Книга шифров .Тайная история шифров и их расшифровки - Саймон Сингх

Через четыре месяца после бомбардировки Перл Харбора 29 индейцев навахо, — некоторым из них было всего лишь пятнадцать лет, — приступили к обучению на восьминедельных курсах связи с морскими пехотинцами.

Но до начала обучения в корпусе морской пехоты следовало преодолеть затруднение, связанное с языком коренных американцев. В северной Франции во время Первой мировой войны капитан Е.В. Хорнер из батальона D 141-го пехотного полка приказал использовать в качестве радистов восемь мужчин из племени чокто. Ясно, что никто из противников не понимал их языка, поэтому язык чокто обеспечивал безопасную связь. Однако этой системе шифрования был присущ принципиальный недостаток, поскольку в языке чокто не было эквивалентов, используемых в армейском жаргоне. Так что конкретный технический термин в сообщении при переводе на языке чокто мог выражаться расплывчатой фразой, в результате чего существовала опасность, что получатель неправильно его поймет.

Эта же проблема могла возникнуть и с языком индейцев навахо, но в корпусе морской пехоты планировали создать словарь из выражений и слов, используемых индейцами, для замены ими не имеющих аналогов в языке навахо английских слов, устранив тем самым любые неопределенности и неясности. Его помогли составить курсанты, стремясь для обозначения специальных военных терминов выбирать слова, которые применяются для описания окружающего мира. Так, для обозначения самолетов использовались названия птиц, а для кораблей — рыб (таблица 11). Командиры стали «военными вождями», взводы — «черными людьми», фортификационные сооружения превратились в «жилье-в-пещере», а минометы были известны как «ружья-которые-сидят-на-корточках».

Таблица 11 Слова из кода, которыми пользовались навахо для обозначения самолетов и кораблей.

Даже несмотря на то, что полный словарь состоял из 274 слов, по-прежнему оставалась проблема с переводом слов, появления которых сложно предвидеть заранее, а также имен людей и названий мест. Решение заключалось в том, чтобы в случае, если встретятся слова, представляющие затруднение, произносить их по буквам, для чего использовать закодированный фонетический алфавит. К примеру, слово «Pacific (Тихий океан)» будет произноситься как «pig, ant, cat, ice, fox, ice, cat (свинья, муравей, кот, лед, лиса, лед, кот)», а далее это будет переведено на язык навахо как bi-sodih, wol-la-chee, moasi, tkin, ma-e, tkin, moasi. Полный алфавит навахо приведен в таблице 12. За восемь недель курсанты заучили весь словарь и алфавит, так что отпала необходимость в шифровальных книгах, которые бы могли попасть в руки противника.

Для индейцев навахо запомнить все было очень просто, поскольку для их языка не было создано письменности и потому свои народные сказки и семейные предания им приходилось заучивать наизусть. Как сказал Уильям МакКейб, один из курсантов: «У навахо все хранится в памяти: песни, молитвы — все. Так уж мы созданы».

Таблица 12 Буквенный код навахо.

В конце обучения для курсантов из числа индейцев провели испытания. Одни индейцы — отправители — перевели несколько сообщений с английского на язык навахо, передали их по радио, а другие — получатели — перевели затем полученные сообщения обратно на английский язык с помощью запомненного словаря и, в случае необходимости, алфавита. Результат оказался безупречным. Чтобы проверить надежность данного способа, запись передач предоставили в разведывательное управление военно-морских сил, подразделение, которое раскрыло самый стойкий японский шифр — «Пурпурный». Спустя три недели напряженного криптоанализа дешифровальщики ВМС все еще пребывали в растерянности. Они назвали язык навахо «причудливой последовательностью гортанных, носовых, шипящих и свистящих звуков… мы не можем даже транскрибировать его, не то что взломать». Код навахо был признан удачным выбором. Двух солдат из индейцев навахо, Джона Беналли и Джонни Мануэлито, попросили остаться и обучать новую партию новобранцев, в то время как остальные 27 радистов-навахо получили назначения и были направлены в четыре полка на Тихом океане.

Рис. 52 Традиционная фотография по окончании учебных курсов; первые 29 радистов-навахо.

Японцы атаковали Перл Харбор 7 декабря 1941 года, и за короткое время они добились полного контроля над западной частью Тихого океана. 10 декабря японские войска разгромили американский гарнизон на Гуаме, 13 декабря они захватили Гуадалканал — один из островов архипелага Соломоновы Острова, 25 декабря капитулировал Гонконг, а 2 января 1942 года американские войска сдались на Филлипинах. Японцы планировали утвердиться на Тихом океане к следующему лету, построив аэродром на Гуадалканале и создав тем самым базу для бомбардировщиков, которые смогли бы помочь им разрушить линии снабжения союзников, сделав их контрнаступление практически неосуществимым. Адмирал Эрнст Кинг, главнокомандующий военно-морским флотом США, настоял на том, чтобы атаковать этот остров до того, как строительство аэродрома будет завершено, и 7 августа 1-я дивизия морской пехоты возглавила высадку на Гуадалканал. В состав передовых десантных отрядов впервые входила и впервые принимала участие в боевых действиях группа радистов-навахо.

Хотя индейцы-навахо были уверены, что их умение окажется полезным для морской пехоты, но первые их попытки только создавали путаницу и вносили замешательство. Многие из радиооператоров не знали об этой новой системе кодирования и слали панические сообщения по всему острову, утверждая, что на частотах американских войск ведут передачи японцы. Полковник, отвечающий за проведение операции, немедленно запретил ведение переговоров на языке навахо до тех пор, пока он сам, лично, не убедится в целесообразности применения этого способа. Один из радистов вспоминал, как в конце концов код навахо снова стал использоваться:

У полковника возникла идея. Он сказал, что поддержит нас, но при одном условии: если я смогу «обогнать» его «белый код» — механическую тикающую цилиндрическую штуку. Мы оба послали сообщения, он — с помощью белого цилиндра, и я — голосом. Мы оба получили ответ, и началась гонка — кто сумеет расшифровать ответ первым. Меня спросили: «Сколько это займет у тебя времени? Два часа?» «Скорее, две минуты», — ответил я. Другой парень все еще продолжал трудиться над расшифровкой, а я уже получил подтверждение на свое ответное сообщение, — примерно через четыре с половиной минуты. Я спросил его: «Полковник, когда вы намерены выбросить эту цилиндрическую штуку?» Он ничего не ответил, только закурил свою трубку и ушел.

Радисты-навахо вскоре доказали на поле боя, чего они стоят. Как-то раз на острове Сайпан батальон морских пехотинцев занял позиции, на которых ранее находились и с которых потом отступили японские солдаты. Внезапно поблизости раздались орудийные залпы. Батальон оказался под огнем своих же товарищей, которые не знали о его выдвижении на новые позиции. Морские пехотинцы попытались с помощью радиопередатчика по-английски объяснить свое расположение, но обстрел продолжался, поскольку атакующие американские подразделения подозревали, что сообщения посылались японцами, стремящимися одурачить их. И только когда сообщение поступило от радиста-навахо, атакующие осознали свою ошибку и прекратили наступление. Сообщения на языке навахо никогда не были ложными, и им всегда можно было доверять.

Вскоре известность о радистах-навахо облетела все подразделения, и к концу 1942 года поступил запрос еще на 83 человека. Индейцы-навахо служили во всех шести дивизиях морской пехоты, и их иногда даже «заимствовали» другие рода войск. «Война слов» вскоре превратила индейцев навахо в героев. Другие солдаты предлагали помочь нести радиопередатчики и винтовки, и им даже предоставляли личных телохранителей, отчасти чтобы защитить их от своих же товарищей. По меньшей мере в трех случаях радистов-навахо принимали за японских солдат и захватывали в плен соседние части. Отпускали их только после того, как за них поручались сослуживцы.

Непостижимость кода навахо всецело заключается в том, что язык навахо принадлежит к семейству языков на-дене, которое никак не было связано ни с одним азиатским или европейским языком. К примеру, спряжение глагола в языке навахо зависит не только от субъекта действия, но также и от объекта. Окончание глагола зависит от того, к какой категории принадлежит объект: длинный (например, труба, карандаш), тонкий и гибкий (например, змея, ремень), зернистый (например, сахар, соль), связанный в пучки (например, сено), вязкий (например, грязь, фекалии) и многие другие. К глаголу также присоединяются наречия, а кроме того, из него становится ясно, знает ли говорящий сам о том, о чем он говорит, или же это известно ему по слухам. Так что отдельный глагол может заменять собой целое предложение, и для не знающего язык человека практически невозможно разобраться в том, какой смысл он несет.