Невоздержанность - Al Steiner

вероятно, что у них двоих уже было взято интервью перед концертом относительно того, какова была их цель здесь. Что сказала Минди? Что сказал Уинслоу? У Джейка было предчувствие, что он узнает, когда прочтет завтрашнюю газету.

Они завершили основной сет с Азартом ведения бизнеса, наполнив мелодию протяжным финалом, полным барабанных и фортепианных аккордов, и финальным гитарным соло.

"Спасибо тебе, Лос-Анджелес!" Джейк прокричал в микрофон после финальной ноты. "Спасибо тебе и спокойной ночи!"

Повинуясь импульсу, которого он на самом деле не понимал, Джейк швырнул медиатор прямо в Минди. Она поймала его в воздухе и торжествующе подняла над головой. Затем она послала Джейку воздушный поцелуй — действие, которое не пропустили репортеры или фотографы.

Группа взялась за руки и откланялась. Затем они направились за сцену, чтобы восстановить силы и передохнуть минуту или две, пока толпа кричала, требуя выхода на бис. У роуди были холодные бутылки Gatorade, которые они раздали группе.

Мэтт сделал большой глоток из своей бутылки, влажно рыгнул, а затем обвиняюще указал пальцем на Чарли. "Ты смотри, куда ты кладешь свою гребаную руку, когда мы делаем бантик, упаковщик помадки!" он кричал, отчасти от гнева, отчасти для того, чтобы его услышали сквозь оглушительный рев толпы.

"Куда я засовываю руку?" Озадаченно спросил Чарли.

"О чем, черт возьми, ты говоришь, Мэтт?" Спросил Джейк.

"Он двигал рукой вниз к моей заднице!" Мэтт закричал.

"Я не был!" Запротестовал Чарли.

"Господи Иисусе", - сказал Джейк, закатывая глаза.

"Просто положи свои гребаные руки мне на плечо, когда нам придется заниматься этим дерьмом!" Сказал ему Мэтт. "И не шевели пальцами тоже!"

"Ко мне это тоже относится, лизоблюд!" Вмешался Куп.

"Куп, он даже не прикасается к тебе во время поклона", - сказал Джейк. "В конце тебе противостоит Зануда".

"На случай, если нам когда-нибудь придется поменяться местами!" Сказал Куп.

"Я кланяюсь так же, как кланялся всегда", - сказал Чарли едва ли достаточно громко, чтобы его услышали.

"Да что ты за хуйня!" Сказал Мэтт. "Ты пытался пощупать мою задницу! Если твои пальцы окажутся в футе от моей задницы, я отломаю их один за другим и засуну в твою задницу!"

Джейк с отвращением покачал головой и сделал еще глоток своего Gatorade. Он поставил бутылку на стол и посмотрел на Мэтта и Купа. "Вы двое параноики", - сказал он. "Может быть, вы попытаетесь немного прийти в себя, чтобы нам не приходилось заниматься этим дерьмом каждую ночь?"

"Ты тоже гребаный упаковщик помадки?" - Спросил его Мэтт. "Должно быть, так и есть, раз уж ты защищаешь здешнего рейнджера!"

"Я даже не собираюсь удостаивать это ответом", - сказал Джейк. "Давай. Мы готовы вернуться туда, или как?"

Мэтт выглядел так, будто хотел сказать еще что-то, но он пожал плечами. "Хорошо", - сказал он. "Давай покончим с этим дерьмом".

- Аминь, - сказал Куп.

Они вернулись на сцену для исполнения трех песен на бис. Как и раньше, как только они вернулись под свет и на виду у зрителей, враждебность была отодвинута на задний план — или замята под ковер, если хотите.

"Хорошо", - сказал Джейк в микрофон, снова взваливая гитару на плечо. "Ты уговорил нас на это. Еще немного, прежде чем мы закончим на этом вечер".

Дикие крики одобрения раздались над ними.

"Сейчас мы собираемся исполнить песню, которую Мэтт написал для альбомаLines On The Map, который мы только что выпустили. Это в некотором роде другая песня, и я буду первым, кто признает, что, когда он представил ее нам, я подумал: "Что, черт возьми, это такое?" Но когда мы начали немного поиграться с мелодией, начали добавлять немного барабанов, немного баса, немного фортепиано тут и там, и ... особенно... несколько потрясающих гитарных риффов Мэтта Тисдейла ..." Еще одно громкое приветствие. Джейк выдержал это, а затем продолжил. "Когда мы начали собирать все это воедино, превращать из идеи в песню, я начал понимать, что эта мелодия чертовски зажигательна!" Раздался еще один взрыв одобрительных возгласов, что случалось всякий раз, когда Джейк использовал слово на букву "Ф" в своих шутках между песнями. "И, судя по количеству эфиров, которые получает мелодия, кажется, что вы, люди, тоже думаете, что она чертовски крутая. Так что вот она для вас сейчас ". Он повернулся к группе, как бы делая им предложение. "Давайте немного поиграем на трибуне, ребята. Что ты скажешь?"

Один из самых громких возгласов за вечер потряс аудиторию. Куп отсчитал барабанными палочками до четырех, и они подхватили. Куп с точностью бил по своим барабанам. Мэтт оттачивал многогранные риффы с грубой, необузданной энергией. И Джейк спел текст со всей страстью и эмоциями, на которые был способен, выдавив их с пулеметной быстротой. Толпа оставалась на ногах на протяжении всего выступления (за исключением Скотта Адамса Уинслоу, который скромно сидел), размахивая руками, танцуя в неистовом ритме, держа свои зажигалки поднятыми. Аплодисменты, когда мелодия закончилась, были оглушительными и продолжались почти минуту.

После того, как все немного утихло, они приступили к исполнению на бис Point Of Тщетности, одной из основных песен Невоздержанности. Как всегда, эта песня была особенно любима дамами. Обнаженные груди начали мелькать перед группой. На сцену полетели лифчики и трусики, большинство из них предназначалось Джейку, хотя Мэтту тоже досталось приличное количество. Однако на этот раз на сцену было выброшено нечто большее, чем просто женское нижнее белье. Несколько пар лавандовых BVD полетели в Чарли, одна пара которых вошла под идеальным углом и с идеальной скоростью снижения, чтобы повиснуть на передней бабке его баса. Чарли не смог вытеснить их до конца песни, что вызвало аплодисменты вперемешку со значительным количеством смеха.

Для финального номера они сделали Can't Chain Me, еще раз добавив протяжную концовку, которая привела к впечатляющей кульминации ударных и гитар. За этим последовало еще одно "спасибо и спокойной ночи" Джейка и еще один групповой поклон перед сценой. Чарли держал руку на плече Мэтта. Он не пошевелил пальцами.

Они оторвались друг от друга и покинули сцену, в то время как позади них зажегся свет, давая зрителям понять, что на этот раз все действительно кончено. Роуди раздали свежий Gatorade, а затем провели группу по туннелю в раздевалку, где местная служба общественного питания приготовила еду и напитки. Оказавшись вне поля зрения общественности, группа снова распалась на отдельные группы. Никто не сказал "хорошее шоу" или "мы чертовски зажигали" или что-то в этом роде. Мэтт схватил тарелку с едой, пиво