Горячий Ключ - Валентина Мельникова

Каширский мягко улыбнулся:

— Мне кажется, вы в большей опасности, чем я: фаларики сделают из вас великолепную мишень.

Сейчас они будут гораздо заметнее, чем днем, а вас и тогда, Артем, чуть не подстрелили.

— Это дела не меняет, — отрезал Артем. — Будем действовать таким образом. Когда они вновь заведут свой грузовик, то, вероятно, какое-то время будут заняты тем, как его лучше расположить, чтобы осветить как можно большее пространство.

Не думаю, что это слишком дисциплинированная публика. Суеты и суматохи будет предостаточно.

Так что, пока они будут возиться с машиной, вы должны выполнить свою часть задачи.

— Хорошо, — сказал Каширский, — постараюсь вас не подвести.

Они перетащили бочку на исходную позицию, и в это время к ним подошла Ольга со вторым арбалетом в руках.

Артем на мгновение привлек ее к себе и быстро прошептал па ухо:

— Ты уже чувствуешь, когда нужна мне?

— Я это почувствовала гораздо раньше, когда согласилась пересесть на твой гроб с пропеллером, — прошептала она язвительно и спросила более громко:

— Что прикажете делать, товарищ командир?

— Как только я дам сигнал профессору толкать бочку, зажигай первый фаларик. Если мы хотим выиграть, медлить больше нельзя.

— Понятно, — сказала Ольга и взяла его за руку. — Ты не волнуйся, все будет хорошо.

На том берегу послышались громкие торжествующие крики. Мотор грузовика закашлял, зачихал, но завелся. Проработал некоторое время и вновь заглох. «Боже мой, — подумал с тоской Артем, — будь у нас с десяток арбалетов да с десяток крепких мужиков, уж мы бы устроили им веселенькую жизнь!» Он кисло улыбнулся: с таким же успехом можно мечтать о пулеметном взводе…

Мотор грузовика заработал опять, и свет автомобильных фар стал намного ярче. Артем поднял руку и резко опустил ее:

— Давай!

Это был сигнал Каширскому. Бочка со стуком покатилась по камням. Краем глаза Артем заметил, что Ольга поджигает тряпки. Через мгновение бочка выкатилась на освещенный склон. И тут же, наскочив на камень, изменила курс. Господи — Артем схватился за голову — все пропало!

В этот момент профессор выбежал из своего укрытия и, нелепо согнувшись, помчался вслед за бочкой.

— Идиот! — завопил Артем. — Назад!

Но Каширский продолжал бежать, пока не настиг бочку, развернул ее на ходу в нужном направлении и ударом ноги прибавил ей скорости.

Беспорядочно защелкали выстрелы. Вокруг бегущего назад профессора взвились струйки пыли, а затем одна из пуль звонко ударила в бочку. Фонтанчик отливающей серебром жидкости выплеснулся наружу. На какое-то мгновение враги на том берегу опешили и прекратили стрельбу. Видно, не успели сообразить, откуда исходит большая опасность, — от Каширского или от бочки. И это позволило профессору целым и невредимым вернуться в укрытие.

Артем увидел, как Агнесса подняла арбалет.

— Не надо, Агнесса Романовна, — остановил он ее. — Бочку продырявили без нас.

Пули продолжали бить по бочке, и все больше и больше струек солярки стало появляться на ее поверхности. Но пули и шлейф солярки существенно замедлили ее движение и, докатившись до незаметного со стороны небольшого подъема, бочка остановилась в считанных метрах от места, откуда начинался деревянный настил.

Артем выругался и повернулся, чтобы взять приготовленный Ольгой арбалет. Ночная стрельба из него оказалась очень трудным делом. Пламя полностью загораживало видимость, темнота рядом сгущалась, и Артему пришлось напрячь все свои силы и зрение, чтобы тщательно прицелиться. Глаза слезились, переносицу ломило от страшного напряжения, но он продолжал целиться в мутное пятно лужу солярки, которая натекла под бочку.

На другой стороне реки послышались яростные крики, видно, заметили огонь, и тут же пуля, срикошетив от обломка скалы, просвистела рядом с его ухом, Артем мягко спустил крючок, и жгучий огонь полетел от него в направлении сверкающих фар.

Вторая пуля щелкнула по камню совсем рядом, и он быстро нырнул в укрытие.

Ольга стала быстро готовить второй фаларик, но в нем уже не было необходимости. Послышался легкий взрыв, в небо взвились языки пламени — это вспыхнула солярка. Тяжело дыша, Артем ящерицей прополз между камней и устроился в глубокой вымоине. На прежнем месте оставаться было опасно — враги хорошо пристреляли его укрытие.

Сквозь узкую щель между двумя каменными глыбами он пытался рассмотреть, нанесен ли какой урон мосту. И с разочарованием увидел, что пламя бушует лишь над самой бочкой, хотя и очень близко от моста. Зрелище было впечатляющим. Артем долго смотрел на огонь в надежде, что бочка взорвется и горящая солярка выплеснется на настил. Но этого так и не произошло, а сотворенный его руками костер стал постепенно затухать, и вскоре от него остался лишь раскаленный металлический остов.

Артем вернулся на прежнее место и с горечью сказал:

— Ну вот, такую возможность упустили!

— Надо мне было толкнуть ее посильнее, — отозвался профессор.

Тут Артем не выдержал:

— Простите, Юрий Федорович, но вы вели себя как последний идиот! Какого хрена вы выбежали и подставили себя под пули? Только попробуйте сделать что-нибудь подобное еще раз!

Каширский невозмутимо ответил:

— Тут каждый рискует своей жизнью, Артем.

И не стоит переваливать всю опасность на вас одного.

— Нужно было более тщательно рассмотреть все подходы к мосту, — сокрушенно сказал Артем и присел на камень, обхватив голову руками.

Ольга слегка встряхнула его за плечо:

— Не казни себя, Артем. Ты сделал все, что можно.

— Конечно, — Агнесса, словно ребенка, погладила его по голове, — они поняли, что мы все еще здесь и не намерены сдаваться. Держу пари, они сейчас напуганы до полусмерти и долго еще не сунутся на мост, чтобы не сгореть заживо.

— Пошли, Артем, — позвала Ольга и неожиданно рассмеялась. — Сегодня ужином занимается Аркадий Степанович, так что нас в худшем случае ждет его любимая каша с тушенкой, а в лучшем — жирные толстые улитки — кладовая белка и нужных нашему организму микроэлементов! — Она звонко причмокнула губами и взяла Агнессу под руку:

— Пойдем, Агнесса, переодеваться в вечерние туалеты по случаю очередного сабантуя, что мы устроили этим уродам.

Глава 20

— Давай сюда, — послышался голос Пашки. — Тропу нашел, ею пойдем.

Он показывал себе под ноги, когда Дмитрий и Синлев приблизились к нему. На присыпанной пожелтевшей хвоей прогалине хорошо были заметны отпечатки копыт маралов. Совсем недавно два зверя прошли в направлении Тагульского хребта.

Тропа немного пробежала вдоль русла неширокой, но бурной реки и стала взбираться по правому берегу на верх отрога. Дмитрий слегка приотстал, заглядевшись на целый каскад водопадов, чередующихся почти беспрерывно на протяжении более чем километра. Река, прорыв себе проход в скалах, бешеными скачками летела вниз в узкой щели, с жутким стоном и ревом низвергаясь в глубокие воронки. Вода в них кипела, словно бесовское варево Чем выше они поднимались в горы, тем протореннее становилась тропа. Дмитрий не заметил следов топора или лома, им не встретились остатки костров, биваков, похоже, человек никогда не бывал в этих местах. Но кто ж тогда эти дорожные мастера, что обнаружили столь удивительное знание местности и так удачно проложили путь среди каменных нагромождений, глубоких лощин, безошибочно определили броды через бурные реки? Незванов хотел узнать об этом у Пашки, но передумал, решил расспросить его более подробно, когда остановятся на ночлег.