Мстислав Храбрый - Александр Дмитриевич Майборода

– Но ты же не отсылаешь других жен так далеко? – задал вопрос Добрыня.

– У Рогнеды родовое владение – Полоцк. Олаву отправляю в ее родные места – на север…

– Но Юлию со Святополком ты оставляешь рядом с собой…

– Святополка нельзя отпускать далеко. Он претендует на старшинство среди моих сыновей. Друзей надо держать близко, а врагов еще ближе! – сказал Владимир и рассмеялся. – Чтобы можно было удавить в объятиях!

– А почему тогда Аделину в Тмутаракань?

– А куда же мне ее отсылать, если у нее нет корней на Руси? – задал вопрос Владимир.

Добрыня вздохнул:

– У Звенко есть свои сыновья. Там точно будет ссора с Мстиславом.

Владимир пожал плечами:

– Сейчас не время решать эти вопросы. Как-нибудь обойдется. Потом решим. Сейчас меня больше интересует, кого послать охраной к Аделине и Мстиславу. Тут нужен человек ловкий.

Добрыня покосил глазом на Власия, ожидавшего около входа в палату:

– Да пусть Власий и едет! Дадим ему два десятка воев. Довезет до Тмутаракани и вернется назад. Заодно пусть дань с Тмутаракани привезет.

– Дань Звенко сам доставит. Не ради денег с него берется дань, а ради того, чтобы помнил, кто старший, – строго проговорил Владимир. – А Власий тогда уж пусть остается при Аделине.

Добрыня повернул голову в сторону выхода.

Власий вытянулся в струнку в ожидании приказа.

– Власий! Все слышал? – спросил Добрыня.

– Слышал! – отозвался Власий и с робостью поинтересовался: – Князь, ты меня увольняешь из своей дружины?

Добрыня уловил взгляд Владимира.

– Он остается в моей дружине, – сказал Владимир. – Будет сообщать мне обо всем, что будет происходить в Тмутаракани.

– Слышал? – спросил Добрыня Власия.

– Слышал, – невесело сказал Власий. Он понимал, что княжеское поручение задержит его в Тмутаракани на многие годы. Надолго отрываться от княжеского двора было крахом карьеры.

– Готовься в путь, – сказал Добрыня.

– И завтра зайди ко мне. Я дам тебе письмо для Звенко. Его надо успокоить. И скажу, что еще на словах передать, – сказал Владимир.

Глава 45

Слуги целый день переносили вещи на корабли. Вещей было много – все же собирались в Тмутаракань надолго, а может, и на всю жизнь.

Переезды для княжеских жен были обычным явлением – они постоянно путешествовали между Киевом, городками и селами, которые им определил Владимир.

Но на этот раз Аделине предстояло нечто необычное. Подобное она пережила, когда ее отдали замуж за Владимира и ей пришлось оставить милую Либице и ехать в Киев.

Впрочем, она тогда было совсем девчонкой. Ее волновала предстоящая встреча с мужем. О ней постоянно кто-то заботился, а потому путешествие запомнилось как обычная прогулка, приятная, но несколько затянувшаяся.

На этот раз все было по-другому. Теперь она сама должна была заботиться о себе и сыне.

Был Часлав.

Но, как уже отмечалось, Аделина, после того как он не смог собрать дружину, сильно разочаровалась в нем. Он казался ей вялым и нерешительным.

Да и сама Аделина находилась в странной прострации. Ее что-то спрашивали – она что-то отвечала. Но через минуту она уже не помнила, что ее спрашивали и что она отвечала.

Вскоре всеми делами стала заправлять Милица. Она была активна, в курсе всего и решительна. На всякий вопрос у нее имелся ответ.

И Аделина была только рада этому.

Глава 46

Больше всего предстоящему путешествию радовался Мстислав. Он целый день носился то из города до пристани, то назад. Совал нос во все, куда только мог.

Часлав замучился следить за ним.

Юный княжич мог и за борт свалиться, и попасть под тяжелый тюк. Да мало ли каких неприятностей мог найти на свою голову по малости лет вьюнош – не всякий взрослый додумается то их проказ.

Но вот и приблизился назначенный для отхода день.

Перед выходом Чаславу предстояло сходить на пристань и проверить готовность к походу.

День был солнечный и душный. Пообедав холодной окрошкой, Часлав прилег в своей комнате вздремнуть.

Из открытого окна веяло прохладным сквозняком.

Мстислав, не отходивший от дядьки ни на шаг, пристроился на лавку под окном.

Часлав поморщился.

– Мстислав, однако продует тебя. Ляг на кровать ко мне за спину.

– Мне тут хорошо, – отозвался Мстислав. – А у тебя за спиной душно.

– Глупый ты, однако! – сонно проговорил Часлав. – А как заболеешь – что делать будем? Как пойдешь в поход? Отец тебя не отпустит.

Младших братьев Мстислава отец оставил при себе. Перед глазами Мстислава стояли испуганные лица мальчишек.

Станислав и Судислав только подошли к возрасту, когда их должны были отнять у мамок и отдать под надзор воспитателей.

Они были так еще малы, что не понимали, что происходит. Они просто чувствовали, что им предстоят тяжкие, неласковые времена.

Зато Мстислав уже все понимал. Хотя его и отдали Чаславу в воспитанники, но Часлав был свой, родной, а потому там, где другой проявлял бы равнодушие и даже жестокость, он давал племяннику поблажку.

Да и в случае чего Мстислав мог прибежать к матери за пирожком, за добрым словом.

Он не был оторван от самых близких ему людей, от семьи; мог рассчитывать на ее защиту и поддержку.

Мстислав почувствовал страх. Он встал с лавки и послушно полез на кровать к Чаславу.

Некоторое время он дышал в широкую спину дядьки. Она пахла сладкой медуницей.

Мстислав