Обратный отсчет: Распад - Токацин

за плечо одного из ликвидаторов, успевших взять оружие, и они вдвоём вышли за дверь. Гедимин мигнул. Скегги, встретив его растерянный взгляд, развёл руками.

— Это у него надолго. Жди, рано или поздно отмякнет.

Вепуат возмущённо фыркнул.

— Гедимин-то при чём⁈ Если Ренгер не спрашивал его о крысах, откуда он-то мог знать…

Скегги жестом прервал его речь и щёлкнул по наручному передатчику, отмечая принятое задание. Гедимин, пожав плечами, развернулся было к испорченному чертежу, но под потолком снова рявкнуло.

— Моя очередь, — Вепуат, не дожидаясь объявления, проворно спрыгнул со стола, но Скегги, вчитавшись, насмешливо фыркнул.

— Отбой! У нас гости. Атанек и Майлог вернулись.

Гедимин не сразу вспомнил, о чём речь, а вспомнив, настороженно сощурился, вместе с креслом разворачиваясь к двери. «Вернулись. У них снаряжение. Три месяца среди „макак“. Сколько же там теперь ремонтировать, мать моя колба⁈»

Сармат в тяжёлом скафандре перешагнул порог и поднял руку в приветственном жесте. Ликвидаторы, выбравшись из углов, помахали в ответ, выжидающе глядя на пришельца. Первым вошёл Атанек, за ним — Майлог; едва ступив на порог, он развернулся, втаскивая за собой самоходное устройство на трёх колёсах. Гедимин разглядел выдвижные опоры, рассчитанные на немалый вес, и раскладную конструкцию, но вникнуть в её смысл не успел — Скегги подошёл поздороваться, и грохот скафандров отвлёк сармата от изучения механизма.

— Живые? — спросил Вепуат, радостно ухмыляясь. Гедимин скользнул настороженным взглядом по броне Майлога — на вид всё было в порядке, пластины не выпали и не деформировались, а верхний слой обшивки, с парой незначительных царапин, приятно поблескивал в свете ламп.

— Много поломалось? — спросил он. Сарматы, переглянувшись, дружно фыркнули. Майлог снял с заплечных креплений огнемёт, небрежно бросил на стойку перед Гедимином и щёлкнул пальцами, подзывая трёхколёсного робота. Атанек, покосившись на него, шёпотом выругался и двинулся к двери, чтобы через несколько секунд вернуться с таким же передвижным механизмом. Робот Майлога уже выдвинул опоры и расправил складную конструкцию; сармат расставил руки, прислоняясь к ней спиной, и фиксаторы обхватили его конечности и пояс, оставив спереди широкие просветы. Вскрыв броню, Майлог выбрался наружу, а скафандр остался на передвижном стапеле. Сарматы, столпившиеся вокруг, удивлённо захмыкали.

— Забавная штука, — сдержанно сказал Скегги. — И у тебя, Атанек, такая же? Макаки расщедрились на снаряжение? Взял в аренду — или так, привёз похвастаться?

Майлог ухмыльнулся.

— Это теперь моя собственность. Поощрение за хорошую работу. Ну, и мы ещё купили кое-что с собой. Там с этим проще…

Атанек тоже выбрался из скафандра и теперь отвязывал от передвижного стапеля какие-то свёртки, слишком объёмные, чтобы влезть под броню. Гедимин скользнул по ним взглядом и снова уставился на Майлога. Он не сразу понял, что с сарматом не так.

— Зачем оделся, как мартышка?

Вепуат укоризненно ткнул его кулаком в плечо. Майлог насмешливо фыркнул, поворачиваясь к нему лицом. Теперь Гедимин хорошо видел принт на его «куртке» — необычно тонкой, с нелепо короткими рукавами, почему-то болтающейся отдельно от штанов. На груди сармата красовался взрывающийся «Феникс».

— Ну, не у всех же скафандр к телу прирос, — отозвался Майлог, поводя плечами. Гедимин разглядел заклёпки, сплошь покрывающие его широкий пояс, — крупные бляшки с гравировкой и синими камешками. Вся одежда была тонкая, непрочная на вид, неплотно прилегающая к телу и местами образующая странные нефункциональные складки. Гедимин снова посмотрел на рукава, едва прикрывающие плечевой сустав, и недовольно сощурился.

— Броня на голую кожу — ничего хорошего, — озвучил его мысли Скегги. — Ну да ладно. Это же не для работы у тебя?

Атанек, сложив тюки на стол, выпрямился. Теперь Гедимин мог рассмотреть и его одежду — как и у Майлога, из нескольких разнородных предметов, только что рукава у «куртки» были нормальной длины, — зато поверх неё Атанек, как Маккензи, надел чёрную жилетку со свисающими цепочками и закреплёнными цацками. Одну из цацек Гедимин узнал — её он сделал сам и по случаю кому-то подарил.

— О, у них и на носках рисунки, — хмыкнул Вепуат. — А! Это не носки. Это вроде сапог, только короткие.

— Лучше смотри сюда, — отозвался Майлог, расстегивая чехол на свёртке. Наружу выпали сложенные полотнища из тонкого скирлина, сплошь в растительном орнаменте и ярких птицах. Следом Атанек вытащил свёрнутое одеяло, толстое на вид, с клапаном на краю.

— А! Вам и одеяла там выдавали? — Скегги с любопытством пощупал ткань, покосился на вынутые подушки в пёстрых чехлах. — Где вас держали?

— В доме, — ответил Майлог, нежно поглаживая мягкую ткань. — В доме с большими окнами, охлаждением и водой. Мы там жили вдвоём, и у каждого была своя дверь. И ещё одна — общая, с кодовым замком. Видишь эти штуки? А раньше, небось, не видел. Это простыни. Одна — на матрас, другая — под одеяло.

— Дом? О потолки головами не бились? — спросил Вепуат, ощупывая края простыней. — Мягкая штука. Совсем тонкая. Это — на матрас, а это — на себя? А сверху — одеяло… Майлог, тебя чем чехлы не устраивали? Всё это добро должно елозить, как Клоа по контейнеру с ураном!

Майлог презрительно фыркнул.

— Ты видел, чтобы макаки спали в чехлах? Вот то-то. Они не носят чехлы и не спят в них. Ты когда-нибудь лежал на кровати? Нормальной, а не на койке в госпитале?

Гедимин мигнул.

— Вы жили с людьми? В человеческом доме?

— Я же ска… — Майлог осёкся. — А, ты про другое. Нет, там жили только мы. Обычный дом, но построенный для сарматов. Весь наш отряд жил там. И спал на кроватях.

Скегги выразительно хмыкнул.

— Вижу, обращались с вами неплохо. Из станнера в затылок не прилетало?

Майлог фыркнул.

— Мы работали на них, Скегги. Работали, а не занимались саботажем.

Он выложил на стол длинную ленту небольших предметов — цепочку соединённых вместе упаковок, десятка три, не меньше. Их Гедимин узнал — нечто подобное продавали в