Боец - С. Массери

сказала мне что-нибудь, что угодно. В том, что она должна кончить первой, я буду непреклонен всегда, но это необычный секс. Этот секс наполнен ненавистью и агрессией. Я хочу оставлять синяки на ее коже и хочу, чтобы она делала то же самое со мной. Кажется, Кора поняла намек, потому что обхватила пальцами мой подбородок, но вместо того, чтобы поцеловать меня, повернула мою голову и укусила за щеку.

Черт, это больно.

Она сжимает зубы сильнее, и боль просачивается сквозь мою плоть, погружая в омут похоти. Моему телу становится слишком жарко, и к тому же Кора тоже слишком измотана. Когда она отпускает мою щеку, я слишком долго смотрю на ее лицо, а затем качаю головой. Будь я проклят, если эта боль не делает меня тверже.

– Ты заплатишь за это.

Кора приподнимает голову и повторяет мои предыдущие слова.

– Выкладывай все, что у тебя в голове, Вульф.

Глава 17. Кора

Моя киска словно горит огнем, и каждый дюйм моего тела жаждет, чтобы Вульф закончил то, что начал. Хотя больше всего на свете мне бы хотелось оставить его ни с чем. У меня просто не хватает самообладания, чтобы просто взять и уйти. Одной рукой он сжимает мое бедро и снова отводит его в сторону, проводя пальцем свободной руки по центру моего удовольствия. Меня будто пронзает электрический разряд. Я смотрю ему в глаза, думая, что увижу красные глаза Ареса, но вижу зеленые и злые Вульфа.

Он снова входит в меня, и этот толчок настолько сильный, что я откидываюсь назад. Вульф наполняет меня полностью, и это почти причиняет боль. Он тянет меня обратно к себе, и я обхватываю его талию ногами. Мы встречаемся с ним взглядами и остаемся в таком положении, пока он входит в меня снова и снова. Наша кожа становится влажной от пота, и сладкая боль между моих ног усиливается. Мне просто необходимо достичь кульминации прямо сейчас, поэтому я приподнимаю бедра и встречаю его толчки. Рукой я обхватываю его за затылок и, притягивая его лицо к себе, прижимаюсь губами к губам.

Сначала Вульф медленно посасывает мою нижнюю губу, а затем впивается в нее зубами. Я хнычу в ответ и прижимаюсь к нему еще ближе. Получать удовольствие от боли – это ненормально, и я не должна хотеть, чтобы он прикасался ко мне вот так, тем более это все равно не смягчает мой гнев. Но сейчас я жажду этой боли, к тому же это является отличным способом показать ему, насколько я зла. По всей видимости, и он зол не меньше.

Эту злость и ярость, затаившиеся под его кожей, я заметила, еще когда вернулась к ним, и хочу от них избавить. Я провожу ногтями по его спине, будто таким образом могу выпустить на волю его демонов.

Вульф продолжает двигаться внутри меня и опускает руку между нами, чтобы найти мой клитор. Надавив на него пальцем, он потирает чувствительную горошину, и в тумане удовольствия я прикусываю его губу сильнее, чем следовало. Мой рот наполняется кровью, и я делюсь с ним ее вкусом. Движения Вульфа становятся быстрее и яростнее. Он прижал меня к себе настолько близко, что наша кожа соприкасается почти везде. Внезапно я чувствую приближение волн оргазма. Мое дыхание становится частым, и я выгибаю спину навстречу Вульфу и его неистовым движениям. Я сжимаюсь вокруг него на пике наслаждения, продлевая ускользающее удовольствие, а потом он замирает, погруженный в меня, и кончает с прерывистым стоном.

Я никогда раньше добровольно не соглашалась на такого рода секс. Когда мой бывший трахал меня с такой ненавистью, это был клинический холод. После секса он оставлял меня наедине с хаосом в моей голове и повисшим вопросом: «Что, черт возьми, только что произошло?» – но Вульф обнимает меня и прижимает к себе так сильно, что я не могу пошевелиться, даже если бы захотела. Я обнимаю его за шею, и мы стараемся выровнять дыхание после наших разрядок. Некоторое время мы совершенно неподвижны, а затем Вульф слегка отстраняется, но его член все еще находится внутри меня. Мне кажется, этот мужчина проник в каждую частичку моего тела и души. Возможно, поэтому я слегка отодвигаюсь, чтобы увидеть его зеленые глаза, и говорю то, что у меня на уме:

– Ты решил убрать Аполлона с дороги? Отдать его твоему отцу, чтобы он… – Я сглатываю, представляя себе худшее.

Вдруг Вульф и его отец действительно организовали то, что произошло, чтобы мы с Аполлоном не… Конечно, это очень эгоистичная мысль, но единственная, которая приходит мне в голову.

– Джейсу на меня насрать, а вот ты знаешь своего отца и Адских гончих. Знаешь, что бы он сделал… – Я во второй раз собираюсь задать один и тот же вопрос, но не думаю, что Вульф понимает, как сильно мне нужно услышать от него ответ. – Ты отправил Аполлона к Адским гончим, зная, что он станет мишенью?

Если передо мной стоял виновный человек, выражение его лица, как сейчас у Вульфа, не смягчилось бы.

– Конечно нет, Кора. – Он убирает волосы с моего лица. – Если бы я хотел убрать Аполлона с дороги, то, по крайней мере, я бы отправил его к своему отцу без тебя.

Тогда есть еще кое-что.

– Вы не предоставили мне выбора. – Мой голос срывается. – Малик и Аполлон просто вошли в ресторан и потребовали, чтобы я шла с ними. Почему они не спросили, хочу ли я идти?

– Детка, ни у кого из нас сейчас нет выбора. – Он снова захватывает мои губы, но на этот раз целует меня намного нежнее.

Поцелуй наполняет восхитительно разливающимся по телу жаром, и несмотря на то, что я зла, испугана и измучена, на удивление чувствую комфорт и спокойствие.

Вульф разрывает поцелуй слишком рано.

– Мы все попали в прилив, из которого не можем выплыть, и мы просто надеемся, что волна не разобьет нас о скалы.

Вульф отступает назад, вынимая из меня свой член, и на мгновение я позволяю этому внезапному чувству пустоты наполнить меня. Я жду, когда мужчина выйдет за дверь, но вместо этого он включает душ, закрывает стеклянную дверцу и прислоняется к стене, ожидая, пока вода нагреется и пойдет пар.

Пока мы ждем горячую воду, Вульф наблюдает за мной, и я не знаю, хочу ли я избежать его взгляда, потому что мне кажется, он видит меня насквозь. Он всегда мог это делать. Проникать взглядом