Оникромос - Павел Матушек

– Посмотри туда, – распылил старик. – Видишь край верхней стены каньона?

Его было бы трудно не заметить. Гигантская наклонная плоскость заполняла собой большую часть видимого пространства. Глядя на нее, Тейу понял, о каком скачке говорит Урес.

– Я не справлюсь.

– В самом деле? – усмехнулся старый камрон, но на сей раз это прозвучало так, будто Тейу шутил сам с собой или был порождением разума Кузнечика и невольным свидетелем его мысленных дебатов и размышлений.

Феромонные слова кружились вокруг него, как мысли. Их было трудно отличить друг от друга. Тейу начал игнорировать те, которые исходили от камронов, и сосредоточился на прямых подсказках крыльев, усиков, турбин и мощных ног Кузнечика. Он стал Кузнечиком. Он перестал понимать слова, которые произносил старик. Он тарахтел сосредоточенной мощью и всем своим естеством желал только одного – добраться туда, где ждет его это вожделенное место, это чудесная впадина, этот притягательный отпечаток Крек'х-па. Он припал к земле и прыгнул.

Он пролетел под колоссальным Аворро, взмахнул крыльями и без труда приземлился на край каньона. Поправил положение ног и снова прыгнул. Скользнул по изборожденной, бугристой поверхности, частично покрытой гладкими металлическими чешуйками. Балансируя телом, сел ниже одной из них, но неправильно оценил расстояние и оказался слишком близко. Острый край чешуи срезал ему левый усик. Кузнечик взревел, потерял равновесие и начал сползать вниз. Он лягнул, выставил когти и резким рывком остановился на месте. Очень осторожно он сменил положение. Снова оказался головой вверх. Одна из передних ног была сломана. Кузнечик отключил в ней питание, погасил ощущение и не без сожаления отгрыз ее у самого корпуса. Поврежденная нога могла разбалансировать полет, а Кузнечик не хотел, чтобы она мешала ему добраться до чудесной впадины. Тем более что он был уже близко. Очень близко. Он увеличил обороты турбин, заставил их сделать последнее усилие и прыгнул в третий раз.

Заскрипели крылья. Он пронесся над острыми чешуйками, выступающими из изборожденной поверхности, и начал опускаться к белой плоскости. На ней была только одна темная точка. Кузнечик скорректировал направление полета и устремился к ней. Турбины начали замедляться. Некоторое время они еще вращались, но вскоре, израсходовав весь запас энергии, остановились. Крылья неподвижно застыли. Кузнечик падал. Он летел только по инерции. Двигался, целясь в темную точку, которая стремительно приближалась. За мгновение до того, как он начал вращаться и все расплылось, он успел заметить контур из низких черных обелисков, окружавших огромную полукруглую полость, темную и глубокую. Кузнечик с размаху рухнул в нее и разлетелся на куски.

Когда Тейу пришел в себя, он по-прежнему плотно сидел в тесном пространстве ажурной втулки, лежавшей среди битых осколков, валявшихся рядом с раздавленной головой Кузнечика. Все его тело было в ушибах и болело, но, похоже, серьезных повреждений не было, и он мог своими силами выбраться из втулки. Неподалеку, за бесформенными обломками ветхого крыла, лежал Урес. Тейу подошел к нему. Старик был жив, но без сознания. Должно быть, выпал из своей втулки. Камрон беспомощно огляделся. Они находились на дне большой полукруглой впадины. Поверхность ее была черной, блестящей и, вероятно, очень твердой, потому что падающий Кузнечик никак не мог ее повредить. А выше, вдоль четкого края, стоял ряд низких конических обелисков. Издали казалось, что они тоже отлиты из черной и блестящей материи.

Внезапно Тейу понял, что впадина расположена почти горизонтально. Неужели они так высоко поднялись? Поднял глаза и восхищенно стал всматриваться в гигантскую угловатую форму, нависшую высоко над ним; форму, заслонившую половину равномерно освещенной звездами пустоты, но все равно являющейся лишь фрагментом чего-то еще большего, расплывающегося вдали.

– Голова… – непроизвольно распылил Тейу, словно ему необходимо было произнести нужное слово, чтобы понять то, что он видит.

Панцирь Уреса задрожал, и Тейу почувствовал, что его сознание возвращается. Он терпеливо ждал, когда старый камрон обретет власть над телом и чувствами. Наконец ему удалось встать на ноги. Он источал дезориентацию и растерянность.

– Получилось?

– Думаю, да, но я не знаю, как нам удалось это пережить.

– В этом нет ничего странного.

Тейу сердито посмотрел на него.

– Мне не нравится твой тон, Урес, и я хотел бы, чтобы ты объяснил мне почему…

– Урес? Я никакой не Урес.

– Ты опять начинаешь?

– Не я начинаю, а ты. Ты меня не узнаешь? Ты не помнишь, как меня зовут?

Тейу замер.

– О чем ты говоришь? Я никогда не видел тебя раньше.

– Неужели, господин Друсс?

Странно знакомое слово блеснуло далекой искрой узнавания. Тейу почувствовал ее внутри себя, но понятия не имел, откуда она взялась. Этот старый камрон, должно быть, сошел с ума и втянул его в орбиту своего безумия. С этим надо покончить, и как можно скорее.

– Хватит, с меня довольно! Я просто хочу знать, что мне делать, чтобы вернуть Энзабар. Скажи мне, пожалуйста, и я обещаю, что ты больше не увидишь меня и сможешь продолжать жить в своем собственном мире.

Урес источил запах веселья.

– Если бы все было так просто.

– Но так оно и есть…

– Ну, хорошо. Вообще-то я не против, что ты называешь меня Урес. Мое прежнее имя тоже было придумано тобой, так что ты имеешь право его изменить.

Тейу пытался терпеливо слушать этот бред.

– Отлично, но разве теперь ты наконец не захочешь помочь мне?

– Это не от меня зависит, – серьезно заявил Урес.

Тейу заподозрил еще один подвох.

– А от кого?

– От стражника. Здесь, в этом древнем культовом месте, здесь, где отскочил падающий Крек'х-па, живут могучие существа, хранители переходов между мирами. Никогда не знаешь, что они сделают. Может быть, они погасят твое существование, а может, покажут тебе нечто, что полностью изменит твой контакт с реальностью, или же просто позволят тебе вернуть Энзабар.

– Они должны это сделать! Для этого я и прибыл сюда!

– Они воспринимают твои цели со своей точки зрения. Они видят тебя совсем по-другому. Они знают, куда ты должен идти и что ты должен делать, даже если ты сам этого не знаешь.

Тейу не собирался вступать в дискуссию с безумцем.

– Где эти существа? Я их нигде не вижу.

– Они сами тебя найдут. Пойдем, подойдем к краю впадины. Интересно, какой вид оттуда открывается.

– Я бы предпочел сам.

– В любом случае скоро наши пути разойдутся. Не отказывай старому камрону. Я никогда не видел стражника.

Тейу неохотно согласился на его предложение, и они двинулись к краю. Они поднялись по наклонной стенке впадины и оказались между черными коническими обелисками. За ними во все