День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

«Усть-Камчатск» вновь погрузился к самому дну, снижая скорость до трех узлов и превращаясь в призрака морских глубин. Ее ждали бескрайние просторы Тихого океана. Здесь, на глубине, царила вечная тьма и полное безмолвие, а на поверхности резали волны эсминцы японского флота, вокруг которых стаей стальной мошкары кружили палубные вертолеты. Надсадный вой турбин чужих кораблей проникал даже на стометровую глубину, сквозь прочные переборки.

В тесном, переполненном людьми кубрике подлодки бывший майор российского спецназа Тарас Беркут, не обращая внимания на эти ставшие уже привычными звуки, снова взял в руки бельгийский пулемет, продолжая прерванное внезапной тревогой занятие. Сейчас от него и одиннадцати его бойцов ничего не зависело, и оставалось лишь изводить себя до изнеможения тренировками, чтобы потом, в решающий час, сделать все, как надо, отомстив за смерть многих своих братьев, погибших и погибающих сейчас на русской земле, впиваясь в горло наступающему врагу.

Глава 2

20 ноября

Рев турбин заходившего на посадку транспортного самолета С-130 «Геркулес» оглушил командира диверсионной группы партизан, привычно вжавшегося в землю. Пузатый «Локхид», покачивая крыльями, медленно снижался, оставляя за собой серые полосы выхлопных газов, быстро таявшие в морозном небе.

— Уже восьмой, — негромко произнес один из партизан, мрачно взглянув на своего командира. — Черт, сейчас бы его «Стрелой»! на взлете и посадке шансов нет даже у истребителя, не говоря уже о «грузовике». Сколько он на борт берет, восемьдесят человек, девяносто? Целую роту одним выстрелом уничтожили бы, каково?!

— Отставить геройство, — отмахнулся командир, так же, как и дюжина бойцов его группы, ненавидящим взглядом проводивший американский транспортный самолет. — Еще успеем. Не девяносто человек, девятьсот «грохнем» за раз!

На привал остановились посреди леса, натянув на растяжках плащ-палатки, образовавшие тент, укрывавший группы и от сыпавшего с серого небосклона снега, и от чужих взглядов. Люди нервничали, находясь в опасной близости от противника. В любой миг над ними мог пролететь разведывательный «беспилотник», за появлением которого мог последовать и артобстрел с ближайшей американской базы, и бомбовый удар, от которого на своих двоих далеко не убежишь. На фоне схваченной морозом земли, при отсутствии растительности, инфракрасные камеры американских «Предейторов» и «Рипперов» могли засечь группу людей за несколько верст, и тогда уже не спастись, не сейчас, когда где-то рядом едва не дивизия противника готовится к броску на Нижнеуральск. А взятый в осаду город тоже готовился к обороне, но не только. и сейчас горстка безумцев готовилась нанести упреждающий удар по верящему в свое всемогущество врагу.

Командир дождался, пока ночная тьма опустится на лес, и лишь тогда приказал:

— Группа, становись! Выходим через пять минут! До цели еще семь километров!

Когда-то он командовал расчетом межконтинентальных баллистических ракет. Долгие вахты под землей, в изоляции от окружающего мира, в бункере, из которого он мог отдать команду на запуск десяти ракет Р-36, залп которых мог превратить в безжизненную радиоактивную пустыню целую страну, приучили офицера к терпению. Но и он испытал облегчение, когда пришла пора действовать.

Двенадцать человек гуськом, след в след, шагали по окутанному тьмой лесу. Очки ночного видения помогали им находить дорогу так же уверенно, как и при свете дня. все были одеты в маскировочные костюмы из теплоизолирующей ткани, против которых должны были оказаться бессильны вражеские «тепловизоры». И потому партизаны, покинувшие Нижнеуральск несколько часов назад, и проделавшие большую часть пути к конечной цели своего рейда пешком, обливались потом. Хитроумная «одежка» просто запирала тепло, излучаемой телом, а выделялось его немало, если учесть, что каждый боец нес на себе по двадцать-тридцать килограммов оружия и снаряжения.

Лес начал редеть, сменяясь прогалинами, выходить на которые привыкшим искать собственную смерть в небе партизанам было жутковато. Командир махнул рукой, дав условный сигнал «Стоп!» и приказал:

— Ждать здесь! выставить боевое охранение! Мальцев, со мной. Глянем, как там без нас американцы!

Вдвоем они двинулись дальше, достигнув опушки леса. Партизаны залегли, растянувшись на мерзлой земле. Чувствуя, как холод проникает под одежду, сковывая тело, командир достал ночной бинокль, старый добрый БН-8, простой, как пассатижи и надежный, будто молоток. Поднеся его к глазам, партизан принялся изучать открывшуюся панораму, при этом периодически вполголоса матерясь.

Американский средний транспортный самолет С-130Н «Геркулес», обладая взлетным весом почти восемьдесят тонн и поднимая полезный груз до двадцати тонн, был способен взлетать и садиться на неподготовленные полосы, просто на грунт. Сейчас один из таких самолетов возвышался над давно заброшенным и вновь ожившим лишь сутки назад аэродромом. Когда-то здесь базировались пожарные Ан-2, потом про полосу просто забыли, и теперь здесь хозяйничали американцы, готовившиеся к штурму Нижнеуральска, города, взятого под контроль партизанами, на весь мир объявившими о том, что здесь, в сердце России, они готовы дать последний и решительный бой. Их, похоже, восприняли всерьез, судя по тому, что сейчас из вместительного «чрева» С-130 люди в сероватом камуфляже Морской пехоты США выгружали вертолет АН-1 «Кобра» со снятыми лопастями. И он был здесь не единственный.

— Вижу четыре… оставить, пять вертолетов, — произнес не отнимавший от глаз ночной бинокль партизан. — Все «Кобры». Похоже, решили здесь оборудовать аэродром подскока!

— Отсюда до города минут двадцать лету, — заметил Мальцев, тоже наблюдавший за суетой американцев через окуляр ночного прицела НСПУ-3, установленного на его АК-74. — А что там, у дальней кромки летного поля? Самолеты?

— Штурмовики AV-8 «Харриер», самолеты вертикального взлета, — подтвердил командир, узнав характерные остроносые машины с короткими крылышками и выпуклыми фонарями пилотских кабин, высоко поднятыми над фюзеляжем для лучшего обзора, несмотря на то, что они были заботливо закутаны брезентовыми полотнищами. — Осиное гнездо! Схему охраны оценил?

— Заграждения из колючей проволоки. Парные патрули вдоль взлетной полосы. Посты по периметру через каждые сто пятьдесят метров, крупнокалиберные пулеметы, наверняка еще и АГС. Два «Хаммера» точно видел, тоже с пулеметами на турелях. Возможно, они и мины здесь уже поставили.