День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Шаги звучали все ближе, к ним прибавился лязг металла, и девушка оттянула назад затвор, загоняя патрон в патронник. «Стечкин» она предпочитала иному оружию, выбрав его за высокую точность, обеспеченную сочетаниям длинного ствола и относительно слабого патрона, дававшего небольшую отдачу. Но сейчас Жанна очень хотела, чтоб в ее руках оказалось оружие помощнее.

На лестнице в дыму появился силуэт, и Биноева, удерживая пистолет обеими руками, выстрелила, трижды подряд нажав на спусковой крючок. Силуэт исчез, ныряя в нишу в стене, а во мгле мелькнули вспышки дульного пламени, и вокруг завизжала картечь. Жанна, спотыкаясь, бросилась наверх, слыша, как сочно бахает за спиной дробовик, выплевывая все новые и новые порции свинца.

Что-то обожгло спину, будто в плоть с размаху забили раскаленный гвоздь-«сотку». Пошевелившись, девушка вскрикнула от боли, чувствуя, как по спине растекается тепло.

Выстрелы из ружья вдруг сменились раскатистым треском автоматной очереди, по звуку Жанна узнала «калашников». Затем хлопнула граната, так, что с потолка посыпалась штукатурка, и тут же раздался знакомый голос:

— Спускайся! Внизу чисто!

Пошатываясь, Жанна двинулась вниз, и, переступив через распластанные на полу тела в «цифровом» камуфляже MARPAT, испачканном кровью, упала, подхваченная крепкими руками Олега Бурцева.

Услышав звук мотора, Алексей Басов махнул рукой бежавшим следом, пыхтя и чертыхаясь, бойцам:

— К стене! Оружие к бою!

Трое партизан, бросками перемещавшихся по пустынной улице, прижались к стене. Басов, припав на колено, вскинул свой АК-74М, пытаясь понять, где находится источник звука. Рядом застыл, прижимая приклад пулемета РПК-74М к плечу, Олег Бурцев, а Азамат Бердыев вытаскивал из бокового кармана РД тубус противотанкового гранатомета.

— Похоже, где-то там, — произнес шепотом Бердыев, махнув в сторону дач. — Движутся сюда.

— Пошли, встретим!

Не выпуская оружие из рук, трое бойцов, все так же перебежками, двинулись дальше по улице. Сейчас ходить по городу было не безопасно. Обнаружить с земли кружащий под облаками беспилотник мог не каждый, а американские «дроны» не всегда был вооружены только телекамерами. Ракета «Хеллфайр» с лазерным наведением могла поражать цель за восемь километров, а мощи ее боеголовки хватало, чтобы уничтожить все живое в радиусе полутора десятков метров.

Гул моторов сменился раскатистыми пулеметными очередями, к которым присоединился отрывистый треск штурмовых винтовок. Разобрать в этом хаосе звук выстрела СВД было невозможно, но Бурцев расслышал его, встрепенувшись:

— Там Жанна! Похоже, у нее проблемы!

Биноева сражалась вовсе не в одиночку, хотя и предпочитала действовать самостоятельно. Несколько тысяч мужчин и женщин, для которых Нижнеуральск стал последним рубежом обороны, готовились принять бой, и одним из них оказался бывший полковник Российской Армии Алексей Басов. И сейчас, понимая, что товарищу может грозить опасность, он не колебался ни мгновения.

— За мной, — скомандовал полковник. — Обойдем их, подберемся с тыла!

— Как же Жанна?

— Ты что, сержант, хочешь грудью на пулеметы?! Это не рыцарский турнир, это война, мать твою! Выполнять приказ!

Тяжело дыша, сгибаясь под весом снаряжения, а каждый тащил на себе двойной боекомплект, по полдюжины ручных гранат, пару РПГ, не считая ножей, фляг, перевязочных пакетов и прочей мелочи, они двинулись по дуге, обходя место боя. Пулеметы, тем временем, смолкли, но от горизонта приблизился гул турбин, и партизаны привычно завертели головой, выискивая в небе вертолет. темная точка возникла над крышами домов на несколько минут, и от нее протянулись дымные полосы, отмечавшие путь выпущенных ракет. Два управляемых снаряда ударили в стену дома, прогрызая ее жгутами кумулятивных струй, и Бурцев, не слыша окликов командира, рванул вперед.

— Мать твою, спринтер! — Басов сплюнул тягучий сгусток под ноги, обернувшись к Бердыеву: — Азамат, обойдем дом! Поможем «десанту»!

Они выскочили на тротуар, прикрываясь обгоревшим остовом БТР «Страйкер», стоявшим на ободах колес, покрышки которых сгорели полностью, напоминанием о недавнем поражении американцев. На мостовой стояли три камуфлированных «Хаммера», с двух молотили крупнокалиберные пулеметы, полосуя струями свинца стену ничем не примечательной «хрущобы». Чуть поодаль возвышался неуклюжий МРАП, днище которого и борта тоже покрывала копоть, а из распахнутых люков шел дым.

— Похоже, целое отделение, — хмыкнул Бердыев, поудобнее укладывая на плече РПГ-26. — Работаем, командир?

— Работаем, — деловито кивнул полковник, целившийся в ближайший «Хаммер» из подствольного гранатомета ГП-30, примкнутого к цевью «калашникова». — Твой дальний, мой ближний! По команде… Огонь!

«Аглень» в руках Бердыева с грохотом выплюнула огненный сгусток, и одновременно нажал на спуск Басов, зажав приклад АК-74 подмышкой. Реактивная граната ударила в борт одного из «Хаммеров». Взрыв кумулятивной боевой части, предназначенной для поражения средних танков и способной прожигать четырехсотмиллиметровую броню, превратил машину в огненный шар. Пламя, вырвавшееся из окон и проемов люков, жадно слизнуло находившихся рядом американцев. Одновременно выпущенная из «подствольника» граната ВОГ-25 разорвалась под ногами морпехов, укрывавшихся за другим «Хаммером». Ударная волна сбила их с ног, оглушая, а легкие осколки, не способные «прогрызть» титановые пластины бронежилетов, впивались в защищенные лишь тканью руки и ноги.

Перехватив автомат, Басов выпустил разом весь рожок «Калашникова», расстреливая оглушенных, контуженых солдат противника. Его поддержал Бердыев, стрелявший короткими очередями, экономя патроны. Партизаны едва успели поменять магазины, когда из подъезда показался Олег Бурцев, тащивший на себе безвольно обмякшее тело Жанны Биноевой.

Со стороны горящих «Хаммеров» раздались частые выстрелы. Одиночными били винтовки М16, и несколько пуль просвистели над головами партизан.

— В укрытие! — приказал Басов, отступая за закопченный остов «Страйкера».

Низко заухал оживший «браунинг», вбивая очередь за очередью в покрытый гарью борт БТР. Пули калибра 12,7 миллиметра, способные при удачном попадании запросто оторвать голову или конечность, с лязгом молотили по броне.

— Отходим, — крикнул полковник Басов, веером выпуская очередь по пытающимся подняться на ноги морским пехотинцам. — Через дворы! Прикрываем Олега!

Огрызаясь короткими очередями, партизаны попятились, уходя с открытого пространства, когда над городом снова раздался гул турбин, и поджарый хищный силуэт американской «Кобры» спикировал из-за облаков.