Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

вспоминают войну и свой страх конца сороковых годов, и не чувствуют, что их мир уже похож на диплодока с откушенной головой. Мир ещё движется, но идти ему уже недолго.

Причём смерть этого мира неизбежна, и происходит не по политическим, а по естественным законам. Мир этот был не хуже и не лучше всяких других миров, но сейчас ты понимаешь, что вдруг собралась странная фигура калейдоскопа, мигнула в окуляре трубки, а потом разом исчезла.

И её не повторить.

Извините, если кого обидел.

08 октября 2005

История про кино

Эк жизнь людьми крутит — я подумал, как себя сейчас может чувствовать сейчас человек, давший по роже Андрею Тарковскому. Нет, я думаю см его характером многие хотели это сделать. Но вообще-то по крайней мере, один раз это сделала Ольга Гобзева — под камеру. Оказалось, что лет пятнадцать она уже живёт в монастыре.

Потом я принялся думать о скоротечности жизни — в том числе и своей собственной.

Вот сценариста Гребнева, что написал сценарий фильма "Июльский дождь", задавило машиной — знавал я этот поворот в Матвеевском — гиблое место. Просто ловушка для кинематографических старичков: они шасть из дома ветеранов — джип фррр! — старичок шмяк!

Очень неприятный поворот, да.

Извините, если кого обидел.

10 октября 2005

История про флэйм — следующая

Тут вышло так, что я принялся читать Бредемайера. Карстен Бреденмайер — довольно активно продвигаемый на наш рынок консультант-психолог. Специфика его в том, что он учился на теолога, писал как журналист, и в итоге стал ведущим немецкоговорящим коуч-консультантом в этой области» — в области «коммуникативных технологий».

У нас вышли по крайней мере его «Искусство словесной атаки» и «Чёрная риторика».

Вообще говоря, это очень показательные книги, и то, как они работают — довольно долго работая немецким консультантом с копытом я как бы знаю эту ситуацию изнутри.

Дело в том, что консультанты по коммуникации — особый род консультантов, которые могут доказать что угодно. Речь их плавна, слова правильны, и вдруг всё оказывается другим, не тем, о чём ты думал.

Совы — не то, чем они кажутся.

Например, в «Чёрной риторике» Бреденмайера есть четвёртый раздел «Магическая сила правильной постановки вопросов» и раздел пятый «Магическая сила призыва». А в его же второй книге есть раздел второй «Магическая сила призыва — новое измерение». Так вот, фокус в том, что половина одной книги повторяет половину другой вплоть до знака — но не включая знак.

То есть — текст тоже, но слово «вопрос» заменено на слово «призыв». Ну и, разумеется, убран вопросительный знак:

Вот тебе, дорогой консультируемый, один текст: «Отрытые призывы.

Позитивные цели открытых призывов заключаются в том, чтобы позволить собеседнику дать более детальный, подробный и основательный ответ, не ограничиваясь лаконичными «да» или «нет». Одновременно открытые призывы стимулируют мотивацию собеседника, его вовлеченность в разговор.

Человек становится более красноречивым.

Часто при этом употребляются вопросительные слова: кто, почему, что, где, когда, благодаря чему, из-за чего, каким образом, куда.

Примеры позитивных отрытых призывов (тут корректоры пропустили «к» — В.Б)

* «Расскажите нам, пожалуйста, почему в вашей компании вы выбрали именно эту стратегию».

* «Расскажите, что послужило поводом вашей заинтересованности новой для вас областью — менеджментом».

* «Опишите ваше видение проблемы».

А вот тебе, дорогой консультируемый, второй текст: «Открытые вопросы.

Позитивное качество открытых вопросов — то, что собеседнику дается возможность более детально, подробно и основательно на них ответить, не ограничиваясь лаконичными «да» или «нет». Одновременно открытые вопросы стимулируют мотивацию собеседника, его включенность в разговор, делают человека более красноречивым.

Часто употребляются такие вопросительные слова: кто — почему — что — где — когда — благодаря чему — куда.

Пример открытых вопросов, преследующих позитивные цели

• «Расскажите нам, почему вы выбрали именно эту стратегию в вашей компании?»

• «Что послужило причиной и «пусковым механизмом» вашего «прорыва» в сферу менеджмента?»

• «Что представляет собой эта проблема с вашей точки зрения?»

Ну, и тому подобное далее. Сейчас я расскажу, что меня в этом задело.

Извините, если кого обидел.

11 октября 2005

История про консультантов

Дело тут вот в чём — много лет я зарабатывал таким же способом — и утверждаю, что 90 % бизнес-консалтинга, особенно в сфере «личностных коммуникаций» — надувательство.

А тогда, ещё десять лет назад, я ездил в Кострому, где теплилась моя человечья жизнь. Вот снова я хожу по музею, где висит автопортрет Татлина двенадцатого года и Айвазовский, где Никола Можайский делает Рот-фронт деревянной резной рукой, где Маковский-Левитан-Коровин-Кустодиев-Рерих-Васнецов-Нестеров-Бенуа-Богаевский, но интереснее всего честные незнаменитые живописцы позапрошлого века с их губастыми да щекастыми дворянами, чьи мордатые дети тут же на стене. Эти художники навсегда спрятались за псевдонимом н/х. Вот они-то мне и были любы. И, пробираясь по улицам, я их вспомню.

За всё платила компания — во всех смыслах этого слова. А компания наша была похожа на туристическую группу из одного известного рассказа. И я был одним из героев, и искал облако, озеро, башню. Только меня ещё не били.

Это был мир корпоративной культуры, которую только воткнули саженцем — и первым делом перед заседанием в стол втыкали флажки и вешали на форточку вымпел со знаком фирмы. Тогда слово «аналитик» стало заклинанием. Модно было называться аналитиком, как в старину модно было писать на визитных карточках «кандидат наук».

Я учил на этих долгих, как леденец, совещаниях и тренингах язык и налоговое право, всяко разные экономические дисциплины — меня хорошо научили как незаметно заниматься производными в мутном течении экономических лекций. Теперь предметы поменялись местами.

В какой-то момент стройное течение моих мыслей прервалось, потому что в обсуждение разваливающегося завода вступил другой немец: «То, что я скажу, будет выглядеть жестоко». Что ты понимаешь в жестокости, дурачок, что ты понимаешь в банкротстве? Мы все так живём.

Это была чудесная берновская игра в доктора, которая не кончалась, пока были чужие деньги. Если кто не помнит, так у Эрика Берна была знаменитая модель игры доктора и пациента. В которой доктор делает вид, что лечит, а пациент делает вид, что лечится. Доктор получает за каждый визит и совсем не хочет, чтобы этот источник иссяк — оттого он, понимая, что вылечить больного нельзя (тот обречён или, наоборот — болезнь его мнимая), всё-таки продолжает встречи. Да и больной не хочет прекратить лечение