Под напором стали и огня - Герман Иванович Романов

ответили на удар бомбардировщиков, но на некоторых прошляпили. Да и налет на Владивосток у японцев полностью провалился, а одно это говорит о том, что Апанасенко фронт подготовил, только одно дело учения, и совсем другое настоящая война. А в первом бою многие и растеряться могут от неожиданности, по себе знаю. Кто чего стоит только в третий раз ясно становится.

— Тогда может лучше приободрить стоит, не след шашкой рубить с плеча? Что ж — будь по-твоему, Григорий. А потому вылетай в Хабаровск, и на месте сам разберись, что там происходит. Кого надо наказать — накажи, кого наградить, ордена дай. Мандат я тебе сейчас выпишу.

Сталин написал на листке бумаги несколько строчек и отдал его Кулику — вот так быстро, без всякого формализма и прикладывания печатей. Григорий Иванович, быстро прочитав короткий текст, дававший ему фактически неограниченные права на Дальнем Востоке, вроде как наместника при прежнем режиме, сложил бумагу и сунул в нагрудный карман кителя.

— Григорий, ты чего задумался? Даже замер?

— Да я все голову ломаю, Коба — почему японцы напали? Нет, что война с ними неизбежна, я не сомневался, но почему именно сейчас — вот в чем загвоздка. Мы с Климом переговорили — последние теплые деньки осени, зарядят дожди, погода станет скверной, реки «вздуются». В таких погодных условиях вести наступательные действия практически невозможно. А там зима, в конце ноября условия станут подходящими. А в декабре реки встанут окончательно — переправляйся по льду в любом удобном месте. Почему нельзя было подождать два месяца, что за моча в головы ударила всем одномоментно. Ничего не понимаю — просто невыгодно им сейчас воевать, не тот момент. Тут или на четыре месяца раньше начинать, или на два позже, а конец сентября вообще ни с какого бока не подходит.

Кулик остановился, достал из пачки папиросу — они со Сталиным курили, причем он был единственный, кому Иосиф Виссарионович это позволял в приватных разговорах, а на общих совещаниях Григорий Иванович даже портсигар оставлял, подальше от соблазна.

— Может быть, потому и ударили сейчас, что после потопления линкоров британского «Восточного флота» решили, что настал самый удачный момент. Да и не могли они долго в стороне оставаться, когда у Гитлера дела на нашем фронте неважно пошли. Тут правило коалиционной войны срабатывает, при нежелании оказывать поддержку можно подвести союзника, а там, в дальнейшем собственное положение значительно ухудшится, и проигрыш в войне станет неизбежным.

Молотов говорил осторожно, хладнокровие покинуло его только раз, когда узнал, что число танков на Дальнем Востоке сократилось вчетверо. Пришлось ему втолковать, что столь резкое сокращение произошло за счет вывода из состава механизированных корпусов и отдельных танковых бригад всех Т-26 и БТ с противопульной броней — все они подлежали переделке в САУ, после которой отправлялись на советско-германский фронт. А там сгорали в беспрерывных боях, но своими «трехдюймовками» приносили пользу, а не так как летом сорок первого, когда тысячи этих машин просто сгинули, не нанеся противнику сколько-нибудь значимого ущерба.

А вот то, что всего одна «тридцатьчетверка» в бою стоит пяти «бэтушек», в расчет Молотов не взял, судил только по общему числу танков, хотя сам Сталин уже принимал в расчет исключительно средние и тяжелые машины, и, в виде исключения «полтины» с установленными на них «гадюками». А легкие танки устаревших типов практически «полегли» в полном составе, последние Т-26 и БТ «вытягивали» уже из Ирана и Туркестана, заменяя их там бронемашинами, и в июне вывезли остатки из Забайкалья и Монголии, отправив туда на замену Т-34. Причем на три четверти старых образцов, которые в больших количествах продолжали выпускать в Горьком и Сталинграде. Против модернизированных германских «четверок» они уже не годились, заметно им уступали в лобовом бронировании, да и пушки Ф-34 были не так эффективны как Ф-22Т с длинным стволом. Зато против японцев даже эти «тридцатьчетверки» будут иметь неоспоримое превосходство — у самураев, судя по всему, нормальной бронетехники нет, они сделали ставку на авиацию и флот. А таким просчетом нужно воспользоваться…

Япония, в отличие от других «великих держав», уделяла развитию собственного танкостроения куда меньшее внимание, да и парк бронетехники количественно и качественно находился на уровне итальянского, ничем не лучше. Но потомки гордых легионов хоть сообразили массировать танки, пусть и плохенькие, в крупные соединения, до японцев эта идея слишком поздно дошла. Ничего тут не поделаешь — такова великая сила традиций, достаточно посмотреть чем вооружены танкисты страны Восходящего Солнца…

Глава 50

— Мой фюрер, не следует обольщаться — не думаю, что японцам удастся сокрушить русские войска на Дальнем Востоке, слишком сильно они уступают им в танках. И что хуже всего — им нечем бороться с «тридцатьчетверками», какие-то «зыбкие» шансы, и то при стрельбе в борт, имеют только 47 мм пушки, и то с короткой дистанции. Так что без надежного противотанкового оружия воевать с русскими на равных, японцы не смогут. Нашим союзникам необходимо передать германские 50 мм и 75 мм орудия, как буксируемые, так и танковые — последние они могут установить в новых башнях на свои машины. К тому же им нужно усиливать лобовое бронирование хотя бы дюймовой толщины «нашлепками» — тогда будут хоть какие-то шансы в бою с пушками «тридцатьчетверок» первых модификаций. А вот против «гадюк» даже такое дополнительное бронирование не поможет. Думаю, японцам будет намного проще превратить свои танки в САУ, установив за броневыми щитами пушки по нашему опыту.

Гудериан только вздохнул — японские панцерваффе фельдмаршал оценивал крайне низко, и сейчас говорил осторожно, чтобы не расстроить Гитлера. Со вчерашнего дня фюрер стал преисполняться надеждами, и сегодня на полигоне заявил, что теперь участь большевиков предрешена — ведь воевать на два фронта они не смогут. Пришлось развеять иллюзии, указав, что все японские танки защищены дюймовыми броневыми плитами, которые пробиваются не только противотанковой артиллерией, но и ПТР, которых у русских огромное количество. А потому вести широкие наступательные действия японцы просто не в состоянии, хотя имеют превосходных по качеству солдат. Но тут им способствует как театр военных действий с реками и лесами, так и само время года — большевики просто не смогут реализовать свое огромное превосходство в первоклассной бронетехнике. А зимой сделать это будет затруднительно — Дальневосточный ТВД беден на хорошие дороги.

— Вы правы, Гудериан — именно наличие «истребителей танков» позволило нам остановить лавину «тридцатьчетверок», идущих