Кутерьма вокруг хирурга - Татьяна Луганцева

– Он же должен был знать, что Фрида замужем, – тихо сказал Венсан. – По его логике, первым должен был пострадать ее муж Максим?

– Первоначально у Семена Ивановича была другая логика. Он хотел, чтобы его любимая была полностью счастлива, даже если и не с ним. Он уничтожил Фридиного мужа, если бы тот ее бил и обижал. Семен хотел решить все мирным путем, он желал, чтобы она сама поняла, что живет не с тем человеком, и ее судьба – это он.

– Он же убил двух девушек! – заметила Фрида, высморкавшись. – Наверное, представлял, что убивает меня!

– Опять мимо! Он убивал их из-за того, что они посмели быть похожими на его музу. Они были жалкими подделками его богини, – пояснил майор.

– Какой ужас! А я жила и ничего не замечала…

– Так бывает, он умел раствориться в толпе и смотреть на вас восторженными глазами из зрительного зала. Постепенно Семен Иванович стал замечать, что ему мало просто наблюдать за вами. Он остро захотел общаться с вами. Семен начал думать, как сблизиться с вами, чтобы доказать, что он и есть тот человек, который нужен его музе. Ему пришла в голову идея использовать свои же преступления во благо знакомства с вами, и он сделал то, что сделал, постепенно озлобляясь.

– Почему? – спросила Фрида, заинтересованная рассказом следователя.

– Потому что так часто бывает: фантазируешь себе одно, а при общении с человеком оказывается, что он совсем не такой, каким ты его придумал. Вы не упали в обморок при его появлении и не попросила любви, причем не только не бросили своего мужа, но еще и завели себе любовника. Семен начал нервничать, что все идет не по его сценарию, затем злиться, поэтому он и решил напасть на вас.

– Чего он хотел?

– Привезти вас к себе в квартиру, больше похожую на алтарь, посвященный вам, и выложить все начистоту. Вы или бы приняли его условия, или поплатились бы жизнью, – посмотрел он на Фриду поверх очков и добавил: – Так что мы с Венсаном Витальевичем успели вовремя.

– Я понимаю и хочу поблагодарить вас лично.

– Это моя работа, а ваш Венсан – молодец! – подмигнул следователь, чем немало смутил их.

– А моего преследователя Семен Иванович убил?

– Только из-за того, что он посмел прикоснуться к вам без его разрешения, – ответил Денис Игоревич.

– А почему убили Мишку, мы так и не знаем, – задумчиво произнес Венсан.

– Да, жалко, что вы, Денис Игоревич, так и не смогли допросить моего похитителя. Наверное, вам бы удалось за что-нибудь зацепиться.

– А вам это дело покоя не дает? – прищурил глаза следователь.

– А как же! На почве этого мы и познакомились, пережили многие испытания и не знаем, что послужило их причиной, – пожаловалась Фрида.

– К сожалению, следствие ничем не располагает на этот счет, – медленно ответил Денис Игоревич, просматривая какие-то записи, – все против нас.

– Ну, вы такой умный и проницательный! – продолжала Фрида петь дифирамбы. – Скажите хотя бы, о чем вы думаете?

– О чем я могу думать? Если его убили по каким-то личным мотивам, то дело глухо, так как к жене и родственникам не подкопаешься, там на первый взгляд все чисто, да и на второй тоже…

– А пропавшие документы, переделанное завещание? – предположила Фрида.

– Опа, как завернули! Венсан, думаю, что вам не удержать эту женщину в узде, так как эта задача невыполнима изначально. Если она соглашается на задания маньяков, то уж…

– Вы мне теперь все время будете об этом напоминать? Я хочу забыть о Семене Ивановиче, как о страшном сне в моей жизни.

– Хорошо, молчу. Вы спросили, что я думаю, отвечаю. Думаю, что причина гибели хирурга кроется в его профессиональной деятельности.

– С этого момента и мне стало интересно, – включился Венсан, – он же работал у меня.

– Кем?

– Вы же знаете, он был пластический хирург.

– Вот именно.

– Думаете, он кому-то неудачно сделал пластику? – предположил Венсан.

– Думаю, что, наоборот, удачно, и его убрали, как убирают свидетелей.

– Он изменил кому-то внешность? – догадался Венсан.

– Думаю, что да, – сказал Денис Игоревич, поднимая указательный палец, – хотя это всего лишь предположение.

– Имеете в виду, что для расследования нет прямых доказательств?

– Точно. Да и кого мы будем проверять? Ваш хирург прооперировал не один десяток пациентов, а криминальную операцию он мог совершить и нелегально. Вот так, друзья, это все, что я могу вам сказать.

– Мы можем идти? – спросил Венсан, задумавшись.

– Да, я подпишу пропуска. А вам, дамочка, хочу сказать, чтобы вы больше ни во что не ввязывались.

– Постараюсь, – задумалась Фрида. – Скажите, а у покойного хирурга были какие-нибудь сбережения, которые можно было завещать?

– Нет, все деньги он вкладывал в строительство загородного дома. Зарплата у него была большая, но не баснословная. А вот за неделю до его смерти на его счет поступила кругленькая сумма. Ее происхождение его жена объяснить не может.

Фрида с Венсаном переглянулись.

– Ему заплатили за операцию? – спросил Венсан.

– На этом все, – развел руками следователь, и как бы в подтверждение окончания разговора на его рабочем столе зазвонил телефон.

– Не будем больше отрывать его от работы, – сказал Венсан и, подталкивая Фриду в спину, вышел из кабинета следователя.

– Что ты обо всем этом думаешь? – сразу же спросила она.

– То же, что и следователь, чтобы ты поменьше об этом думала.

– Нет, а все же?

– Я считаю, что Михаил не мог сделать серьезную пластическую операцию с изменением внешности, как предполагается, в кустарных условиях. Такое невозможно, это я, как хирург-пластик, заявляю. Еще перевязать огнестрельную рану где-то в подвале можно, не сообщая в полицию, но сделать пластическую операцию без множества специальных инструментов, без лазерного ножа, без шовного материала, который строго подотчетен, – невозможно. Из этого следует вывод, что если он что и сделал, то только у меня в клинике.

– Венсан, ему перевели большую сумму денег, наверное, за операцию после ее успешного выполнения. Значит, он провел ее не так давно. Ты не можешь узнать, поднять архив, какие последние операции провел Михаил?

– Это я посмотрю, – задумался он.

– Давай поедем к тебе в больницу и посмотрим, – стрельнула темными глазами в сторону Венсана Фрида.

– Ты все никак не можешь угомониться? – покосился на нее Венсан.

– Неужели ты не хочешь докопаться до истины? Следователь недвусмысленно дал понять, что он ничего не может, – ухватилась за него Фрида, шмыгая носом и вытирая слезы.

Со стороны можно было подумать, что она слезно упрашивает мужчину не уходить от нее.

– Поехали! – наконец-то согласился Венсан, твердо уверенный, что каждым делом должны заниматься профессионалы, но, похоже, что именно они в этом криминальном деле его кинули.

Войдя в свой кабинет, Венсан сразу же открыл окно, так как в комнате было очень душно. Секретарша Ольга с испугом поглядывала на помятого шефа и его плачущую спутницу.

– Шеф, очень много звонков, все спрашивают, когда вы приступите к работе?

– Скоро, – буркнул он, – вот только переловим всех маньяков и преступников.

– Собралась большая очередь из пациентов, желающих оперироваться у вас. Я не знаю, на какие числа назначать, сообщите, когда вы будете, – попросила Оля, нервно крутя ручку в длинных, тонких пальцах.

– Скоро я дам даты приема, – снова пообещал он и попросил: – Принеси, пожалуйста, операционный журнал Михаила Пашутина.

Круглые глаза Ольги стали еще круглее, и она выскользнула из кабинета со скоростью света. Фрида стояла у стены почета Венсана Витальевича Журавлева и изучала сертификаты, полученные не только в России, но и за рубежом. Они в простых деревянных рамочках висели на стене в его кабинете.

– Сколько же ты знаешь! – присвистнула она. – Неудивительно, что на личную жизнь у тебя времени не остается. Я этим не могу похвастать, зато институт окончила с красным дипломом.

– Вот журнал, – ворвалась Ольга, – полицейские его уже изучали.

– Можешь быть свободна, – ответил Венсан и склонился над журналом.

Фрида сопела у него над ухом.

– Ну, что там? Что написано? Одни медицинские термины, я ничего не понимаю.

– Краткое описание хода операции, применяемый наркоз, состояние пациента после наркоза и диагноз, – пояснил Венсан и замолчал, сосредоточенно разглядывая журнал.

– Что? Ты что-то увидел? Ну, скажи хоть что-нибудь, – тормошила она его за рукав.

– Знаешь, перед смертью он провел три операции, пациентов этих потом наблюдал я, – ответил Венсан. – До этого были операции, на которых Михаил был только моим ассистентом, а еще раньше он вообще был в отпуске. Именно в последнее время его что-то тревожило, чем-то он хотел поделиться со мной, но я тогда запутался в своих личных проблемах…

– Это я уже знаю! Значит, что-то случилось после этих трех операций, что это за люди?