Звезда по имени Стиг Ларссон - Барри Форшоу

Тем временем объект их беседы просыпается в больничной постели, чувствуя на себе чей-то взгляд. В дверном проеме она видит силуэт человека на костылях. Это Залаченко. Она подумывает протянуть руку и разбить стакан — потребуется всего полсекунды, чтобы полоснуть осколком по горлу ненавистного отца, если он решит к ней приблизиться. Однако он тихо выходит в коридор. Саландер встречается со своим адвокатом Анникой, сестрой Блумквиста. (Сам Микаэль тем временем читает о секретных службах все, что только смог найти.) Джианнини передает слова брата о DVD — Саландер должна решить, говорить ли о диске своему адвокату или нет (речь идет о том самом фильме, где Бьюрман ее насилует). Анника объясняет, что она не должна ничего никому говорить, кроме нее, и Лисбет с радостью принимает этот совет.

Некоторые читатели могут попытаться представить точку зрения Стига Ларссона на человечество. Персонажи его книг, включая главных героев и тех, с кем они общаются, — люди, с которыми читатель в той или иной степени может себя идентифицировать, хотя, с точки зрения большинства, невероятная жестокость Саландер несколько чрезмерна. Но эти относительно положительные герои находятся в меньшинстве по сравнению с противостоящим им невероятным количеством преступников, насильников и иного сброда. Для многих персонажей цикла человеческая жизнь не представляет ценности, в том числе и для таких государственных фигур, как Гуллберг.

В седьмой главе мы видим всю беспощадность этого персонажа, вспоминая столь же внезапное убийство в романе Джеймса Элроя «Секреты Лос-Анджелеса». Придя в палату Залаченко, Гуллберг спрашивает, действительно ли тот планирует предать их после всего, что они для него сделали. Русский отвечает, что его цель — выжить и он сделает это любой ценой. К его удивлению, Гуллберг говорит, что считает его злым и испорченным, а потому и пальцем не пошевелит, чтобы ему помочь. Раскрыв внутренний карман сумки, он вынимает девятимиллиметровый револьвер «смит-вессон». «И что ты собираешься делать? Застрелишь меня?» — смеется Залаченко. Гуллберг нажимает на курок и всаживает пулю прямо ему в лоб. После этого прикладывает дуло к его виску и стреляет еще дважды («Он хотел быть уверен, что на этот раз ублюдок действительно мертв»).

Саландер слышит выстрел, но пока не знает, что дело, которое не удалось ей, завершил другой человек. Гуллберг покидает здание, не пытаясь войти в запертую комнату Лисбет. Однако на этом сюрпризы Ларссона не заканчиваются. Гуллберг в последний раз поднимает пистолет, прижимает его к своей голове и спускает курок. Однако он не погибает и оказывается между жизнью и смертью.

Блумквист сидит в кофейне, когда слышит о смерти Залаченко; оставив кофе нетронутым, он хватает компьютер и мчится в редакцию «Миллениума». Он спрашивает, кто убийца, но пока этого никто не знает (он приходит к неверному выводу). Эрландер и Мальмберг обсуждают личность убийцы — 78-летнего мужчины по имени Эверт Гуллберг, адвоката по налоговым делам на пенсии, нередко посылавшего правительственным служащим письма с угрозами (в том числе министру юстиции). В разговоре знакомых Гуллберга о нем сообщается нечто важное: последние полгода тот носил с собой оружие. У Гуллберга был рак желудка, прямой кишки и мочевого пузыря, и его поступок стал последней услугой отделу. Его задание заключалось в том, чтобы Залаченко никогда не смог заговорить.

Когда Гуннар Бьёрк слышит о стрельбе в больнице, он испытывает глубокий страх, понимая свою уязвимость. Он возвращается домой и в изумлении видит, что лампы на потолке больше нет, с крючка свисает веревка, а внизу стоит стул. Он поворачивается, колени его подгибаются: перед ним — двое мужчин южноевропейской внешности. Они подносят его к стулу и вешают, поддерживая под руки.

Далее следует интересный параграф о полицейском Эрландере, расследующем убийство Залаченко. Ему представляется, что убийца — один из помешанных, которыми полон мир, вроде тех, кто преследует знаменитостей и ищет любви, а когда не получает любви в ответ, что естественно, сменяет ее на яростную ненависть. Ларссон приводит удручающий список преследователей и психопатов современного мира вкупе с любителями теорий заговоров и теми, кто обладает даром «читать послания», скрытые от мира повседневности. В этом фрагменте ощущается сила: читатель понимает, что подобные люди беспокоят автора не меньше ультраправых, которые были его мишенью. Стиг Ларссон жил в беспокойном мире, и создание двух персонажей, которые могут (хотя бы в какой-то степени) превращать хаос в порядок, являлось для него попыткой улучшить реальный мир через художественную прозу.

Характерным приемом последней книги трилогии можно назвать физические угрозы; Ларссон описывает нападение на сестру Блумквиста, которой до этого угрожали оружием. Она приезжает к нему с синяком во весь глаз и рассеченной бровью, объяснив, что ее портфель украли, а в нем находились материалы по Залаченко, переданные ей Микаэлем. Он говорит, что это неважно — всегда можно сделать еще одну копию, — однако с ужасом понимает, что теперь она сделалась мишенью преступников.

Вторая часть романа «Девушка, которая взрывала воздушные замки» называется «Республика хакеров» и начинается (как заведено у Ларссона) с эпиграфа о женщинах — с цитаты из ирландского закона 697 года, который запрещает женщинам быть солдатами, поскольку (как указывает автор) они были солдатами прежде. Мы вновь читаем об амазонках, словно Ларссону кажется, что читатель позабыл метафору, описывающую его воинственную героиню. Интересно, что традиционный образ амазонок без правой груди для удобства натягивания тетивы лука (слово «амазонка» буквально означает «без груди») не подтверждается ни рисунками, ни амулетами, ни статуями женщин в музеях, о чем также упоминает Ларссон.

После эпизода о том, как Эрика Бергер пытается вписаться в новый коллектив, перейдя в редакцию другого журнала, Ларссон возвращается к Блумквисту, за которым наблюдает Мальм. Последний отмечает, что за Блумквистом установлена слежка. Встретившись с Арманским, журналист предположил, что люди, которые за ним следили, из службы безопасности. В разговоре Блумквиста и Арманского есть фразы, проясняющие собственную точку зрения автора (как может показаться). Представители службы безопасности выставили себя дураками, что для них естественно, и Ларссон обосновывает это мнение примерами со всего мира, рассказав, например, как французская секретная служба послала в Новую Зеландию водолаза, чтобы тот взорвал корабль Гринпис «Радужный воин». Блумквист слышит от Арманского нечто полезное: у того есть надежный человек в службе безопасности, и в грядущих столкновениях он оправдает деньги, которые Арманский ему платит.