США после второй мировой войны: 1945 – 1971 - Говард Зинн

Хорошо одетая женщина видела этот инцидент. Она подошла к стоявшему рядом капитану полиции и сердитым тоном стала что-то ему говорить. Тут из-за ее спины выскочил другой полицейский, прыснул ей в лицо аэрозолем, а потом ударами дубинки свалил на землю. Он и двое других полицейских поволокли ее по земле к полицейскому фургону и бросили в него…»

«Группа полицейских набросилась на некоего Джексона, — рассказывает другой свидетель. — Обратившихся в бегство демонстрантов избивали всех подряд… Два человека остались лежать в лужах крови: их головы были размозжены полицейскими дубинками».

Другой доклад, под названием «Политика протестов», представил Национальной комиссии по изучению причин и средств предотвращения насилий социолог Джером Сколник. Он также обратил внимание этой комиссии на широко распространившуюся практику полицейских насилий против мирных собраний людей, заявив: «В марте

г. на центральном вокзале в Нью-Йорке, где демонстранты вели себя как типичные хиппи, то есть не совершали никакие насильственные действия, а только кричали и дурачились, появившаяся вдруг полиция даже не дала толпе возможности рассеяться, а сразу принялась избивать дубинками всех без разбора демонстрантов. Месяцем позже такая же расправа была учинена на Вашингтон-сквере, и теперь, конечно, все знают… как полиция неистовствовала в Колумбийском университете. Разгон многотысячной демонстрации в Лос-Анджелесе летом 1967 г. — другой типичный пример. Там, как сообщалось в докладе под названием «День протестов, ночь насилий», который подготовил Американский союз борьбы за гражданские свободы, созданный в южной Калифорнии, разгон сопровождался такими же полицейскими насилиями против демонстрантов; дубинками избивали даже детей и инвалидов».

Одним из самых вопиющих примеров насилия, применяемого властями против мирно собирающихся людей, явились события в Кентском университете штата Огайо, где студенты устроили демонстрацию протеста против вторжения американских войск в Камбоджу по приказу администрации Никсона. За день до этого национальных гвардейцев послали в университетский городок, после того как студенты сожгли здание местного центра подготовки офицеров резерва. Солдаты открыли огонь по шумящей, но безоружной толпе, убив четырех студентов. Результаты проведенного ФБР расследования этого происшествия сенатор от штата Огайо Стивен Янг, выступая в сенате 13 октября 1970 г., суммировал так: «Большинство национальных гвардейцев, применивших оружие, вовсе не утверждают, что открыли огонь вследствие какой-то угрозы их жизни. В своих рассказах они единодушны скорее в том, что стреляли потому, что услышали, как стреляют другие. Есть основания считать, что версия национальной гвардии, согласно которой студенты поставили под угрозу жизнь солдат, была сфабрикована уже после события». Однако большое жюри штата Огайо не признало национальных гвардейцев виновными, а 25 студентов были привлечены к судебной ответственности по различным обвинениям.

Через год после трагедии в Кенте, в мае 1971 г., на улицах столицы США было арестовано около 13 тыс. человек. Эти люди прибыли в Вашингтон протестовать против войны в Индокитае, причем многие из них были готовы совершать акты ненасильственного гражданского неповиновения. Но лишь немногие из них были действительно арестованы за совершение таких актов, как блокирование уличного движения. Большинство подверглось арестам просто за то, что ходили по улицам, в одиночку или группами. Одного молодого человека арестовали, когда он шел по улице; он был длинноволос и одет в джинсы, а уже одно это служило в то время основанием для арестов. Автор этих строк, который видел это и остановился, чтобы спросить у полицейского, за что он избивает молодого человека, был тоже арестован. Арестовали и другого человека, который остановился, чтобы сфотографировать эту сцену, а также еще двух граждан, остановившихся, чтобы узнать, что происходит. Затем арестовали еще шесть человек, которые шли по улице и пели песню «Америка, ты прекрасна».

Какая польза была тысячам людей от того, что в 1960 г. Верховный суд, рассмотрев дело Томпсона из Луисвилла, постановил, что полицейский не имел права арестовывать негра, находившегося в кафе и отказавшегося выйти из него? Суд информировали о том, что Томпсона арестовали по закону о бродяжничестве, не за то, что он что-то делал, а за то, что он негр. И как подчеркивает профессор Милтон Конвитц, «приговоры вроде этих, когда людям вменяется в вину их положение, а не какие-нибудь совершенные ими поступки… американские суды бесцеремонно выносят тысячами, и это не вызывает никакого возмущения и протеста…»

Стало уже стандартом цитировать в лекциях и книгах по конституционному праву в качестве доказательства неуклонного расширения конституционных свобод в США за последние годы решение Верховного суда по делу Хэйга против Конгресса производственных профсоюзов (КПП), принятое в 1939 г. Дело было передано в Верховный суд после того, как мэр Джерси-Сити Фрэнк Хэйг пытался помешать гражданам собираться в период проведения кампании за организацию профсоюзов, Слова судебного решения по этому делу внушают иным гордость за американскую юридическую систему: «Улицы и парки, как бы они ни назывались, всегда содержались на пользу публике и с незапамятных времен использовались для того, чтобы граждане могли там собираться, обмениваться мыслями между собой и обсуждать общественные дела».

Но какую пользу принесло это решение тем 19 борцам за мир, которые, проходя в 1961 г. через г. Гриффин (штат Джорджия) и возвещая своими плакатами, что они совершают «марш мира» по маршруту Квебек — Вашингтон — Гуантанамо, были арестованы полицией, когда начали раздавать листовки. Полицейские, которые вели арестованных, подгоняли их, как скотину, и избивали. Какая польза была от этого решения тем многим тысячам людей, которых 10 лет спустя, во время повальных арестов в Вашингтоне, сгоняли и запирали за оградами и решетками, и не стало ли в их глазах пустой риторикой право собираться и подавать петиции о прекращении злоупотреблений?

В мае 1970 г. Верховный суд (против был лишь один его член) подтвердил, что мэры вправе запрещать публичные сборища во время городских волнений. Мэр Филадельфии запретил кому-либо собираться на улицах группами в 12 и более человек. «Нью-Йорк тайме» писала: «Запрет был в силе пять дней, и за это время полиция разогнала три мирных собрания и арестовала более 100 человек…

В числе разогнанных были: группа борцов за гражданские права, собравшаяся, чтобы отправиться к дому конгрессмена Уильяма А. Барретта и вручить ему петицию с требованием принять внесенный законопроект о гражданских правах 1968 г.; приблизительно 100 человек, собравшихся для того, чтобы посадить дерево как символ мира на земле; и около 250 студентов Пенсильванского университета, устроивших митинг протеста против запрещения собраний.

В апелляции указывалось на то, что, в то время как группу, сажавшую дерево, разогнали, на происходившей поблизости церемонии по случаю ввода вновь в строй линкора «Нью-Джерси» собралось 10 тыс. человек. Отмечалось также, что группа, подошедшая к дому Барретта, стояла спокойно и в ней было всего 11 человек. Полиция их не трогала, пока не подошел двенадцатый, после чего были произведены аресты. Кратким распоряжением Верховный суд отклонил апелляцию, как поданную «не по существенному в федеральных масштабах вопросу».

Пожалуй, самую реалистическую оценку конституционного права на собрания сделал специалист по конституционному праву Э. С. Корвин. Сказав о том, что начиная с 30-х годов Верховный суд стал считать право мирно собираться «родственным таким правам, как свобода слова и свобода печати, и в равной степени важным», Корвин далее заметил: «Даже если это так, данное право не является неограниченным. По обычному праву, незаконным является всякое сборище, вызывающее опасения у «людей с твердыми и рациональными убеждениями, имеющих здесь семьи и собственность».

Упор, который американский либерализм обычно делает на свободы, предусмотренные конституцией и якобы защищаемые судами, просто не вяжется с действительностью — с противоречивыми судебными решениями, двусмысленностями, возможностями судов низших инстанций игнорировать решения Верховного суда, с правом полиции игнорировать все конституционные права и судебные постановления, с привилегиями собственности и богатства. Гораздо ближе к истине действующее кредо либерализма, выработанное в судах и на улицах.

Гражданские свободы, гарантируемые 4, 5, 6 и 8-й поправками, тоже ущемлялись. Могут ли узаконенные обыски, подслушивание телефонных разговоров, повальные аресты служить подтверждением «права народа на охрану… от необоснованных обысков или арестов», провозглашенного 4-й поправкой? Не имеют ли целью слова 5-й поправки о том, что никого нельзя «лишать жизни, свободы или имущества без законного судебного разбирательства», утвердить это право только за богачом, а бедняка лишь ввести в заблуждение? Сколь долго еще бедняки будут томиться в американских тюрьмах вопреки положению 6-й поправки, которое гласит, что «обвиняемый имеет право на скорый и публичный суд?» И в какой мере бедняк может в суде «пользоваться помощью адвоката», как сказано в этой же поправке? Так ли уж правительство США не повинно в «жестоких и необычных наказаниях» по отношению к сидящим в тюрьмах, несмотря на то что 8-я поправка запрещает такие наказания? Сколько прав, сколько законов, сколько всевозможных положений конституции США американское правительство нарушило ради поддержания «правопорядка»?