Под напором стали и огня - Герман Иванович Романов

не понравилось, в каком направлении этим летом сорок второго года пошла история. С одной стороны на советско-германском фронте не случилось заметных «подвижек», немцам явно не хватало сил, чтобы пойти на Баку, да что там — они даже не рванулись до Сталинграда и не дошли до Ростова, потеряв при этом захваченный было большей частью Крым. Зато с другой стороны, перебросили резервы в северную Африку и нанесли там англичанам целый ряд поражений, от которых те толком не оправились, иначе бы им не устроили кошмар японцы.

— Не воюй сейчас Америка, Британскую империю уже бы смяли и разделали, как мясницким топором свиную тушу, — Жданов усмехнулся, его глаза нехорошо сверкнули. — А это говорит о том, что Гитлер осознал еще прошлой осенью, что его «дранг нах остен» окончился полным крахом возлагаемых на «поход» надежд, и стал искать меры спасения своего рейха. А выход нашелся только один — теперь «слабым звеном» оказалась Англия.

— Так она и есть слабейшая из трех членов коалиции. И по промышленной мощи уступает, нам по численности армии, американцам по флоту, а по авиации также двоим.Да и противнику уступает — у Гитлера с японцами вооруженные силы мощнее, а объединенный флот превосходит.

— Сталин тоже так считает — за Британскую империю взялись всерьез, и будут давить с двух сторон всеми имеющимися силами. И флот тут ей не поможет. Ответ здесь лежит на самой поверхности — большие корабли строятся намного дольше, чем мы формируем свои дивизии, используя огромный людской потенциал страны. Да что там корабль — мы завод сейчас за несколько месяцев возводим, благо оборудование поступает в большем объеме, чем раньше. А потому в полевой войне нас не одолеть, тем более все необходимое для нее мы получаем от союзников, включая станки для производства вооружения, алюминий, всевозможные «присадки» к бензину, взрывчатку. Причем с большими такими скидками, но не от благородства — буржуи деньги считать умеют. Просто у англо-американцев сухопутные силы слабые, и они не скрывают желания, чтобы мы воевали за них в поле, и оттянули на себя главные силы вермахта на полтора-два года, пока они хорошо подготовятся, а их противники истекут кровью. Только Гитлер для них враг на «сегодня», а мы станем таковым на «завтра»…

— Мы врагами англичанам всегда были, в той или иной мере. Американцам только в случае борьбы за гегемонию в мире, до этого нас будут снисходительно похлопывать ладонью по лысине. Полтора года — это точно — как раз до высадки в Нормандии. Вот только что они делать будут, если мы дадим возможность немцам и японцам хорошенько в них вцепиться, и ослабить хватку, фигурально выражаясь, на нашей глотке?

Маршал демонстративно потер горло пальцами — и ухмыльнулся, глядя на кивнувшего Жданова. А это говорило об одном — в Кремле прекрасно осознают стремления «союзников», и не желают идти им навстречу. Нет, всяческую помощь по ленд-лизу принимать будут, да что там — выпрашивать, шантажируя тяжелым положением на советско-германском фронте, а оно действительно таково и есть.

— Нам нельзя наступать, Григорий — я имею в виду с самыми решительными целями. Немцы переходят к позиционной обороне по Днепру — авиаразведка установила, что они возводят в собственном тылу протяженные оборонительные позиции. Ты оказался прав — они строят «Восточный вал», а Сталин поначалу не поверил твоим предсказаниям. А тут все стало на свои места — наступаем, понесем огромные потери, а немцам придется изыскивать резервы, отбирая их у Роммеля. И в результате в выигрыше остается Черчилль, который вернет все утерянное без особых потерь. Нам сейчас этого не нужно — пусть Англия напрягает все свои силы, ведь речь идет о ее собственном «физическом существовании».

— На ГКО нужно поднять вопрос о наступлении до «Восточного вала» этой зимой, но не дальше, а там сделаем большую паузу. Время нужно для восстановления угледобычи в Донбассе, предприятия Харькова обязательно надо восстановить, причем на американском оборудовании. А там будем смотреть, куда ход самой войны свернет…

Фельдмаршал Роммель «моет» свои сапоги в Персидском заливе, как обещал Гитлеру. Если бы в 1942 году подобные фотографии появились во всех мировых газетах, многие бы решили, что присутствуют при агонии Британской империи…

Глава 47

— Посмотрите на эту фотографию, Редер — фельдмаршал Роммель моет свои сапоги в Персидском заливе. Настало время вводить наш флот в Индийский океан, благо Суэцкий канал освобожден от затопленных судов, и нами полностью контролируется. Англичан в Красном море практически нет — они вывели свои корабли в Аденский залив. В небе господствует люфтваффе, к тому же японцы недавно отбомбились по Адену, их авианосцы утопили три британских линкора. Король Аравии признал наш протекторат по собственной воле, иначе бы турки свели с ними счеты — так что побережье полностью открыто для продвижения наших войск. Пора действовать флоту, я не желаю видеть на Красном море одни итальянские корабли — это чревато ущербом престижу рейха, а такая ситуация недопустима.

Гитлер говорил властно, расхаживая по кабинету, но теперь подошел вплотную к стоявшему гросс-адмиралу Редеру, командующему кригсмарине. Тот, как и другие генералы, приглашенные на совещание, стояли возле стола, накрытого огромной картой Ближнего Востока. Среди них возвышался своей тушей рейхсмаршал Геринг — на лице «толстяка» самодовольная гримаса. Да и было отчего ему радоваться — без поддержки авиации вряд ли бы вермахт одержал столь убедительные победы на Ближнем Востоке и в северной Африке. А теперь принято решение всячески увеличивать люфтваффе и кригсмарине за счет не сокращения сухопутных войск, а значительного увеличения промышленной мощи «Объединенной Европы» за счет принятия в начале года плана «тотальной войны», сейчас значительно расширенного. Недаром на совещании присутствовал рейхсминистр Шпеер, благодаря четким планам которого были задействованы все мощности европейских стран и намного увеличившаяся ресурсная база. До иранской нефти остался всего один бросок, а с ее захватом смотреть в будущее можно было уверенно. По крайней мере, под полный контроль Германии переходила почти десятая часть от мировой нефтедобычи, а это много, очень много — все европейские потребности покрывались с лихвой.

Вообще-то первоначально планировалось захватить кавказские скважины, но зимой выяснилось самое неприятное — русских сильно недооценили, как и огромные возможности экономики, использующей практически неограниченные ресурсные возможности. Гудериан теперь отчетливо представлял, с кем столкнулся рейх в своем походе на восток — когда против одного твоего танка выставляют три, а против дивизии пару,