Свидание с прошлым - Молли Райс

Она зябко вздрогнула и обхватила себя за плечи. За пределами этого двора, за этим забором были люди, которые хотели ее смерти. Люди, близкие Дереку. Он может желать ее, симпатизировать ей, даже любить ее, но как быть с его преданностью этим людям — его матери, Хантерам, доктору Хэролдсону?

Она отвернулась от окна и заметила в комнате две двери, расположенные рядом в восточной стене. Стейси подошла ближе и за одной из них обнаружила стенной шкаф, совершенно пустой, если не считать нескольких плечиков, а за другой — ванную комнату.

Там на вешалках было достаточно полотенец, и она с вожделением посмотрела на душевую кабинку. Но у Стейси не было чистой одежды, переодеться было не во что, и она не имела ни малейшего представления о том, где все ее вещи. Повернувшись, чтобы выйти из ванной, она увидела висевший на двери махровый халат.

Она заперла дверь и разделась. Струи горячей воды были прекрасным лекарством от ее болячек. Она нежилась в этой благодати, выкинув из головы все, кроме сиюминутного наслаждения горячей водой, струившейся по ее телу.

Образы начали являться сначала в виде отдельных фрагментов. Вот ее родители склонились над колыбелью, в которой лежит младенец, говорят на каком-то чужом языке. Она моргнула, и видение исчезло, но в глаза ей попала вода. Стейси стала протирать их отжатой махровой салфеткой, и тут картинка вернулась. На этот раз ее отец кричал, а мать плакала. Словно эхо в мозгу, пришло понимание, что отец кричал, чтобы мать говорила по-английски.

Она прижала салфетку к глазам, ища в темноте другую картинку. Когда картинка высветилась, то так напугала Стейси, что она отшатнулась назад и чуть не поскользнулась. Она скорчилась у стены кабинки и потянулась навстречу тому, что всплывало из глубины памяти.

Она смотрит сквозь прутья — узкие деревянные прутья — и видит в комнате двух мужчин, которые разговаривают с ее родителями по-русски. Она не знает, откуда ей известно, что это русский язык, но знает, что это так. Она понимает, что смотрит сквозь прутья детской кроватки, что там, в картинке, она — маленькая девочка.

Стейси уронила руки, открыла глаза и сосредоточилась на разглядывании разбрызгивающей головки душа. Что это было — видение или воспоминание? Действительное или воображаемое? Ее мать никогда в жизни не говорила ни на каком языке, кроме английского.

Несмотря на окружающий ее пар, она вздрогнула, словно от озноба, и вернулась под водяные струи.

Она стояла под душем, ожидая появления новых воспоминаний-видений, но больше ничего не было. В конце концов она сдалась и, когда вода начала остывать, поспешила вымыться. Закутавшись в халат и закрутив мокрые волосы в полотенце наподобие тюрбана, она вышла из ванной.

Иди Чанселор сидела в кресле-качалке и читала какой-то журнал. Она взглянул поверх своих очков и кивнула Стейси.

— Значит, вы нашли халат. Хорошо. Мы не знаем, где ваши вещи. Могли лишь предположить, что они там же, где и ваша машина.

— Моя машина? Она что, тоже пропала?

— Да. Дерек сказал, она исчезла, пока он ездил искать вас. Очевидно, кто-то хотел, чтобы он подумал, будто вы уехали из города неожиданно и по своей воле.

Стейси села на край кровати и оценивающе посмотрела на женщину.

— А вы не так враждебны, как раньше. Что заставило вас изменить свое отношение ко мне?

Иди пожала плечами, и Стейси поняла, что эту привычку она передала сыну.

— Как только Дерек узнал правду, все это стало ни к чему.

— Правду? Не понимаю, о чем вы говорите.

— Подумайте, и поймете. Вы видели снимок в ежегоднике, я видела вашу реакцию и поняла, что вы, наверное, догадались.

Стейси потребовалась минута, чтобы сообразить, что к чему. Поняв, она присвистнула от удивления.

— Значит, Дерек — сын Уильяма?

Иди нахмурилась.

— Почему Уильяма? Нет, конечно, нет. Он сын Боба.

— А, понимаю. Уильям не был женат. Если бы Дерек был его сыном, то и скрывать было бы нечего. А Боб…

— …женат на Изабелл, — закончила Иди с ноткой горечи в голосе.

Стейси подалась вперед.

— Вы не хотите поговорить со мной об этом, миссис Чанселор? Как Дерек узнал и как он это воспринял?

— Я сама ему сказала, — призналась Иди. — У меня не было другого выхода. Он сообщил мне, что кто-то покушался на вашу жизнь, и он думал, что я в этом как-то замешана. Мне пришлось сказать ему правду, чтобы он знал, что я никакого отношения к этому не имею. Как бы мне ни хотелось сохранить тайну его рождения, так далеко я бы не зашла.

Стейси кивнула.

— Что же произошло между вами и Бобом, миссис Чанселор?

Иди рассказала все Стейси почти так же, как рассказывала Дереку. Стейси нахмурилась.

— Гмм. Должно быть, Бобу было очень нелегко жить в одном городе с вами и сыном, не имея возможности открыто признать его.

— Боб не знал. И не знает.

Стейси открыла рот и едва не задохнулась от удивления.

— Вы шутите!

— В этом-то все и дело, — сказала Иди, и в ее голосе послышалось отчаяние. — Карли и Селма были готовы на все, только бы не дать Бобу узнать. Они понимали, что если бы он узнал, то захотел бы поступить как честный человек.

— Сейчас такое просто не могло бы случиться, — еле слышно произнесла Стейси. Но Иди услышала ее слова.

— Не будьте так уверены, Стейси. В маленьких городах, как этот, всегда есть семья или человек, который держит в руках всю власть и всеми силами стремится сохранить статус-кво, даже если остальной мир на всех парах мчится к более прогрессивной морали.

Стейси вздохнула.

— Бедный Дерек. Узнать об этом именно сейчас, когда голова у него забита другими происшествиями… И расследовать самоубийство собственного дяди, даже не подозревая все эти годы, что у него есть такой родственник. Должно быть, Дерек испытал ужасное потрясение.

Иди сдержала слезы и кивнула.

— Да, у меня сердце разрывалось, когда я увидела, какое у него стало при этом лицо. Я очень обрадовалась, что он попросил меня помочь, побыть с вами. Я боялась, что он решит больше никогда со мной не разговаривать.

— Вот видите, мое присутствие в вашем милом городке все-таки принесло какую-то пользу, — с усмешкой сказала Стейси. Она встала, но, почувствовав, что у нее вдруг закружилась голова, почти рухнула обратно на кровать.

Иди тут же оказалась рядом с ней.

— Вы устали, дорогая. Доктор Хэролдсон оставил таблетки, которые помогут вам лучше отдохнуть. Пойду-ка принесу их.

Она ласково уложила Стейси обратно на подушки, удобно устроила ей ноги. У Стейси не было сил сопротивляться.

Иди тут же вернулась со стаканом сока и двумя маленькими белыми таблетками.