Хоккейная сделка - Кристен Граната

— Перееду.

Она широко улыбается.

— Я с нетерпением жду, когда ты увидишь сюрприз.

Мои брови взлетают ко лбу.

— Сюрприз?

Александр прижимает указательный палец к ее губам.

— Не порть сюрприз.

Она хихикает и кусает кончик его пальца, как пиранья, прежде чем снова сунуть леденец в рот.

Я выгибаю бровь.

— Сюрприз, да?

Александр усмехается.

— Только приятный. Обещаю.

— Мистер Крум, надеюсь, вам нравится экскурсия.

Наши головы одновременно поворачиваются, когда начальник подходит к нам. Александр сжимает челюсти, прежде чем выдавить вежливую улыбку.

— Да, спасибо. У нас замечательный экскурсовод.

— Да, ну что ж, экскурсовод должен вернуться к работе, — Картер смотрит на меня с пустым, нечитаемым выражением лица. — Ария, я хотел бы поговорить с тобой в кабинете, как только закончится экскурсия.

Я не упускаю из виду, как взгляд Александра впивается в висок Картера.

Я киваю, обращая внимание на Джулиану.

— Увидимся завтра. Не забудь про вечер кино.

Она вытягивает руки, и Александр наклоняется, чтобы могла дотянуться до меня. Джулиана обнимает меня как счастливый моллюск со своей конфетой.

— Пока, Ария.

Я колеблюсь, поднимая глаза на Александра, не зная, насколько он хочет публично демонстрировать привязанность в присутствии дочери.

— Эдди заберет тебя вечером, — произносит он, обнимая меня за талию и прижимая губы ко лбу. — А завтра, когда вернусь, я заеду за тобой и вещами.

Я подмигиваю ему.

— Удачи сегодня вечером.

Он одаривает меня улыбкой и несет Джулиану к выходу. Ее голос эхом разносится в стенах посещения.

Нервы терзают желудок, когда я наблюдаю за ними. Я никогда не жила ни с кем, кроме матери. Каково это будет — жить с Александром и его дочерью?

Готова ли я к этому?

За сотню тысяч точно должна.

Картер провожает меня в кабинет и со щелчком закрывает за нами дверь.

— За вещами, — произносит Картер, обходя стол, чтобы сесть за него. — Ты переезжаешь?

Я прочищаю горло и опускаюсь в кресло напротив его стола.

— Да, я переезжаю к Александру.

Он выгибает бровь.

— Не слишком ли рано переезжать, как думаешь?

Моя личная жизнь его не касается. Я хочу сказать это, но прикусываю язык и отвечаю:

— Мы встречаемся уже какое-то время. Просто никому об этом не говорили.

Он кивает.

— Есть кое-что, что я хотел бы обсудить.

— Все в порядке?

— Просто хотел убедиться, что повышение — это то, чем ты все еще интересуешься.

— Конечно. А почему бы и нет?

Он небрежно пожимает плечами.

— Не знаю. У тебя появился новый богатый бойфренд. Кажется, ты чем-то озабочена. Я не хотел бы, чтобы ты упустила все, ради чего так усердно работала.

Мой рот открывается.

— Озабочена? Извините, но я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.

Я выкладываюсь на работе, изо всех сил стараясь сделать все, что Картер просил от меня, оставаясь допоздна и беря на себя больше экскурсий. Он узнает об Александре и внезапно думает, что я озабочена?

— Повышение означает больше часов и большую нагрузку. Мне нужно быть уверенным, что ты готова поставить работу на первое место. Отношения с известным спортсменом, у которого есть маленький ребенок, могут этому помешать, — Картер скользит по столу листом бумаги. — Недавно ты подала заявку на несколько предстоящих выходных.

Я бросаю взгляд на расписание на следующий месяц, где несколько гостевых игр Александра выделены желтым цветом.

— При всем уважении, Картер, я редко беру выходные.

— Я знаю, но времена меняются, — он сжимает. — Я заметил, что это дни матчей.

Мои брови сходятся вместе.

— Вы следили за тем, когда у него матчи?

— Я болельщик команды. Это было не с целью запугать тебя.

Мои губы дергаются.

— Картер, эта работа — все для меня. Отношения ничего не меняют. Я могу совмещать и то, и другое. У меня может быть и личная жизнь, и карьера одновременно.

— Надеюсь.

Этот разговор ощущается словно угроза, или как наказание за отношения с Александром. Может, это была ошибка — приглашать его сюда сегодня с Джулианой. Или, может быть, Картер завидует тому, что я больше не одинока, и знает, что не может перейти черту, как раньше.

В любом случае, я хочу встать и сказать Картеру, чтобы он пошел на хер. Что он не может указывать мне, как проводить выходные. Что семейный статус не должен влиять на рассмотрение в качестве кандидата на повышение.

А главное, что не должен флиртовать со своими сотрудницами.

Но я не могу. Мне просто нужно найти способ выполнить оба обязательства, перед работой и перед этим фиктивным брачным соглашением, пока не настанет день, когда я смогу уйти из этого места и оставить позади босса.

Я падаю на диван и оглядываю коробки, сложенные у двери.

— Ну что ж, Дэш, вот и все. Завтра мы переезжаем, и я не знаю, понравится ли тебе это, — я провожу пальцами по шелковистой шерсти, пока он сопит рядом. — У тебя будет намного больше места для прогулок, но я просто надеюсь, что ты поладишь с их собакой.

Я знаю, что это не последняя ночь в квартире, но первый раз, когда я переезжаю к кому-то другому, и не могу сдержать нервозность, копошащуюся в животе.

Но в конце концов все это будет стоить того, когда на банковском счете появятся деньги.

Мои глаза следят за Александром, когда тот скользит в экране телевизора, легко передавая шайбу МакКинли между двумя соперниками в повторе сегодняшней игры. Поскольку я провела ночь за упаковкой, то смотрела игру из квартиры. Он талантлив. Легко понять, почему Александр капитан. Кажется, он контролирует каждое движение, заставляя каждую игру подчиняться своей воле. Приковывает внимание, беря шайбу и помещая