Первый шаг Некроманта. Том 5 - Илья Рэд

земли как кроты расширяли новые владения с ужасающей скоростью. Их отлавливали служители порядка, засыпали пещеры и пополняли тюрьмы заключëнными.

В последнее время, по словам Нарышкина, ситуация выправилась и государство приняло решительные меры: за отлов магов земли выплачивали щедрую награду, а самих пойманных через церковь заставляли пройти обряд Забвения. Им стирали стихию и навсегда закрывали возможность ей обучаться. В местах силы на таких умельцев заводили запретные списки.

Проблемы столицы не сильно меня волновали, но было интересно наблюдать за этой борьбой Давида и Голиафа. На любую меру всегда находилась контрмера. Сложно что-то сделать против сплочëнного преступного сообщества. Даже если многие из них ненавидели друг друга, выдавать своих никто не спешил.

— Мы ходим по кругу, — тихо заметил я Ломоносову.

В отличие от остальных ребят у меня была идеальная память на маршруты и мелкие детали.

— Точно такой же выступ был тридцать минут назад, — показал я на кусок камня.

— Да я тоже что-то такое почувствовал, — ответил Ваня и включил своë маназрение.

— Ась? Мы чо заблудились? Как по мне, эти кроличьи норы везде одинаковые. Срали бы ещë здесь поменьше, — поморщился Бес, обходя подсохшую кучку стороной.

Ваня провëл нас до тупика. Мы стояли напротив стены и думали, что делать дальше.

— Может, твой этот кампас под землëй не работает? — с ноткой скепсиса спросил у Ломоносова Бес и поковырялся пальцем в ухе. — Я скоро чесаться начну в этих лохмотьях, — одеты мы были в поношенную старую одежду.

— Ошибка исключена, — ответил ему Ваня и потрогал ладонями стену.

Мы хотели было развернуться, как вдруг бывший клирик выставил обе руки вперëд и попытался сдвинуть с места шершавую глыбу.

— Тебе помочь? — насмешливо спросил его Бес, бухарца можно было понять — выглядело бредово: человек своей маленькой массой не в состоянии тут что-то сделать, однако в какой-то миг раздался шипящий звук, и тело Ломоносова втянуло внутрь. — Э-э-э⁈ Чего? — скорчилось лицо мечника, и он подбежал к месту, где недавно был Ваня.

Спустя какое-то время проход замерцал и вдруг рассыпался на мириады мельчайших частиц. С той стороны туннель продолжался. Ломоносов же посреди дороги стоял с довольной улыбкой. В его руке блестела небольшая железная шестерëнка.

— Что это?

— Артефакт иллюзий, видимо, уже нерабочий. Он преобразует влитую в него ману в устойчивую материю. Установивший его убежал, как только я разорвал морок, — он подбросил вещичку в руке и посмотрел на меня рассеянным взглядом. — Думаю, все ответы мы получим от него.

— Отлично, тогда вперëд, поймаем засранца! — провозгласил Бес.

— Ты что-нибудь знаешь по поводу иллюзионистов в Хитровке? — спросил я Джона, и тот хмуро покачал головой.

— Нет, но это объясняет, почему здесь до сих пор такой бардак. Впрочем, — клирик сделал паузу, — впрочем, случай может быть единичным.

Стихия иллюзий считалась сверх редкой во всех странах. Большая часть мест силы с ней расположились на южном берегу Каспийского моря. У нас в Российской империи официально зарегистрировано лишь три таких объекта, и все контролировались императором.

Однако не у всех ликвидаторов была возможность проверять, какую Брешь они закрыли. Чаще всего это их вообще не волновало, ведь главное — заполучить добычу, а территорию с хорошим местом силы посреди полчищ монстров всё равно никак не освоишь: для этого надо уничтожать ключевую Брешь, чтобы не плодились сателлиты. Вот и получалось, что сотни таких участков пустовали, либо на их месте появлялись новые порталы и перекрывали старую стихию.

Для проверки нужен был специальный церковный прибор на основе священных камней, и он дорого стоил. Но свято место пусто не бывает. Существовала целая прослойка магов-самоучек, не связанных с военными.

Они-то и отыскивали заброшенные объекты и пытались заполнить свои процентили нужным атрибутом. Ликвидаторами это ни к чему — всё равно в любое место силы в империи у них бесплатный вход, а вот всяким тёмным личностям или чудикам — самое то.

Глаза Ломоносова светились голубым светом в темноте, и мы шли по взятому им следу. Кто бы это ни был — он хотел нам причинить неудобства. Я не был знаком с возможностями магии иллюзий, но подозревал, что она может быть противной штукой.

Шаг за шагом мы вышли уже в более просторный туннель, где народ устроил нечто вроде рынка с прилавками в виде деревянных ящиков, сбитых вместе. Здесь голь продавала всякий краденый хлам, бурно шли торги, и каждый пытался урвать себе выгодную сделку. За всем следили три широкоплечих мага с короткими дубинками. Один из них неприятно скользнул по нам взглядом и толкнул своего товарища.

Ваня смотрел в пол, чтобы не выдавать свечение. Нахлобученный на лоб козырёк скрывал глаза, а обычное зрение Ивану не нужно было — он и так всё видел.

— Вы кто такие? — спросил нас один из подошедших блюстителей порядка. — Раньше я вас тут не видел, — сзади подошёл его квадратноголовый коллега без признаков цивилизации на лице.

Со стороны наша группа не казалась опасной. Два худосочных мага (Ломоносов и Джон), поджарый низкорослый Бес и я, только недавно покрывшийся наростом мускул, которые всё равно скрывало дырявое тряпьё. Наша проблема была в другом — слишком культурные лица на фоне местного контингента.

— Мы Сысойских будем, Миша Огузок, слышал о таком? — нашёлся Бес и протянул припрятанную в кармане папиросу, здоровяк принял угощение и зажёг её пальцем, глубоко вдохнув дым, он задумчиво выдул его и показал на своего друга. — Ещё есть?

Бес поделился и с двумя другими. Маги нахваливали хороший табак и нашли общий язык с болтливым бухарцем. Рустам, как мог, пытался не нарываться на конфликт — нам это сейчас ни к чему.

— Образованные? — спросил меня тот, с кем мечник начал беседу, и я решил не отпираться.

— Да.

— Чего забыли тут?

— Правды ищем, надо кое с кем поговорить, — расплывчато ответил я, чем вызвал косой взгляд квадратноголового.

— Значица так, мужики, никакого Сысойского я знать не знаю, но чтобы вас здесь больше не видел, — потушив окурок чëрным сапогом, строго ответил главный. — Нам тут проблемы не нужны, мы люди честные, политиками вашими не занимаемся.

— А как можно…

— Валите, я сказал.

Признаться, я думал, нас как минимум попытаются нагреть на сотку другую. Импровизированную подземную барахолку мы прошли без проблем, но спустя полчаса