Голодные Игры глазами Пита Мелларка - Mary Hutcherson

возвышается надо мной со злой ухмылкой, меч в его руке блестит на солнце. Осматриваю землю и вижу свое копье, мне приходится проползти полметра, чтобы достать его, а потом и я, не задумываясь, бью Катона по ногам. Он вскрикивает и хватается за колено, а я, пользуясь моментом, выбиваю ногой меч из его руки.

Теперь оружие есть только у меня, но Катон не собирается сдаваться, он хватает меня за плечи и толкает, что есть силы, назад. А я вспоминаю прием, которому меня научил брат, и выворачиваю ему руку за спину.

— Ненавижу, когда меня недооценивают, — говорю я ему и пихаю в спину.

— Ты все равно труп, — кричит он и опять набрасывается на меня.

Мы падаем на землю и начинаем бороться. Бью его в челюсть, а он мне в грудь. После этого становится тяжело дышать, и я кашляю, а он бьет мне прямо в переносицу. Тупая боль разносится по всей голове, а перед глазами все темнеет, но я на ощупь нахожу копье и бью Катона концом палки в бок со всей силы, какую вообще могу сейчас собрать. Он издает протяжный стон и перекатывается с меня на землю. Встаю, но меня шатает из стороны в сторону. Он лежит на земле с прижатыми к боку руками и протяжно стонет. Уж не знаю, куда я попал, но нужный эффект достигнут. Подставляю копье к его горлу, а Катон поднимает на меня шокированный взгляд.

— Убьешь меня? — закашливаясь, говорит он.

— Назови хоть одну причину, почему я не должен это сделать, — сильнее надавливаю на него копьем, и парень начинает прерывисто дышать.

— Потому что ты хочешь сохранить жизнь девчонке, — говорит он.

— Причем тут Китнисс?

— Мирта, — он задыхается и прижимает руку к спине, — Мирта найдет ее и убьет. Она будет мстить за меня. Ты же знаешь об этом. Это будет очень жестокая месть, Пит. Она рассказала тебе все, когда напилась, так ведь?

— Мирта сейчас даже встать не может сама. Что помешает мне пойти и убить ее сразу после тебя? — смотрю ему прямо в глаза.

— Ты не убийца. Ты не сможешь. И ты это знаешь.

Злость, которая кипела во мне, сейчас отступает. И я понимаю, что держу копье у горла Катона и сейчас мне надо его убить. Меня начинает трясти, ладони потеют.

— Другого выхода нет, — говорю я уверенно.

— Есть, — он выдавливает улыбку. — Ты отпустишь меня, и я пойду к Мирте. А ты найдешь свою девчонку. А потом все будет по-честному. Вы против нас. Двое надвое.

— Вас не двое, — говорю я, — Марвел, скорее всего, жив.

— Пушка дважды стреляла, женишок. Ди точно мертва, а вот насчет второго я не знаю. Если Линда тоже умерла, значит, Марвел, скорее всего, от нас отколется. Пришло время, когда каждому пора начать думать о себе, — он опять кашляет и закрывает глаза на пару секунд. Предложение застает меня врасплох.

— Китнисс считает, что я ее предал. Она не знала о моем плане, — говорю я.

— Вот как, — он вздыхает, — но ведь у вас даже есть фора. Она здорова, как бык. Да и ты тоже не покалеченный.

— У вас оружие и припасы…

— У Мирты сотрясение, а я по ощущениям сейчас выплюну свою почку, — продолжает он, — отпусти меня сейчас, и у нас будут равные шансы. Ты ведь не хочешь стать убийцей, я это точно знаю. Вот и прояви свою доброту. Ты же понимаешь, что я не вру. Отпусти меня и иди искать девчонку.

Продолжаю держать копье у его горла, но заметно ослабляю хватку. То, что говорит этот псих, действительно, является правдой. У нас будет пару дней форы, мы сможем добыть оружие и пищу. Мы сможем стать командой и даже первыми напасть на них. Отодвигаю копье еще на пару сантиметров. Я не смогу его убить…

— Где вы будете все это время? — спрашиваю я.

— У Рога, — быстро отвечает он, — я не оставлю припасы.

Еще пару секунд колеблюсь, взвешиваю все за и против, а потом отвожу копье и бросаю его на землю. Катон поднимается на локтях и постанывает, когда пытается встать на ноги.

— Я уже подумал, что ты реально меня прикончишь, — говорит он, держась рукой за бок. Весь он перекошен и стоит так, будто стоит дунуть и он упадет.

— Сделай одолжение, — говорю я, — заткнись и уходи. Не заставляй меня жалеть о том, что я сделал. Точнее, не сделал.

Он кивает и отворачивается в другую сторону. Тоже отворачиваюсь и смотрю в лес. Где мне искать Китнисс? Да и вообще, станет ли она союзничать со мной? Почему-то я думаю об этом только сейчас, когда Катон уже стоит на ногах и ощупывает свой бок. Берусь за переносицу, она раздулась и пульсирует, а кровь из носа тонкой струйкой стекает на землю. Вытираю ее рукавом, но она начинает течь снова.

— Мне так жаль, Пит, — тихонько говорит Катон. Неужели он извиняется из-за того, что ударил меня? Совсем на него не похоже… — Мне правда стыдно, но я должен, — продолжает он, — так что, прости.

Оборачиваюсь, чтобы спросить у него, за что он извиняется, но еще боковым зрением замечаю огромный меч около своей головы. Успеваю увернуться и отпрыгнуть к дереву, но боль обжигает правую ногу. Эта боль не сравниться с болью от удара в нос или в грудь, она в миллион раз сильнее. Эта боль похожа на удар током. Она просто овладевает моим телом. Мне кажется, что я не смогу больше вымолвить и слова, но на самом деле кричу. Горячая кровь начинает стекать по моей ноге, и я падаю на землю, не в силах устоять. Вижу огромный разрез на штанине выше колена, но мне даже страшно посмотреть, что творится под тканью. Через пять секунд я уже чувствую, что сижу на мокрой из-за крови земле, а Катон возвышается надо мной с мечом в руках. По лезвию стекает кровь. Моя кровь…

Адреналин действует как раз вовремя. Ложусь на землю и отталкиваю его здоровой ногой в низ живота. Сам он плохо стоит на ногах, поэтому падает на землю и охает. У меня есть совсем немного времени, но страх притупляет боль, и я могу встать. Стараясь не наступать на раненную ногу, подхожу к Катону и сильно бью его ногой в то место, куда уже попадало мое копье. Он взвывает от боли и переворачивается на другой бок, а я в это время наклоняюсь и дважды сильно бью его в нос. Голова Катона безвольно