Я украла личность своей госпожи и стала женой принца - Лера Андерсон

— Зельда? — Мой голос звучит вымученно, сдавленно.

— Да, это я. Всё хорошо, всё позади. — Мягкая улыбка на её лице внушает спокойствие.

В тишине комнаты слышно лишь как изредка потрескивает пламя свечи. Зельда взбивает мою подушку. В этот момент голову заполняют воспоминания давно минувших дней.

Мне было четырнадцать. Я заболела скарлатиной. Жар, зуд, ужасная боль в горле. Я в полубреду наблюдала, как сам Великий Герцог отдавал распоряжения о моём здоровье лекарю. Беспокоился обо мне, простой служанке.

«Элли, тебе туда нельзя. Ты можешь заразиться»

«Папа, но Трис так плохо»

До меня доносились обрывки их разговоров с принцессой. Я не уверена, что эти воспоминания настоящие: в те ужасные дни мне многое могло померещиться, а реальность — смешаться со сном.

«Я попрошу Каса помочь ей. Он хотя бы собьёт жар»

— Ваше Высочество, мне остаться с Вами?

— Нет, тебе тоже нужно поспать. Иди в свои покои. Завтра я не спущусь к завтраку, сообщи, что мне нездоровится. И да… Спасибо.

Я благодарю её лёгким кивком.

Дверь закрывается за Зельдой, и комната проваливается в тишину. Спустя пару минут эту тишину нарушают мои всхлипы. Болезненные, полные одинокого отчаяния. Меня переполняет то, чем я не могу ни с кем поделиться, разъедая Эфир изнутри.

Собственные руки утешительно приобнимают плечи. Жалкий жест самоутешения. Я давлюсь очередным всхлипом и беззащитно смотрю в потолок, не в силах совладать с этой болью.

Глава 37

Следующие несколько дней я не выходила из покоев. И попросила Зельду никого ко мне не впускать. Хоть что-то хорошее есть в моём нынешнем статусе: я могу себе это позволить.

Большую часть времени я даже не вставала с кровати. Война с внутренними демонами затянулась, и казалось, что я вот-вот проиграю им, но с трудом находились силы сражаться дальше. На пятый день я решила, что так не может продолжаться. Мы с Касом еще не исполнили наш долг.

— Госпожа, лорд Тинрейт желает навестить вас. — Зельда входит с тихим стуком. Ее светлая аура вырывает меня из омута мрачных размышлений и болезненных воспоминаний.

— Скажи ему, что я сама приду в сад завтра. И мы сыграем в игру.

Мой голос звучит иначе. Тверже, холоднее. Чтобы выбраться из внутренних конфликтов, мне раз за разом приходилось отдавать часть себя. Зельда, судя по ауре, замечает перемены в моем поведении, но не подает виду.

— Помоги мне надеть платье, будь добра. Я хочу прогуляться.

— Конечно, Ваше Высочество. — Лицо служанки озаряется мягкой улыбкой.

Когда я выхожу из своих покоев, уже вечереет. Даже летом в стенах замка весьма прохладно. Сквозняк гуляет над каменным полом, заставляя меня прятать руки в длинные рукава платья. В это время народу должно быть немного. Оно и к лучшему, ведь я не хочу ни с кем пересекаться.

Зельда помогла мне привести себя в порядок, но я все еще выгляжу паршиво. Потому я стараюсь идти обходным путем, через старое крыло замка. Здесь почти не бывает придворных. Они предпочитают мраморные полы.

Вдоль каменных коридоров стройными рядами расположились витражные стекла. Последние лучи закатного солнца проходят через них, разливаясь по полу и стенам разноцветными узорами.

Я ненадолго задерживаюсь под одним таким стеклом. Свет закатного солнца, окрашенный в красные, пурпурные и золотистые цвета, укутывает меня, словно лоскутное одеяло. Он почти осязаемый. Кажется, будто этот клочок света — единственный островок тепла в замке, холодном даже в летнюю пору.

Голоса, доносящиеся из соседнего коридора, заставляют меня встрепенуться. Не желая никого видеть, я прячусь за угол каменного проёма. С каждой секундой речь становится всё более отчётливой.

— Это девчонка… Она же совершенно посторонняя, Ваше Святейшество! Как можно доверять кому-то из этого… Велмара. — Последнее слово звучит как плевок. Женский голос до боли знаком мне. Липкий, чрезмерно сладкий, но с сочащимся изнутри ядом.

Прикрыв глаза, я сосредотачиваюсь на двух плавно движущихся по коридору фигурах. Первая — леди Ранхейм. Но и вторую фигуру я тоже узнаю. Холодная, тёмная аура, преисполненная вековой стойкости местных исполинских гор со снежными вершинами, пронзающими небеса. Она принадлежит первосвященнику Церкви Стальной Девы.

Они говорят обо мне.

— Вы правы, Ирена, к потомкам старой Велмарии доверия нет. Они столь же безрассудны в своём желании приручить магию, сколь алчным и жестоким был первый монарх рода Лэстлайтов, Роданг, желавший прибрать к своим рукам все земли Тэнрейна.

— Значит, нужно избавиться от девчонки. Мои попытки… они ни к чему не привели.

Я прижимаюсь к стене, затаив дыхание.

Что она подразумевает под… попытками?

— Невыносимо видеть то, как она занимает место моей Дораны. Она ведь с детства была для Его Высочества подругой! Когда в начале прошлой зимы я узнала, что Её Величество решила женить кронпринца на чужестранке, меня чуть удар не хватил… — в голосе леди Ранхейм появились нотки наигранного беспокойства, — от страха за судьбу Аркании, конечно! Неужели ничего нельзя сделать, Ваше Святейшество? У вас ведь достаточно влияния. Обвинить её в чём-нибудь… В неверии, в измене, в чём угодно!

Пауза. Я стараюсь не шевелиться, не издавать ни малейшего звука.

Она могла… У неё есть мотив!

— Успокойтесь, Ирена. — Твёрдый голос первосвященника тут же заставляет ауру женщины содрогнуться. — Принцесса… безупречна. Слишком безупречна. Она посещает все воскресные мессы, сдержана в словах, жертвует на поддержание сохранности стены. Недавно даже посещала принца в казармах, демонстрируя свою лояльность перед солдатами. Её сложно хоть в чём-то упрекнуть. Церковь не может и не будет действовать против тех, кто не даёт повода. К тому же, её покойная мать — северянка, она научила принцессу почитать Стальную Деву.

Кажется, они проходят совсем близко. Голоса становятся громче.

Я уже так сильно вжимаюсь в стену, что кажется, будто скоро стану её частью.

— Но это же всё притворство! — Возражает леди Ранхейм. — В овечьей шкуре затаился самый настоящий враг! Вы бы слышали, как она оскорбила меня перед королевой недавно. Она явно просто хорошо скрывает свою омерзительную натуру!

— Всё тайное однажды становится явным, Ирена. Ждите. Если всё это лишь притворство, то рано или поздно она ошибётся. И это будет ваш шанс. А до тех пор соблюдайте нейтралитет. Принцесса как тень — бесшумна и неосязаема.

Они движутся дальше. Я осторожно выдыхаю.

— Но эту тень нужно уничтожить до того, как она