Небо внизу - Юлия Стешенко

Тео сделала первый глоток. Это было очень странное ощущение – пить цветы. Вкус у напитка оказался довольно заурядным – обычный кисло-сладкий лимонад, но мягкий, обволакивающий аромат придавал ему волшебное очарование.

Почему-то вспомнился мультфильм, в котором крохотные феи пили нектар из чашечек-колокольчиков.

– Ну, как тебе? – обернулась к Тому Теодора.

– Вкусно, – тот покачал ополовиненной бутылкой. – Только с лепестками пить неудобно. Процедить не могли, что ли?

– Без лепестков не то совсем, – Тео сделала еще пару глотков и брезгливо поморщилась. Плавающая в напитке фиалка скользнула в рот – и сразу же из удивительного украшения превратилась в склизкую пакость. Но здравый смысл подсказывал Теодоре, что благородные дамы не плюются, как извозчики, поэтому она мужественно проглотила цветок.

Пристально наблюдающей за ней Том вскинул брови в немом «а я говорил».

– Просто к этому напитку нужны трубочки, – назидательно сказала Тео. – Если держать бутылку вертикально, вся декоративная мишура осядет на дно и можно будет спокойно пить. Не понимаю, почему продавец не предложил нам трубочки.

– Какие трубочки? – нахмурился Том.

– Обычные. Для коктейлей.

– Даже не слышал о таких штуковинах.

– Ну трубочки же! – попыталась донести мысль Тео – и осеклась. Пластика в этом мире она не видела. Могли ли делать коктейльные трубочки из других материалов? В теории – конечно. Стекло, пластик, бамбук и прочая эко-ерунда… Но так было в Америке. А как было здесь – Тео не знала.

– Ты что, правда не знаешь, что такое коктейльные трубочки? – Тео вложила в вопрос все насмешливое удивление, на которое была способна. – Серьезно?

– Ну… Нет, – мгновенно утратил уверенную жизнерадостность Том. – Я мало где бывал вообще-то.

– В приличных заведениях их всегда подают к прохладительным напиткам, – тут же смягчила давление Тео. – Тоненькие трубочки из металла или стекла. Опускаешь такую в стакан и втягиваешь через нее жидкость. Очень изящно смотрится – и губы всегда чистые, даже если молочный коктейль пьешь. Нет этих ужасных седых усов, – Тео мазнула пальцем под носом, и Том тут же отозвался на шутку, с облегчением хихикнув.

– Полезная, наверное, вещь. Но мы же в обычную лавочку заходили. Вот если бы в ресторан – там, наверное, трубочка на каждом столике лежат.

В несколько глотков допив свой лимонад, Том отставил бутылку, поднялся и потянулся.

– Ну, вы еще посидите, отдохните, а я дальше работать пойду. Сейчас быстренько вторую стену просмотрю и вам помогу. К закату как раз половину винодельни обшарим. Может, чего и найдем.

Глава 19

Конечно, они не нашли. Ни в этот день, ни в следующий, ни через неделю. Тео осмотрела все: винодельню, погреб, двор, бесчисленные развалюхи-сараи и весь дом, с чердака до подвала. Искали и артефакты, и сигилы, и скрытые энергетические сущности.

Ничего.

Ноль.

Зеро.

Эмоциональный подъем с каждым днем изменял градус, все более уподобляясь спуску, а через неделю превратился в неглубокую, но очень грязную яму.

Тео умела работать. Она знала, что для результата нужно приложить усилия – и не боялась их прикладывать. Но сейчас… сейчас она занималась не своим делом. Тыкалась вслепую, как двоечник, наугад выставляющий галочки в тестах, и получала закономерный неуд.

Это изматывало. Не сами бесплодные усилия – а то, что все усилия заканчивались разочарованием, и впереди не было ни одного лучика надежды. То, что обещало быть очень простым делом, оказалось какой-то необъяснимой хренью, а Тео не хватало знаний, чтобы решить проблему.

Владелице тела, наверное, хватило бы.

Это было чужое тело. Чужая жизнь. И чужой мир. Тео не хотела всего этого. Она хотела обратно. Туда, где проблемы решаются, туда, где она управляет своей жизнью, а не подстраивается, отчаянно лавируя, как лыжник, несущийся по крутому склону среди камней и расщелин.

Тео должна была вернуться домой.

Осознание абсолютной, категорической невозможности возвращения скручивало комком в груди что-то нематериальное, но чудовищно болезненное. Тео чувствовала, как это нечто сжимается в тяжкий угловатый камень, давит на ребра и диафрагму, заставляет желудок спастически сжиматься.

Тео останется здесь навечно. До самой смерти. Она всегда будет играть чью-то роль, всегда будет жить чужую жизнь. И никогда ничего не добьется. Потолком успеха для Тео станет убедительная легенда, максимальным уровнем профессионализма – примитивные заговоры от куриной чахотки.

И она никогда не увидит маму. Да, отношения были дерьмовые, и забирали они больше, чем давали. Но все-таки… Все-таки мама была единственным человеком, который заботился о Тео. И заботился безо всякой для себя корысти. Мама не ждала от маленькой Тео увеличения процента выигранных исков, не просила помочь с карьерой, не подсовывала ненароком рекламу новенькой спортивной бэхи… Ну, то есть, потом, спустя годы, мама именно так и делала – но поначалу-то все было иначе. Давно, очень давно… Но ведь было! Память об этом чудесном, почти невозможном прошлом оставалась стержнем, на который Тео опиралась, когда становилось совсем хреново.

А теперь это прошлое – где-то там, в другом мире, недостижимое, как граница вселенной. Думать об этом было больно. И Тео не думала. Раньше. Тогда, когда все получалось, тогда, когда она решала задачи пусть и не так хорошо, как хотелось бы – но все-таки решала.

Теперь аварийная подушка успеха сдулась. Реальность предстала перед Тео, тоскливая и беспросветная, как зимняя ночь в доме престарелых – а сил на превозмогание просто не было.

Том, безошибочно заметив перемены в настроении, пытался Тео развеселить: рассказывал дурацкие анекдоты, смысла которых она не понимала, литрами варил кофе и таскал наверх, обильно заставляя поднос конфетами и выпечкой. Как будто достаточное количество шоколада может решить любую проблему.

Если бы все было так просто…

Осознав, что она не читает, а просто бессмысленно таращится в текст, Тео, беззвучно выругавшись, захлопнула книгу. Хотелось курить, хотелось выпить, а лучше всего – сначала выпить, потом закурить. Бездумным движением Тео сунула в рот карандаш и чуть не раскусила его, когда в дверь постучали.

– Я бойлер протопил, госпожа Теодора, – сунулся в комнату контрактный. – Идите в ванную, полежите в горячей водичке. Это расслабляет.

– Тебе-то откуда знать, – буркнула Тео.

– Читал, – ухмыльнулся Том. – Идите в ванную, а то от бойлера на первом этаже такая жарища, что не продохнуть.

Устало поведя плечами, Тео поднялась. Идея с горячей ванной была действительно неплохой – хотя, скажем прямо, довольно неожиданной. Под настороженно-предвкушающим взглядом контрактного она прошла по коридору, толкнула дверь – и остановилась, уронив челюсть. В полутемную комнату Том натаскал свечей в блюдцах, расставив их по всем доступным горизонтальным поверхностям. Рядом с ванной он