Небо внизу - Юлия Стешенко

пристроил кухонную табуретку, разместив на ней какую-то книгу в пестрой обложке, бокал белого вина, тарелку с консервированными персиками и горсть конфет. На толстом чугунном бортике стояла молочно-белая банка с невыясненным содержимым.

– А это что? – преодолела наконец ступор Тео.

– Лавандовая соль. У нас, оказывается, в подвале три таких посудины пылится. Наверное, ее продавать можно – но я подумал, что и вам для ванны сгодится. И… ну… то есть… – скользнув взглядом в сторону, Том осмотрел сначала стену со свечами, потом потолок и вслед за ним – пол. – Я… ну… подумал… что вам, может, понравится. А то вы не отдыхаете совсем. Вот.

– Мне очень нравится, – улыбнулась ему Тео. Неожиданно идея с ванной действительно показалась ей отличной. – Это ты хорошо придумал.

– Да? Здорово, – счастливо выдохнул Том. – Я боялся, что вы ругаться будете из-за свечей, или из-за жары в доме, или… ну… или еще что-нибудь.

– Нет, ты все замечательно организовал, – Тео потянулась к пуговице на воротничке. – Ты так и будешь здесь стоять? Поможешь мне раздеться – вместо горничной?

– Ох… Простите, – шарахнувшись назад, Том врезался спиной в косяк, запнулся о порог и с грохотом вывалился в дверь. Но тут же заглянул снова. – Или вам правда помочь надо? Я могу, если что. Я сестрам раздеваться помогал. Если вам нужно, я глаза закрою – и на ощупь.

– Спасибо, я справлюсь, – Тео все еще сохраняла серьезность, но с каждой секундой это становилось все тяжелее. – Не нужно таких безумных жертв. Ты с открытыми-то глазами чуть не убился. Боюсь представить, что будет, если ты зажмуришься.

– Я вообще-то очень ловкий, – провозгласил, закрывая дверь, Том. – Просто я растерялся.

– И стена подкралась незаметно.

– Она затаилась. И нанесла удар в спину, – за дверью зашуршало. Судя по звуку, Том сел прямо на пол. – Я тут подожду на всякий случай. Может, водички вам подогреть понадобится или принести что-нибудь.

Первой реакцией Тео было прекратить этот бессмысленный акт самопожертвования. А второй… вторым стало желание позвать Тома в ванную. Раз уж он вызвался помогать – пусть сам расстегивает бесконечные крохотные пуговки. Эта дрянь, покрывшись конденсатом от повисшего в воздухе пара, выскальзывала из пальцев, как намыленная.

С трудом избавившись от платья, Тео стянула нижнюю рубаху, кретинские панталоны и шагнула в ванну. Вода подхватила ее жаркими ладонями, обняла, окутывая облаком пара. Только сейчас Тео поняла, как было напряжено ее тело. В горячей воде мышцы расслабились, умолкла слабая, но неотвязная боль в виске, и Тео, вздохнув, откинула голову на широкий бортик. Подумав, она все-таки отвинтила банку, сыпанула в ванну горсть ароматической соли и лениво поболтала ногой. По комнате поплыл горько-сладкий запах лаванды.

– Все хорошо? – спросил из-за двери Том.

– Все замечательно, – пригубив прохладное вино, Тео развернула конфету. Шоколад уже начал таять, а в горячей ладони потек медленными ленивыми ручейками, и Тео с наслаждением слизнула его с пальцев.

«Истории для веселья» – гласила ярко-красная надпись на обложке книги. «Если вам нужны поучения и серьезные мысли – поищите их в другом месте!». Хмыкнув, Тео еще отпила вина и закрыла глаза. Ставшее невозможно легким тело парило в соленой воде, растворяясь в ней, как сахар в чае, и единственное, чего не хватало для полного счастья, – так это шипучих бомбочек.

Интересно, здесь кто-нибудь делает шипучие бомбочки?

Вдруг Теодора станет первой – и озолотится на оригинальном стартапе?

– Может, мне бросить всю эту ерунду с магией? – говорить в пустой комнате было странно, но легко. Легче, чем сказать те же слова собеседнику, который стоит напротив – и думает, что Тео не справилась.

– Почему? – зашуршал в коридоре Том. Тео представила, как он разворачивается, подбирая расслабленно вытянутые ноги, смотрит в стену и сосредоточенно хмурится. Том, перед которым поставили задачу. Том, который собирается ее решать со всем возможным усердием.

– Потому что. В первом серьезном деле мне просто повезло. Если бы ты не нашел лаз енотов, я бы… – слово «облажалась» явно не подходило благовоспитанной леди, поэтому Теодора замялась, судорожно подыскивая замену. – Я бы сплоховала. Второе серьезное дело я тоже провалила. Неделю ковыряюсь с какой-то несчастной порчей – и никаких результатов. Единственное, в чем я добилась некоторого успеха – это в торговле всяким хламом. Пилюли для овец, настои для кур, амулеты от гусениц. На большее я, видимо, не способна.

– Глупости, – неожиданно уверенным голосом отозвался из-за двери невидимый Том, и Тео опешила от внезапного напора. – От первого до последнего слова – глупости и неправда. Енотов никто бы из магов не нашел – просто потому, что искать бы не стали. Так что тут любой бы дал маху. А потом вы грамотно все сделали, хотя раньше болели долго, ну и вообще – только что из дома, из-под бабушкиного крыла. Но ведь справились же! Не растерялись! И насчет пилюль для овец – это вы зря. Легко говорить, что амулеты для гусениц – хлам. А если ваши доходы только от продажи фруктов зависят? Пожрет белянка яблоки – и все: ни джема, ни пастилы, ни сидра. Где тогда деньги брать?

– Я имела в виду, что эти… препараты, – нашла более тактичное определение Тео, – очень просты в изготовлении.

– И что теперь? Для вас простые – а фермерам без них не жить, – Том шумно вздохнул. – Важные вещи не обязательно сложные. Воздух, к примеру, ну очень простой. А вы попробуйте не дышать.

Внезапная горячность контрактного, наверное, вызвала бы искреннее возмущение достопочтенного господина Соннеры. Вряд ли такой тон разговора был уместным в беседе слуги с хозяином. Но господин Соннера был полным идиотом.

Тео медленно улыбнулась в потрескавшийся, давно не беленый потолок.

– Очень мило с твоей стороны так меня защищать от меня же самой. Но знаешь ли, дорогой Том… Есть такая штука, как тенденция. Это устойчиво заданное направление развития каких-либо событий…

– Я знаю, что такое тенденция, – перебил Том. – И никакой тенденции тут нет. С енотами никто бы не справился, это я вам точно говорю. А с порчей этой… с порчей… Может, это и не порча вовсе, а что-то другое!

– Другое? – Тео села в ванной.

– Ну да. С чего вы вообще решили, что это порча? Потому что Соннера сказал? Так у него мозгов нет, один только гонор. Вбил себе в голову, что все соседи от зависти спать не могут – вот и выдумывает невесть что. Может, этот тупоголовый так своих работников достал, что они ему в каждую бутылку ссут? Простите, госпожа. Ну или… не знаю… ритуал какой-нибудь провел неправильно,