День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Противник! Третий этаж, слева!

Загрохотал пулемет М240, зло харкаясь огнем, и на асфальт со звоном посыпались водопадом раскаленные гильзы.

— Засек! — крикнул, срывая от волнения голос, Гарсия. — Что с парнями?

— Капрал, кажись, еще жив! Надо вытащить его!

— А, дьявол! — Рядовой надавил тангету рации, закричав в эфир: — Это Дакота-шесть, прием! Атакованы противником! Есть потери! Мы блокированы, нужна поддержка! Кто меня слышит?

— Здесь Апачи-два, на связи! Ваши координаты засекли, подойдем с запада, не стреляйте в том направлении, парни! Будем через пять минут!

Морпехи застыли, не выпуская из рук оружия. В это время капрал, прежде лежавший врастяжку на земле, зашевелился, пытаясь подняться на ноги. От боли трудно было дышать, но, коснувшись ладонью спины, он нащупал вмятину в бронежилете, там, куда угодила выпущенная террористами пуля. Крови не было.

— Прикрывайте, — крикнул, с трудом выталкивая воздух из легких, Татопулос. — Проверю, как парни!

Согнувшись вдвое, уже не для маскировки, а от боли, он, пошатываясь, двинулся к бронемашине, над которой поднималось облако дыма. Эйс, обнимая приклад пулемета, завертел головой, и в этот миг тишину разорвал отрывистый треск выстрелов. Первая пуля со звучным лязгом угодила в бронированный щиток пулемета, но вторая нашла цель, и Гарсия выругался, видя, как его приятель медленно оседает. Силуэт вражеского стрелка лишь на миг мелькнул в оконном проеме, не там, где ожидал его увидеть морпех, и рядовой немедленно открыл огонь.

Винтовка Mk-11 mod.0 SWS уступала в точности старой М40А1, сделанной на базе охотничьего «ремингтона», но зато из нее можно было выпустить весь магазин, десять пуль, за три минуты, только нажимая на курок. Темная фигура в окне исчезла, а Гарсия, сжавшись за бронированным капотом «Хамви», дрожащими от волнения руками торопливо менял магазин, не попадая в широкую горловину.

Звук моторов раздался из переулка, и два камуфлированных М1151 «Хамви», квадратных из-за облепивших их пластин накладной брони, вылетели на середину улицы. Нажав клавишу рации, Гарсия произнес:

— Осторожнее! Снайпер в доме по левой стороне, третий этаж!

— Принято! У вас транспорт на ходу? Нужно убираться!

— Отрицательно! Наш капрал проверяет МРАП, мы не можем уйти!

Длинные стволы «браунингов» развернулись в сторону серого длинного дома, жадно пялившегося на моряков чернотой оконных провалов. Несколько морских пехотинцев заняли позиции за своими машинами. Гарсия тоже насторожился, продолжая целиться туда, где в последний момент видел силуэт врага.

— Прием, Карлос, как ты там? — в наушниках раздался голос Татопулоса. — Я возвращаюсь, нужно прикрытие. Со мной мастер-сержант, он ранен!

— Роджер, капрал! Апачи-два, прикройте нужна дымовая завеса!

Один из морпехов, жавшихся за бортами «Хамви», размахнулся, бросая килограммовый цилиндр дымовой гранаты М15. жестянка прокатилась по мостовой, раздался негромкий хлопок взрывателя, и клубы плотного серого дыма поплыли над улицей.

— Я иду, — снова прозвучал в эфире голос капрала. — Будьте готовы прикрыть огнем!

Татопулос взвалил на себя бесчувственное тело мастер-сержанта, единственного, кто выжил чудом в налетевшем на мину МРАПе. Шатаясь, чувствуя, как от напряжения темнеет в глазах, капрал почти дошел до своего «Хамви», из-за которого высовывался рядовой Гарсия. Выстрел, донесшийся откуда-то сзади, заставил морпеха вздрогнуть, а когда под ноги его ударила пуля, Татопулос рухнул, как подкошенный, заслоняя тело так и не пришедшего в себя взводного.

Гарсия, вскинув винтовку, открыл частый огонь по окнам, в которых ему почудилось какое-то движение. Секундой позже загрохотали сразу оба «браунинга». Град пуль пятидесятого калибра ударил в стены, оставляя на них глубокие выбоины. Часто затрещали карабины морпехов. Сам Татопулос, перевернувшись на бок, прицелился и выстрелил из подствольного гранатомета М203. Осколочная сорокамиллиметровая граната угодила точно в окно, и изнутри полыхнуло пламя.

— Прекратить огонь, — раздался в эфире властный голос. — Не стрелять!

Очереди смолкли, но никто не спешил покидать свои укрытия, продолжая вертеть головами по сторонам в поисках угрозы. Наконец, Гарсия, выдохнув, забросил за спину свою «Марк-11», и, пригибаясь к земле, кинулся к капралу. Подхватив неповоротливое, неподъемное тело взводного под руки, они вдвоем поволокли его к «Хамви» и едва успели нырнуть за машину, как по броне щелкнули пули.

— Дьявол! — Гарсия привычно присел, выставляя над плоским капотом ствол снайперской винтовки. — Ублюдок еще жив!

— Я хочу увидеть его кровь, — прохрипел Татопулос. — Прием, это Дакота-шесть, нужна поддержка с воздуха!

— Я Делавар-семь, буду у вас через две минуты!

— Мы подсветим цель лазером!

Ударный вертолет AH-1Z «Зулу-кобра», самая мощная модификация заслуженного винтокрылого «ветерана», состоявшая на вооружении Корпуса морской пехоты США, промчался над дачным массивом, заходя на цель. Когда моряки на земле услышали гул его спаренных турбин, Татопулос направил на дом лазерный целеуказатель, похожий на камуфлированный видеопроектор. Невидимое пятно лазера было хорошо различимо для бортового оборудования «Кобры», из-под коротких крылышек которой сорвались огненными стрелами две ракеты AGM-114 «Хеллфайр». Промчавшись над жилыми кварталами на скорости триста метров в секунду, они ударили в стену, растекаясь по ней ярким пламенем. Когда эхо взрывов стихло, Татопулос, загнав в казенник «подствольника» тупоносую гранату, произнес:

— Мне нужен скальп этого ублюдка! Карлос, ты со мной?

— Черт возьми, капрал, конечно с вами! — Гарсия опустил винтовку на асфальт, вытащив из салона «Хамви» дробовик «Бенелли» М1014, и с лязгом передернул затвор.

Два морпеха выскочили из-за машины, и, сопровождаемые взглядами своих товарищей, бросились к дому, в стене которого сочились дымом два неровных провала. Никто не заметил, как в конце улицы мелькнули несколько фигур в зеленом камуфляже «флора».

Жанна успела выскочить из квартиры, когда ракеты ударили в стену. Взрыв, которой должен был перемооть ее тело в фарш, просто оглушил Биноеву, сбив ее с ног. Девушка покатилась вниз пол лестнице, головой ударившись о перила. Она пришла в себя через минуту, не больше, услышав донесшиеся снизу шаги, а затем — громкий шепот. На английском.

Опираясь о стену, Жанна поднялась на ноги, чувствуя, как кружится голова и к горлу подкатывает горький комок. Все вокруг было затянуто дымом, из дверного проема вырывались языки пламени, жадно лизавшие потолок. Биноева, не понимая, как смогла уцелеть, нашарила рукоять девятимиллиметрового АПС, вытащив пистолет из набедренной кобуры. Винтовка ее осталась в квартире, но сейчас автоматический пистолет с магазином большой емкости был очень кстати.