С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

— Именно это я и хотел сказать. Но такой человек, как ты, не понимает этого. Понимаешь, что я известен как «господин своего слова».

Мануэль замолчал, уставился в пустоту, потом продолжал:

— Пропадают пять миллионов! Я выстрадал несколько часов, прежде чем принять решение. Пять миллионов! И такими деньгами можно открыть любые двери, а пока они остаются закрытыми для меня.

— Ты забываешь о моей доле, — резко оборвал его Фуентес.

Черные глаза-маслины Мануэла ничего не выражали, когда он спокойно сказал:

— Да, ты получишь миллион. Итак, четыре миллиона!

— Что ты решил? — спросил Фуентес.

Его жирное лицо задергалось.

— Я вынужден обмануть ее. Обманывая эту женщину, я падаю в собственных глазах. Обмануть любого из моего народа — позор.

Мануэль сжал кулаки.

— Ты думаешь только о деньгах. Я могу тебя понять. Ты — человек бедный. Но эта ложь пробила брешь в моем сердце.

Фуентес с трудом овладел собой. У него было огромное желание наорать на Мануэля, чтобы тот прекратил эту дурацкую мелодраму. Кого трогает эта Анита? И что, собственно говоря, она из себя представляет? Ничто, как и ее муженек. Однако он сдержался и промолчал. Никто не осмеливался кричать на Мануэля, потому что мгновенно получал кулаком по лицу.

— А бомбы? — спросил Фуентес после продолжительного молчания. — Они нужны?

— Конечно. Мы должны обыграть ложь. Она не из глупых. Придется соблюдать предельную осторожность, обманывая ее.

Мануэль встал.

— Ложись, друг мой. Через полчаса я встречусь с Анитой. Нельзя терять ни минуты. Педро умрет завтра пни послезавтра. Она может узнать о его смерти, тогда мам не видать пяти миллионов. Самое позднее послезавтра она должна провести нас в апартаменты.

— Нам понадобятся револьверы, — сказал Фуентес.

— Все предусмотрено, буквально все, кроме роли Аниты в этом деле.

Полчаса спустя Мануэль покинул свой бот, перекинув через плечо мешок с бомбами. Через некоторое время он подошел к дому, в котором Анита снимала квартиру, быстро поднялся по лестнице и постучал в дверь.

Она рывком открыла. В скудном свете пыльной лампы она выглядела больной, сильно похудевшей, а под глазами у нее были темные круги.

— Хорошие новости, — сказал Мануэль, проходя в крохотную гостиную.

У нее загорелись глаза.

— Педро?

— Да, Педро.

Мануэль поставил мешок на стол. Его толстые губы растянулись в фальшивой улыбке.

— Я как раз из больницы. Мой приятель, который там работает, сказал, что Педро пришел в сознание и температура у него почти нормальная. Через два дня его можно будет перевозить.

Анита пристально посмотрела на него.

— Я просто не могу в это поверить, — тихо проговорила она. — Он был так болен! Через два дня? Нет, это абсолютно невозможно!

— Антибиотики творят чудеса, — как можно спокойнее возразил Мануэль, стараясь избегать ее пристального взгляда. — Мой приятель сказал, что полиция уже пыталась допросить Педро. Он чудесный парень, Анита! Ты должна гордиться им! Твой муж отказался что-либо сообщить им. До сих пор они не знают, кто он. Педро оберегает тебя.

Лицо Аниты задрожало. Она отвернулась и бросилась в маленькую спальню. Слыша ее рыдания, Мануэль закрыл глаза. Он думал, смогут ли окупить эти четыре миллиона хоть когда-нибудь этот момент, с которого его уже нельзя будет назвать «господином своего слова».

Он ждал, когда она появится. Его лицо покрылось мелкими капельками пота. Когда рыдания прекратились, он тихо подошел к двери и заглянул.

Анита стояла на коленях и, склонив голову в молитве, благодарила Бога за чудо. Мануэль отвернулся с перекошенным лицом.

Минут через десять она вышла из спальни. Теперь она выглядела совершенно другой женщиной: умылась, причесала волосы. Твердое выражение на лице подсказало Мануэлю, что это именно та женщина, в которой он нуждается, чтобы проникнуть в апартаменты.

— Бог услышал мои молитвы, — сказала она и обеими руками схватила правую руку Мануэля. — Я беспрерывно молилась и Бог меня услышал! Теперь мы должны отвезти Педро домой! Ты говоришь, что через два дня он сможет ехать?

— Да, но за эти два дня нужно успеть подготовиться. Сначала бомбы.

Мануэль подошел к столу и взял мешок. Он вытащил из него маленький черный ящичек с сигаретную пачку.

— Это маленькая бомба, которую ты должна спрятать в холле отеля.

После этого Торрес вытащил другой черный ящик, который был в четыре раза больше первого и был завернут в целлофан. Со всеми предосторожностями он поставил его на стол.

— Это большая бомба, которая сможет разрушить кухню. Надеюсь, нам не придется ею воспользоваться.

Потом он вытащил из мешка узкий пенал.

— Это взрыватель. Здесь две кнопки. Я нажимаю верхнюю — и взрывается маленькая бомба, нажимаю вторую — взрывается большая. Взрыватель останется у меня, а бомбы ты возьмешь с собой.

Анита подошла к столу и стала внимательно их рассматривать. Выражение твердости и решимости на ее лице не оставляло место сомнениям.

Я спрячу бомбы. Ты можешь положиться на меня, — с металлом в голосе сказала она.

— Хорошо. Завтра в полночь я приду сюда с Фуентесом, и мы втроем отправимся в отель. Ты уверена, что сможешь провести нас в апартаменты?

— Да, я сделаю это.

— Тогда до завтра, — махнув рукой, он направился к двери.

Анита положила руку ему на плечо.

— Я верю тебе. Ты хороший человек. Фентесу я не доверяю, но тебе…

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Наши люди говорят, что ты «господин своего слова». Помни, я делаю это только ради Педро.

С минуту он молчал, потом вышел в прихожую.

— Все будет хорошо, — сказал он, презирая самого себя, но думая теперь только о том, что могут означать четыре миллиона для его будущего. Анита теперь его не трогала.

— Завтра ночью! — Мануэль уже начал спускаться по лестнице, а Анита все еще продолжала смотреть ему вслед. Когда захлопнулась внизу дверь, она закрылась на цепочку, прошла в комнату и достала из ящичка кинжал. «Иногда наступает момент, когда человек должен защищаться» — так учил ее муж.

Вытащив кинжал из ножен, она вспомнила Джоса Прескотта, детектива отеля, который работал по ночам. Он был опасен потому что только он мог помешать ей спрятать бомбы. Ради Педро она была готова абсолютно на все. Она даже могла убить человека. Натянув черный свитер и черные брюки, она закрепила на поясе брюк ножны и опустила свитер. Кинжал полностью исчез под свитером. Потом она поместила обе бомбы в полиэтиленовый пакет.

Когда она закончила, часы показывали четверть второго.

Анита вышла из квартиры и отправилась к отелю.

У каждого человека есть свои слабости. Ночной детектив Джое Прескотт не составлял исключения. Он был пунктуален до педантизма, ко всему прочему никогда не пользовался популярностью у женщин. Даже самому себе он частенько признавался, что резок со всеми и во всем.

Майк Бенион, подсознательно понимая, что этот человек чрезмерно опасен, досконально изучил неизменный порядок, которого придерживался тот. В час ночи Прескотт делал обход всех коридоров отеля. В час сорок он обходил холл и опустевшие рестораны. В 2 часа появлялся на кухне, в 2.45 совершал обход территории отеля и осмотр плавательного бассейна. Он был настолько пунктуален, что можно было сверять по нему часы. В этом и заключалась слабость ночного детектива, о которой Майк в конечном итоге и рассказал Бреди.

В 2.45 Мегги проскользнула в плавательный бассейн, который в этот час был абсолютно безлюден, и стала плавать там в ярком свете с грациозностью русалки. Прескотт мгновенно остановился и стал за ней наблюдать.

Она постоянно попадалась ему на глаза и, по мнению Прескотта, была очаровательной куколкой. Но теперь, стоя на краю бассейна и наблюдая за практически нагой Мегги, на которой было надето только мини-бикини, он, как правильно рассчитал Бреди, был очарован ею.

Мегги поманила его и подплыла к лестнице. Она дала ему понять, что не может подняться, и Прескотт мгновенно протянул ей руку.

Бреди, наблюдавший из темноты, одобрительно кивнул. Быстро и бесшумно он направился к боковому выходу из отеля. Прескотт будет полностью занят, по крайней мере полчаса.

Даже в это время в холле были еще люди. Большинство из них полупьяные. Они громко прощались друг с другом, чтобы отправиться наверх в свои скучные апартаменты.

Одетый в смокинг, с белокурой бородкой, с гвоздикой в петлице, Бреди беспрепятственно прошел через холл к кабинам лифта. Один из них должен был доставить его в помещение сейфа.

Ему понадобилось несколько минут, чтобы с помощью инструмента он смог привести лифт в движение, бреди был абсолютно спокоен. В настоящее время оба охранника уже собрали все драгоценности, разместили кассеты в сейфе и закрыли его до утра. В это время кабины лифта были переключены на автоматический режим, и его никто не беспокоил.