Длинная цепь - Е. Емельянов

Риг чувствовал, что задыхается. Из всех его планов этот был самый безумный, и он рассыпался прямо у него на глазах, при том, что и вначале-то был полон дыр точно старая тряпка. О чем он вообще думал? На что надеялся? Поглощённый желанием выбраться из города Торлейфа, он ни разу не задумался о цене, полагаясь на защиту наёмников. Наёмников, для которых он теперь не более чем бесполезный груз. И что дальше? Сын Торлейфа будет заправлять на корабле, как продолжение руки своего отца, и нет никаких сомнений, что эта рука однажды задушит его во сне.

Рука Кнута, тяжёлая и крепкая, опустилась на его плечо.

— Это пройдёт, — сказал он. — Видно, как ты волнуешься, и как оно тебя гнетёт, но это пройдёт. В первом походе всегда так.

— И часто ты плавал на Мёртвые Земли? — спросил Риг, с трудом выдавливая слова из окаменевшего горла.

— Думаешь, есть большая разница, где умирать? Или что смерть от старой магии хуже смерти от топора? — Кнут бросил взгляд в сторону уходящего в горизонт моря. — Или любой другой?

— Эйрик плывёт вместе с нами. Он и ещё дюжина ворлингов, пока на нашей стороне лишь мы с тобой да пара иноземцев. Я боюсь смерти от топора ничуть не больше смерти от древней магии, но куда больше меня страшит смерть неизбежная.

Кнут усмехнулся.

— Неизбежна только та смерть, которая уже случилась. Пока ты жив, можно и побарахтаться.

Брат убрал свою руку с его плеча, и Риг с трудом заставил себя выдохнуть. Он ещё не умер. Хватаясь за эту мысль, точно утопающий, и стараясь не замечать разверзнувшихся над ним высоких волн, Риг сосредоточился на ней. На том, что он мог сделать здесь и сейчас, чтобы повысить свои шансы. Попытался обрести контроль.

Первым делом нужно было выяснить, кто именно вошёл в дружину Эйрика. Едва ли желающих плыть в Мёртвые Земли особенно много, особенно с учётом того, что власти ярла было недостаточно, чтобы заставить пойти на такое даже невольников. Каждый, кто пойдёт за Эйриком, должен сделать это добровольно. И они должны явиться на пристань с вещами и припасами.

Основных сподвижников толстяка определить было не трудно: Дэгни Плетунья, Трёшка и Бешеный Нос — с ними они уже встречались, и спина Рига теперь, видимо, будет чесаться каждый раз при воспоминании об этой встрече. Эти трое не забоялись подняться с Эйриком на вершину Дозорных Холмов и убить ради него блаженных, не забоятся и по Мёртвой Земле прогуляться. Всех троих Риг нашёл взглядом прямо рядом с Эйриком, который продолжал что-то доказывать своему недовольному отцу.

Разумеется, что к этим троим примкнули и жадные и униженные на прошедшем судилище обманщики: Йоран Младший и Свейн Принеси. Готовые за деньги клеветать на невиновного, они, очевидно, за пару монет были не против пойти ещё дальше. Сам Йоран свои вещи на корабль, однако, не понёс, свалил всё на Свейна, на что тот, жалкое ничтожество, и слова не возразил.

— Что смотришь, сын мертвеца? — Йоран Младший заметил взгляд Рига, приветствовал его неприличным жестом, схватив себя за пах. — Хочешь получше рассмотреть, так подходи, не стесняйся.

Игнорируй его. Без цепи он, в сущности, пустое место.

К слову о людях без цепи. Элоф Солёный, согласный за плату сторожить невиновного на Позорной Скале, так же польстился на золото Эйрика и явился к берегу с большим мешком за плечами. Ригу было немного грустно видеть старика среди своих врагов, но он быстро прогнал из своего сердца это ненужное чувство.

Чуть позже появился на пристани и другой предатель, Ингварр Пешеход, словно могучий кит прокладывая себе дорогу сквозь толпу. Все пять его дочерей понуро плелись вслед за ним, и крошечная ручка самой младшей девочки утопала в огромной ладони великана. Сам Ингварр Рига и Кнута заметил, после чего сразу же стыдливо отвёл взгляд. Хорошо быть совестливым человеком — можно делать, что захочешь, если потом будешь чувствовать себя виноватым.

Последним же, кто польстился на богатства Торлейфа, был имперец и, по всей видимости, беглый Последний Страж, Робин Предпоследний. Бросая настороженные взгляды в сторону Кэриты, он усердно и методично затачивал арбалетные болты.

Об Ингварре Риг беспокоился больше прочих, прекрасно представляя, какую угрозу в бою может представлять этот великан. Но эти опасения быстро поблекли, когда на берег с мешком за плечами прошёл Вэндаль Златовласый. Лучший поединщик Восточного Берега, если не всего мира, обменялся с Эйриком и ярлом парой слов, после чего кивнул им, точно равным, и кинул суетливым отшельникам свои пожитки и пару мечей. Морские бродяги проворчали в ответ что-то неразборчивое, но решили не искушать судьбу и понесли добро Вэндаля на корабль, пока сам он уже полностью забыл об их существовании, и всё своё внимание уделил попытке раскурить трубку. Оставалось лишь гадать, что пообещал Эйрик презирающему всё на свете ворлингу, что тот согласился рискнуть жизнью в практически безнадёжном походе.

Однако настоящую панику Риг ощутил, когда двое рабов принесли на пристань меч с простой железной рукоятью без малейших украшений, повидавший немало битв старый деревянный щит и короткое копье. Копьё они отдали шауру, сидевшему абсолютно неподвижно на голых камнях, в отдалении от остальных. Меч и щит почтительно передали Ондмару Стародубу, принявшему его из рук невольника с коротким, благодарственным кивком.

— Думаешь, по своей воле идут? — спросил Кнут, и Риг уловил напряжение и в его голосе. — Или по зову чести?

— У шаура нет своей воли, — ответил Риг, спрятав дрожащие руки под плащ. — А у Ондмара нет чести.

Кнут не стал спорить.

— Значит, Торлейф посылает их для защиты сына? Никогда бы не подумал, что ему есть большое дело до Эйрика.

— До Эйрика, может, дела и нет, а вот до своего старшего сына ему интереса не занимать это точно. Просто так уж совпало, что это один и тот же человек.

— И теперь его стерегут два лучших воина из малой дружины Торлейфа, да ещё и Вэндаль Златовласый вместе с ними. Никто уж точно не скажет, что мы с тобой решили убежать от проблем на этом корабле.

Кнут бросил на шаура и Ондмара оценивающий взгляд, рукой огладил собственный затылок, вздохнул и сказал:

— Но могло быть и хуже. По крайне мере эти двое не воины Эйрика, как остальные, их можно