Через пятнадцать долгих лет - Дмитрий Алексеев

не любовь. Или я не права? — она покачала головой; похоже, истину уже не установить за давностью лет. — Интересно, была бы я так же равнодушна к нему, если бы он оказался сейчас успешным красавчиком, как раньше. Ей богу, не знаю».

Ирина никогда не испытывала ничего, похожего на любовь, ни к одному мужчине, зато тщательно контролировала свою интимную жизнь с ними, исходя только из собственной выгоды. Похоже, тогда, очень давно, с Артёмом был единственный срыв, значит, какие-то чувства к нему существовали. Была ли это любовь, она не могла сказать просто в силу того, что никогда никого не любила, кроме себя. Да и глупо это делать, когда гораздо приятнее тешить собственное тщеславие! Артёма можно поблагодарить, что научил её безупречному искусству притворных сексуальных игр с мужчинами, которое и помогло ей взобраться на вершину благополучной жизни. Артём остался внизу и это его выбор.

От метро до дома в Мурино целый километр и Артём добирался почти ползком. Хотя горячая ванна уменьшила боль, но не убрала полностью, а это выматывало сильнее тяжёлой работы. Открыв трясущимися руками квартиру на десятом этаже, он с надеждой взялся за полотенцесушитель и облегчённо вздохнул: горячий! Тут же начал наполнять ванну водой погорячее.

После десяти минут почти в кипятке, боль отступила, скорее всего, до утра. По опыту знал, что завтра уже будет легче, а через неделю восстановится почти до прежнего вида.

«Вот тогда бы и надо встречать Иришку, хотя, что это меняет? Всё в прошлом, а возвращаться назад глупо и больно, — тяжело ворочалось в голове. — Умница, Калачёва, добилась всё-таки своего! Уж не знаю, что ей это стоило, но я там точно бы не помог, а, скорее, помешал. Да и сбежал я, в том числе и оттого, что завидовал её настырности и целеустремлённости. Увы, приходится признать и это!».

Артём ухмыльнулся: жалеть, что ему не нашлось уютного места в квартире и сердце этой успешной и привлекательной женщины, было неразумно. Его нынешняя жизнь совсем нескучная, а иногда и приятная, хотя в переходной период доставалось страданий в полной мере.

Брезгливый отталкивающий взгляд когда-то любимой девушки до сих пор стоял перед глазами и не требовал пояснений в настоящем времени. Любила ли она его хоть немного тогда в молодости? Вряд ли; голова её была забита карьерой, однако, подобной взаимной и искренней страсти в постели, как в тот год, у него больше не было ни с кем, как ни старался он позднее раскручивать очередную дежурную любовницу по своей методике.

Неожиданно вспомнил рассказ из чужой жизни, как бывший муж вернулся к брошенной им жене через двадцать шесть лет, и она его приняла, хотя он был гол, как сокол. К сожалению, это явно не подходило к их ситуации.

Он добрался до дивана, кое-как постелил простынь, на большее не хватило сил. Едва голова коснулась подушки, как тут же отрубился.

Проснулся довольно рано, почти здоровым и бодреньким. Торопится некуда, да и выходить сегодня из дома он не собирался. Ещё несколько горячих ванн и тело возвратится в норму, тогда можно возобновить спортивные занятия. Подошёл к зеркалу и с грустью убедился: лицу до восстановления ещё дня четыре; это обычная процедура. В такое время обычно он тупо сидел или лежал дома, не выходя даже в магазин.

Голова уже не болела, а после встречи с Иринкой откуда-то из закромов мозга полезли воспоминания, хорошие и не очень. Думать о прошлом легко и приятно: тогда был дерзок, нахален, вынослив, красив, умён и уверен, что впереди много счастливых дней.

Как всё-таки неправильно, что молодость нельзя повторить после того, как наберёшься жизненного опыта!

— 3 —

Странно, что в воспоминаниях почему-то всегда хорошая погода, даже стихия кажется обычным приключением, за которым наблюдаешь со стороны. А уж усталость или боль в прошлом — это вообще что-то абсурдное или забавное. Лучше всего помнится, как попадал в глупое положение, или выглядел дурак-дураком. По прошествии лет это видится забавным и только улучшает настроение.

Первая встреча и знакомство с Ириной было сумбурным и потешным, хотя время совсем невесёлое: 90-е годы в самом разгаре. Артём пришёл в конце октября проведать бывшего одногруппника Игоря Зозулю, который утверждал, что нашёл для него высокооплачиваемую работу. Это оказалось очередной чепухой, но Артём и не ожидал другого от непрактичного знакомого. Приятнее было то, что у Игоря была сестра-близнец Людмила, мало похожая лицом на брата, зато энергичная и компанейская. Неброская внешность девушки полностью компенсировалась общительностью, кстати, формальный жених уже существовал, но только на горизонте. Ещё в студенческие времена у Артёма была кратковременная интрижка с Людмилой без особых чувств и обязательств, однако, взаимную симпатию им удалось сохранить.

Артём второй год работал инженером на когда-то крупном заводе, который уверенно двигался к банкротству; впрочем, в то время таких было большинство. Плюсом было то, что на нём удалось пройти все стадии производства и поработать руками. Несмотря на солидную должность начальника участка, Артёму приходилось подменять и станочников, и слесарей. Кстати, работал руками с удовольствием. Хуже то, что денег платили мало и с задержкой. Поэтому он и озаботился поисками нового места, пока же хотелось набраться опыта, чтобы не выглядеть в будущем недоучкой.

Он не виделся с близнецами два месяца; хотя не самые близкие люди, общаться вполне можно, особенно, если нечасто. Игорь делил двухкомнатную квартиру с сестрой, а пожилые родители жили в частном доме во Всеволожске. Пока склок между родственниками не было, однако, и он, и она собирались вскоре завести семьи, а вот как там будет — предсказать трудно.

— Здорово, работяга! — встретил в прихожей Игорь, радостно обнимая Артёма. — По запаху заметно человека с производства: не духами пахнет, а машинным маслом. И чего к тебе так девчонки липнут?

— А что им остаётся? — не остался в долгу Артём. — Морщатся, платочком надушенным обмахиваются, но терпят. Правда, не очень долго; как узнают размер зарплаты, так сразу исчезают в утренний туман, позабыв ночные клятвы и ласки. Поэтому денежные вопросы я оставляю на утро. Корыстолюбивые невесты в Питере, увы!

Игорь хихикнул, покосившись на вторую комнату, где обитала сестра. Несмотря на почти баскетбольный рост и намечающийся пивной животик, он был полностью под каблуком у сестры. Кроме коммуникабельности Людмила обладала ещё и непререкаемым авторитетом, из-за чего у Игоря подруги возникали только после одобрения сестры. Тем не менее, пока в квартире больших ссор не происходило.

— У Людки гостья — вместе учились, решают там глобальные проблемы. Пойдём расскажу о