. Он оглох от ее голоса, мотор снегохода перекрикивала. – Все потом.

Место происшествия они увидели издали. Там уже раскинули палатку эксперты. За палаткой стояли несколько снегоходов, транспорт лесничества на гусеничном ходу. Кто-то разжег костер. Может, чтобы согреться. Может, воду кипятили на чай. Место происшествия на самом склоне оврага было оцеплено яркой сигнальной лентой. Ее с силой мотало ветром. Внутри очерченного лентой места никого не было видно.

– Нас ждут! – заорала не своим голосом Найда. – Умники!

Они проехали за палатку. Никита остановил снегоход у гусеничного вездехода, заглушил мотор, спешился. Найда соскочила еще раньше и умчалась куда-то. Он сразу натянул на шапку капюшон длинного пуховика, надел вязаные перчатки, поверх резиновые и пошел к группе людей, сгрудившихся у костра.

Пока представлялись друг другу, прошло минут пять. Из шести присутствующих двое были из лесничества, еще участковый, следователь районного отдела Юркин – отчаянно мерзнувший на