Звезда по имени Стиг Ларссон - Барри Форшоу

Доведя эту напряженную ситуацию почти до абсурда, Ларссон показывает, что у него еще есть тузы в рукаве. Нидерманн просыпается, услышав крики Залы. Он входит в сарай и видит Саландер, однако, зная, что она мертва, принимает ее за демона. Ему кажется, что у нее чешуйчатая кожа, хлещущий из стороны в сторону хвост, светящиеся глаза, острые зубы, а изо рта вырывается пламя. Она стреляет в него, но промахивается. Он в ужасе убегает прочь.

Она не стреляет в Залу, приберегая последнюю пулю для Нидерманна, и возвращается в дом, где смотрит в зеркало и пугается своего окровавленного вида. Неудивительно, что великан сбежал. Теперь она вооружена его пистолетом «Ванад» Р-83. Она понимает, насколько серьезны ее раны. Ларссон пытается уверить нас в том, что она может потрогать свой мозг через дыру в задней части черепа.

Нидерманну становится стыдно за свое бегство, но он не видит смысла возвращаться и помогать Зале — дело проиграно. Ему нужна машина, чтобы уехать в Гётеборг, и скоро он видит автомобиль, едущий ему навстречу. В нем оказывается Блумквист.

Саландер подносит пистолет к голове… она так тяжело ранена, что хочет покончить с собой.

Блумквист останавливается, когда ему машет Нидерманн. Зная, кто перед ним, журналист направляет на него свой «кольт-1911», заставляет лечь и привязывает тросом к дорожному знаку, после чего мчится на ферму. В сарае он находит стонущего Залу, в доме обнаруживает Саландер. В руке у нее пистолет, но сил на выстрел Лисбет не хватает. Она с трудом понимает, кто перед ней, и шепчет: «Чертов Калле Блумквист».

Журналист звонит в спасательную службу.

Конец второго тома трилогии воспринимается иначе, чем финал его предшественника. «Девушка с татуировкой дракона» являлась самодостаточным произведением, однако вторая книга была сознательно задумана как продолжение цикла с мастерским управлением мотивами, ведущими к заключительной части. А поскольку трилогия замышлялась как единое целое, у читателя нет ощущения известного (и пугающего) «синдрома второй книги», когда за первым романом нового писателя следует скучный и «проходной» второй. У Ларссона не оставалось времени на такие тонкости; у него все должно было воплощаться полностью и качественно. Не предчувствовал ли он свой близкий конец?

Глава 8

Книги: «Девушка, которая взрывала воздушные замки»

В реанимации лежит татуированная молодая женщина с пулей в голове. В одной из соседних палат — ее отец, пытавшийся убить свою дочь. На его теле — многочисленные раны от ударов топором (нанесенных молодой женщиной). Поправившись, она услышит обвинение в трех убийствах, если только человек в коридоре не убьет ее раньше.

«Девушка, которая взрывала воздушные замки» начинается стремительно, и темп событий редко замедляется на протяжении всех шестисот страниц. Это вдохновляющее, если не изнуряющее чтение. Но для мира криминального триллера книгу вновь можно назвать уникальной.

Стиг Ларссон приковывает наше внимание к двум главным героям — хакеру Лисбет Саландер и журналисту Микаэлю Блумквисту, который стремится вернуть ей доброе имя, пусть даже она отвергла его как возлюбленного. Многочисленные враги Саландер являют собой крайне отвратительных личностей, начиная от ее чудовищного отца и заканчивая не менее опасными спецслужбами и своекорыстными политиканами. Все эти силы хотят либо дискредитировать, либо убить ее. Ларссон щедро включает в текст грубое насилие (крайняя жестокость происходящего и образ уязвимой героини свойственны и другому автору бестселлеров, Томасу Харрису). Однако перед нами сильное, впечатляющее завершение амбициозной и богатой деталями трилогии, поэтому читатель наверняка будет сожалеть о том, что это его последняя возможность побывать в компании беспокойной Лисбет Саландер — по крайней мере, до тех пор, пока мы не увидим экранизацию.

Последовательный, детальный анализ сюжета, который был проделан с первыми двумя книгами, здесь не столь необходим, однако не потому, что третий том менее интересен (во многом повествование столь же насыщенно, как и предыдущие романы цикла). Сюжет «Девушки, которая взрывала воздушные замки» выстроен так, что каждая отдельная ситуация менее важна, чем раскрытие общих тем и сведений о центральных персонажах. Первая часть называется «Интермеццо в коридоре», и в этой музыкальной аллюзии есть скрытая ирония. Музыкальная форма, используемая в книге чаще всего — accelerando, «ускорение», а никак не ленивые интермеццо.

Глава начинается с эпиграфа, в котором сказано, что сотни женщин, участвовавших в американской гражданской войне, переодевались мужчинами. Ларссон подчеркивает, что историкам сложно работать с гендерными различиями. (Его замечание о женщинах, принимавших участие в шведской охоте на лосей, несет в себе непреднамеренную иронию: Ларссон был писателем левого толка, а женщина, охотящаяся на лосей, для большинства читателей ассоциируется с правым кандидатом в вице-президенты США Сарой Пейлин.) Он продолжает рассказывать об амазонках и женщинах-воинах, упомянув Боудикку, чья статуя есть в Лондоне у моста напротив Биг-Бена, и просит читателя «навестить ее», если тот окажется поблизости. Кто-то может возразить, что Саландер, его женщина-воин, не тот человек, с которым хочется здороваться, особенно если вы мужчина, нарушающий этические нормы в сексе.

Доктор Юнассон, которому сообщают о Саландер, устал после нескольких важнейших операций. Ларссон называет его вратарем, стоящим между пациентом и похоронным бюро, поскольку его решения неизбежно связаны с жизнью и смертью; по иронии, именно такие решения часто принимают два главных героя книги. Юнассону говорят, что девушка в больничной палате — Лисбет Саландер, та самая, которую несколько недель разыскивают за совершенное в Стокгольме тройное убийство. Эта информация Юнассона не впечатляет: его работа — спасать жизни пациентов. Мы становимся свидетелями почти неуправляемой суматохи в отделении скорой помощи и читаем краткое описание персонажа, которого некоторые читатели могут счесть второстепенной фигурой. Но такова стратегия Ларссона, стремящегося облечь плотью кости своей истории. Нам рассказывают о едва живой женщине двадцати с небольшим лет, со слабым сердцебиением и несколькими огнестрельными ранами. То, что она не погибла от пули, едва не достигшей мозга, можно назвать чудом.

После захватывающего начала Ларссон переходит к Блумквисту, на часах которого уже три ночи. Его руки скованы наручниками, он устал и сидит на кухонном столе в деревенском доме неподалеку от Носсербро. Блумквист ругается с арестовавшим его полицейским, называя того идиотом: «Ради всего святого, я же вас предупреждал, что он опасен… Я говорил, что с ним надо обращаться как с живой гранатой». Блумквист подавлен: около полуночи он нашел тяжело и, возможно, смертельно раненную Саландер. Он вызвал службу спасения и полицию. Врачи забрали и Александра Залаченко. Этот человек — отец и главный враг Саландер; он пытался убить ее и получил за это несколько ударов топором в лицо и в ногу.