С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Доминик Дезель был третьим шеф-поваром. Ему было тридцать лет. Доминик был брюнетом, довольно симпатичным, но очень маленького роста. Его голубой мечтой было родиться таким, как его брат, который тоже работал шеф-поваром в каком-то второсортном ресторане Парижа. Брат уродился в отца-великана. Доминик же вышел в свою карликового роста мать.

Раньше он работал мастером по приготовлению соусов в отеле «Телэ» в Париже. Дюлон в свое время находился в отпуске, а заодно занимался и поиском талантов. На него произвели большое впечатление некоторые соусы Доминика. Он поговорил с ним и пригласил его работать третьим шеф-поваром в «Спениш Бей».

Деньги, которые он получал за эту работу, и условия жизни были впечатляющими, поэтому Доминик был рад царствовать на кухне до 5.30 утра. В эти часы редко требовались его услуги. Он проводил все время в кабинете первого шеф-повара, читал поваренные книги и строил грандиозные планы, собираясь открыть собственный ресторан, когда скопится достаточное количество денег. Изредка раздавался телефонный звонок, и он спешил на кухню, чтобы приготовить заказанное блюдо.

Эта ночь была спокойной. Оба официанта клевали носом в раздаточной. Она находилась за кабинетом шеф-повара. Доминик, положив ноги на письменный стол, думал о Франции, о своих соотечественниках, строил планы возвращения на родину.

Часы показывали 2.30, когда Анита Цертес, как привидение, проскользнула в кухню. Босая, затаив дыхание, она бесшумно закрыла дверь и прислушалась.

Когда она закончила вечернюю работу и убрала апартаменты в главном корпусе, она спряталась в дамском туалете. На другом конце коридора находились кухни. Она закрылась в кабинке и уселась на краешек унитаза, приготовившись к ожиданию. Когда часы показывали 2.30, она тихо вышла из туалета и прислушалась. В отеле было абсолютно тихо. Она подумала о ночном детективе. Он мог быть в любом месте.

Этот детектив, Джое Прескотт, повергал ее в панический ужас. Как бывший полицейский, он очень серьезно относился к своим обязанностям. Всем в отеле было хорошо известно это свойство детектива Прескотта. Это был не обычный детектив отеля, который только и делает, что сидит, покуривает и ждет происшествий. Ночью он обходил коридоры, проходил по пустым ресторанам, заглядывал на кухни, инспектировал террасы и даже плавательный бассейн. Он был везде и всюду. Высокий, полноватый мужчина с соломенными волосами, холодными глазами полицейского, который весь отдавался своему делу.

Анита остановилась, прислушиваясь и внимательно огладывая слабо освещенную кухню. Где же здесь можно надежно спрятать бомбу? Несколько минут она стояла, прислонившись спиной к стене, смотрела и думала. Гадала и снова напряженно смотрела.

Нет, здесь нельзя надежно спрятать бомбу. С молотящимся сердцем она пересекла огромную кухню и вошла в кладовую, в которой у стены стояли стеллажи со стеклянными банками. Там располагались большие коробки, головки сыра, а также холодильники для сливочного масла.

Анита подумала, что, возможно, именно здесь удастся отыскать место для бомбы. Она подняла крышку одного из бочонков с надписью «мука». Когда она изучающе осматривала поверхность муки, сзади послышались чьи-то шаги, направляющиеся из кухни в кладовую. Она быстро захлопнула крышку и стала дико озираться в поисках укрытия. Но в кладовке не было такого места, где можно было бы спрятаться. Не исключено, что это был Прескотт. И ее мысли устремились к Педро.

Бели Прескотт обнаружит ее здесь, она пропала! Она даже может угодить в тюрьму! Но тогда исчезнет последняя возможность освободить мужа!

Она набралась мужества и вышла из кладовой, наткнувшись на Доминика, который уставился на нее, открыв рот.

— Анита! Что ты здесь делаешь? — спросил он, едва придя в себя.

Она с усилием улыбнулась.

— Я искала тебя.

Что-то здесь было не так, но с некоторых пор Доминик страстно желал эту большеглазую коренастую кубинку. Время от времени она позволяла ему залезать под юбку за остатки еды, которыми он ее снабжал. Доминик понимал, что еда предназначалась для ее безработного мужа, но ее круглые упругие ягодицы возбуждали его. Доминик потратил не один час, размышляя над тем, где ее трахнет. И вот она здесь. Часы показывали 2.30, и она говорит, что искала его. Желание Доминика было настолько сильным, что он даже не поинтересовался, что она делает в отеле в такое позднее время. Единственное, о чем он мог сейчас думать, это было то, что она его искала, а это в данный момент могло означать только одно.

Он схватил ее и прижал к себе. Руки заскользили по спине вниз. Он поднял ее юбку и его пальцы вонзились в ее упругие ягодицы.

Она закрыла глаза. Эти пальцы, лапающие ее, вызвали приступ тошноты. Она могла только думать: Педро, любимый мой, это все только ради тебя, ради тебя. Прости меня! То, что сейчас произойдет, только ради тебя!»

— Пошли в кабинет, — сказал он приглушенным голосом. — Там удобно, и мы чудесно поиграем в любовь.

Он обнял Аниту и повел ее через кухню в кабинет шеф-повара. Пока они шли, она констатировала, что нашла отличное место для бомбы. Теперь оставалось совсем немного — отделаться от этого человека.

Они вошли в кабинет, и Доминик закрыл дверь на ключ.

— Ложись на стол, — сказал он. — У нас мало времени.

Анита вырвалась из потных рук.

— Нет, только не так!

Доминик, обливаясь потом, с колотящимся сердцем уставился на нее.

— Ложись на стол! Я знаю, что ты хочешь меня! Только так мы сможем быстро управиться! Ложись!

— Нет! Надо найти кровать! — запротестовала она.

Он не успел ничего возразить, потому что в этот момент на столе зазвонил телефон.

Звонок хлестнул по его лицу, как хлыст. Желание мгновенно испарилось. До него в этот момент дошло, что он делает!

Эти глупые поступки, он понял, могут испортить его карьеру. Он другими глазами взглянул на Аниту и увидел перед собой темноволосую, коренастую и не очень-то привлекательную кубинку. Кубинцы же всегда были для него словно пустое место. Должно быть, он сошел с ума, раз уж решил переспать с этой женщиной, глядевшей на него испуганными глазами.

Он схватил трубку.

— Яичницу, сосиски и кофе на двоих, — невнятно пробормотал в трубке мужской голос. По голосу Доминик понял, что мужчина пьян. — Апартаменты № 7,— трубка с грохотом опустилась на рычаг.

Доминик махнул в сторону другой двери, которая выходила в коридор.

— Убирайся! Живо! — и он стремительно бросился из кабинета.

Дрожа и благодаря судьбу, что ей не пришлось удовлетворить этого человека, Анита открыла дверь, ведущую на улицу, и очутилась на бетонированной дорожке, которая заканчивалась у ресторана обслуживающего персонала. Она знала дорогу. Обогнув указатели для павильонов, она вышла на главную дорогу, ведущую в Сикомб. Пробираясь в темноте, она по-прежнему продолжала сжимать в руках свои туфли.

Прошло два дня. Все это время полиция не переставая разыскивала Фуентеса и наконец пришла к заключению, что он действительно находится в Гаване.

Педро Цертес находился без сознания в реанимации. Скучающий детектив сидел возле койки.

Анита поддерживала связь с Мануэлем Торресом. Она по-прежнему работала в отеле. Мануэль предупредил ее, что она больше не должна приходить на его бот. Накануне вечером они встретились в маленьком портовом баре. Когда она рассказала о бочонке с мукой, Мануэль немного задумался, но потом решил, что это единственно правильный выход, и согласился с этим предложением. Потом он сказал, что бомб у него пока нет, но его приятель убеждает, что завтра он сможет передать их. Потом говорили о госпитале, и Мануэль заверил Аниту, что Педро выкарабкается.

В течение этих двух дней Мегги и Майку удалось собрать информацию, необходимую для Бреди. Он решил, что теперь ему необходимо переговорить с Хеддоном. В настоящий момент Эд Хеддон остановился в отеле «Бельвью», втором отеле на побережье и в городе.

Договорившись о встрече, Хеддон заказал столик в тихом ресторане при яхт-клубе. Это был один из самых дорогих ресторанов в городе.

Бреди вышел из павильона около девяти часов вечера без своего обычного грима. В этот час в отеле царило оживление, но он не боялся, что его узнают в своем костюме и шляпе. Быстро спустившись по ступеням павильона, он направился по дороге к стоянке такси.

Бреди нашел Хеддона сидящим за отдельным столиком. Перед ним стоял стакан с двойным мартини и блюдо с маслинами.

Они поздоровались, и Бреди попросил заказать двойное виски. Подошел метрдотель с меню.

— Возьми устриц в горшочке, — предложил Хеддон.

Заказали устриц, а когда метрдотель отошел, Хеддон спросил:

— Ну, как там развиваются события?

Бреди, потягивающий виски, взял маслину и бросил ее в рот.