Ловец духов - Григорий Константинович Шаргородский

– Почему? – удивился я. – Разве так не безопаснее?

– Тут как посмотреть. В житейских делах с опытным старостой она не справится. Заморочит какой хитрован и подомнет. Потом, когда Васька войдет в полную силу и накроет своим чарами весь удел, придется воевать за власть. Это всегда так. И дело может закончится чей-то смертью. За Ваську я не боюсь, но, если угробит зарвавшегося старосту, одна часть деревни будет ненавидеть за гибель родича, а другая бояться, придется давить, как это делала старая Деяна. Сам видел до чего там дошло. Может, все и сладится, но рисковать не хочу.

– И какой выход? – через пару минут напомнил я о себе задумавшейся ведунье.

– Тут либо новую деревню закладывать, либо запустенье какое подымать.

– О как? – подивился я грандиозности планов ведуньи.

– Была мысль основать деревню неподалеку святилища Леля. Место там хорошее, а если связать Ваську со священным камнем, она бы многого достигла. У тебя эта связь есть. Мог бы поделиться ею с Василисой, но ведь ты не возляжешь с ней ради этого?

Ведунья смотрела с хитрецой, явно догадываясь какой будет ответ.

– Нет. Она же мне как сестра.

– Да поняла я уже, – с легким разочарованием, но без упрека махнула рукой ведунья. – Лель крепко повязал тебя с княжной.

На это заявление я лишь горестно вздохнул.

– Но все же я отправила Воруху к Колояру, пусть и не стать ему Василисе соседом.

А вот это уже интересно.

– Вы сейчас говорите о том уроде, который провел колдуна к святилищу, а потом всю ночь гнал нас по лесу?

– Да, о нем я и говорю, но виноват он лишь в том, что повелся на обещания колдуна. А когда понял, что подсыл подловил Здебора, то забрал своих и ушел. Хоть и жаден он без меры, но при этом труслив. Храбрости отбить моего защитника не хватило, зато понял, что я его со свету сживу, если окажется причастен к смерти Здебора.

Что же это получается – за нами гнались только трое дружинников? И почему Воруха не сообщила? Я хотел спросить об этом ведунью, но передумал. Толку с того? «Цепные» явно не слабаки какие, если уж сумели пройди от капища до места, где нас ждал катер. К тому же из оружия у нас был только револьвер да одноствольный дробовик подсыла.

– Кстати, а где сейчас эти рабы колдуна?

– Одного задрал обиженный Здебором мишутка, – с улыбкой пояснила Виринея, а еще двоих загнали в болото к кикиморе присланные Колояром охотники. Знал, стервец, кому нагадил, вот и попытался выслужиться. Сегодня сходим на твоем Проходимце до устья Вислицы. Колояр принесет виру за свою глупость. Он и ковырялку Акиры нашел. Точнее, получил ее от колдуна как долю в добыче.

Судя по печальному виду нихонца за ужином, Виринея либо узнала о мече от вернувшейся только что Ворухи, либо готовила моему наставнику сюрприз. Не знаю, что она там на самом деле задумала, но терзать свое ватажника неведением я не собирался, впрочем, как и будить его. Рано Акире еще в такие дела соваться. Вчера нихонец хот и выглядел молодцом, но посох с собой таскал явно не для форсу, как городские модники свои тросточки. Заяц, конечно, тоже останется в гостевом доме под присмотром Василисы, но его я все же тихонько растолкал и попросил передать Акире, что меч скоро вернется к хозяину.

Солнце еще не взошло, как мы уже погрузились на Проходимца. Кроме Здебора, который от своей покровительницы в таких ситуациях не отходит ни на шаг, компанию нам составили два знакомых охотника. С ними мы ходили в Осолонь, и если ведунья не передумает, пойдем еще раз. Виринея напрямую мне ничего не говорила, но не удивлюсь, если попросит помочь Ваське обжиться на новом месте. Но то дело будущего, плохо то, что и сейчас она тоже чего-то не договаривает. Очень хотелось расспросить хитрованку, но сам не позаботился об еще одном сидении рядом с пилотским.

Возможность высказаться у меня появилась, когда солнце уже перевалило за полдень и вдали показалась пока узкая полоска берега. Виринея подошла сзади и положила ладонь мне на плечо:

– Степа, нужно ненадолго остановиться.

Нужно так нужно. Плавно снизив скорость, я заглушил моторы и, не дожидаясь полной остановки, вместе с креслом повернулся к ведунье. Та уже раздала всем участниками похода какие-то склянки, коричневое содержимое которых крачайцы тут же выпили. Я не то чтобы не доверял Виринее, но делать что-то без пояснений не спешил. Женщина ехидно улыбнулась и опустошила точно такую же, как и у всех, склянку. На меня ее доверительный поступок никак не подействовал:

– Ну и зачем все это?

– Чтобы не попасть впросак, как в Осолони.

– Ждете подвоха от трусливого ведуна? – не успокаивался я.

– Хочу быть готовой ко всему. А ты помни, главное: если все пойдет как-то не так, не вздумай стрелять свинцом или серебром. Сам знаешь, что будет.

Да уж, как не знать. От воспоминаний о знакомстве со старшим лешаком до сих пор мурашки по спине бегают. Совет ведуньи был здравым, и спорить я не собирался. Особого припаса с упрятанными в кожу и резину, сдобренными парализующим ядом жалами у меня хватает. Даже запасную одноствольную духовушку взял, но Виринея явно что-то недоговаривает. Я пристально посмотрел ей в глаза и понял, что больше она мне ничего не скажет. Впрочем, к этому я уже привык. Иногда с ней все просто и понятно, а порой, особенно когда дело касается каких-то ведунско-языческих тайн, приходится молча делать, что говорят, либо сразу упираться рогом, но сейчас явно не тот случай. Так что, загнав раздражение поглубже, я выпил горьковатый травяной отвар и зябко передернул плечами. Здебор насмешливо взрыкнул. Вот уж кто шел за ведуньей без вопросов и сомнений. Впрочем, грех жаловаться – и мне он помогал с такой же охотой.

Вернувшись к управлению катером, я за полчаса довел его до устья Вислицы. Удобный спуск к воде мы обнаружили еще издали, благодаря тому что там маячили три человеческие фигуры. Скорее всего, это Колояр с помощниками. Рядом с ними виднелась изрядная такая кучка каких-то вещей. Похоже, с вирой ведун решил не мелочиться. И все же перед тем, как нос катера наехал на глинистый бережок, я заглянул в духовный мир и увидел ауры еще четверых человек, явно не желавших, чтобы их заметили.

– Четверо в кустах, – тихо сказал я, подойдя