В красном стане. Зеленая Кубань. 1919 (сборник) - Илья Григорьевич Савченко

указывался район разведки. Среди этих разъездов всегда у меня был один свой разъезд, донесения которого не посылались в штаб укрепленного района. Свои разъезды я направлял в места, где можно было действительно натолкнуться на зеленых. В черноморской Кубани зеленых отрядов не было, были только маленькие группы, ютившиеся около реки Кубани и ожидавшие возможности тайком переправиться на зеленый Линейный берег. Иногда они это делали на плотах, которые вязали из камышей, иногда удавалось раздобыть где-нибудь дырявую лодку… Разъезды мои нередко натыкались на такие группы… Были даже перестрелки, о которых приходилось доносить в Екатеринодар, но конечная цель была связаться с этими зелеными группами и рассказать им, куда надо переправляться, чтобы на Линейном берегу не нарваться на красных.

Как-то разъезд доставил мне повстанческую прокламацию, составленную от имени генерала Улагая. Воззвание это начиналось следующими словами (привожу по памяти): «Казаки! Вольные сыны Кубани! Я генерал Улагай, командующий Зеленой армией на Кубани, приказываю вам весь хлеб, находящийся в поле, свозить во дворы и не молотить, чтобы не дать красным хлеба. Потерпите еще немного, скоро мы освободим Кубань от красной нечисти. Знайте, что армия Врангеля вышла на Днепр, бьет красных и идет на соединение с Польской армией. Генерал Шкуро со всей армией на черноморском побережье, генерал Покровский со своими казаками в районе Майкопа и Армавира», – и т. д.

Воззвание это было написано от руки, в нем было много грубых грамматических ошибок. Подпись была сделана якобы рукой Улагая, и даже росчерк имелся… Воззвание было, несомненно, кем-то сфабриковано, причем фабрикант не имел, видимо, никакого представления о том, где генералы Шкуро и Покровский и где сам генерал Улагай, командир несуществующей Зеленой армии. Воззвание это было сработано кем-то на предмет поднятия казачьего духа, и, так как воззвание было найдено возле станицы Ивановской, можно было полагать, что автором его был сотник Стусь. Со Стусем я одно время держал связь, когда он с маленькой группой казаков скрывался в Красном лесу (недалеко от станицы Марьянской), но потом я потерял его из виду.

Бодрить казаков, разумеется, надо было. Не следовало только вводить их в заблуждение о Шкуро, Покровском, Улагае… Когда казаки узнавали, что это ложь, воззвания начинали производить действия, обратные тем, на какие рассчитывали авторы воззваний. Красные газеты сообщали ведь немало сведений о белых генералах, и в этих сведениях рядом с небылицей обнаруживалась и подлинная неприглядная правда.

Я тоже сфабриковал несколько воззваний, но мои воззвания не вводили казаков в заблуждение ложью о Шкуро и Улагае. Я писал, что в лесах Линейной Кубани имеются повстанческие отряды Фостикова, Фартукова, полковника Улагая, полковника Крыжановского… Ряды их растут… Они дерутся за освобождение Кубани от большевиков… Им надо помочь… К ним в отряды нужно идти всем, кто чувствует ответственность за судьбы Кубани. Станицы должны оказывать всяческую помощь повстанцам, снабжать их оружием, одеждой, довольствием, помогать нравственной поддержкой…

Воззвания эти, размноженные екатеринодарским «адресом» на пишущей машинке, распространялись моими разъездами по станицам черноморской Кубани и выпускались от вымышленного учреждения – Комитета восставшей Кубани.

Одно из моих воззваний в секретном пакете было прислано штабом укрепленного района в мой дивизион с приказанием вести тщательную разведку, так как, по имеющимся у укррайона сведениям, Комитет восставшей Кубани находится в районе черноморских станиц…

XXVIII. Полуэскадрон Антифеева

В этом же пакете было и другое приказание: спешно выделить из состава дивизиона полуэскадрон в полном боевом снаряжении и направить его в распоряжение товарища Андреева, в помощь его отряду, ведущему бои в районе станиц Черноморская и Имеретинская.

Мелькнула возможность!

Не говоря ничего Молоткову, я сейчас же приказал поседлать коня и поскакал в штаб укрепленного района просить о посылке на ликвидацию зеленых не полуэскадрон, а весь дивизион.

– Полуэскадрон – это ведь ничто. Надо сразу брать быка за рога. Пошлите мой дивизион, и через две недели я вам донесу, что Линейная Кубань очищена от зеленых банд… Что ж полуэскадрон… Мы их вспугнем, а они ведь птицы перелетные – вспорхнут и в другом месте засядут… Поручите задачу ликвидации повстанцев дивизиону… Двенадцать эскадронов, да вы еще мне пару батарей придайте – за милую душу будет наведен порядок за Кубанью.

– Увы, это невозможно. У нас все части учтены до последнего человека… На ваш дивизион возложена не менее ответственная задача – прикрывать Екатеринодар. Андреев прикрывает с одной стороны, вы – с другой…

Не выгорело…

Возвратившись в дивизион, вместе с Молотковым выбрали полуэскадрон. Выбирал, собственно, я, но делался вид, что мы решаем вопрос сообща. Командиром полуэскадрона был назначен Антифеев – старый донской вахмистр. В дивизион он проник по липовым бумагам. Он был моей правой рукой во многих делах. Антифеев был вызван, и ему объявили о приказе штаба укрепленного района. Выступить эскадрон должен сегодня же вечером.

После этого официального разговора была у меня с Антифеевым и секретная беседа.

– Берите в этот полуэскадрон только своих людей. Два пулемета возьмите с собой. Захватите хороший запас патронов и пулеметных лепт. Лишь бы только все гладко было…

– Это уж будьте покойны… Подкачать тут – Боже избавь… Чисто сделаем…

– Ну, смотрите же… Если выйдет негладко, нас тут засыплете…

– Бог милостив… Попробуем…

К вечеру полуэскадрон был готов и построился перед штабом дивизиона для осмотра. Я остался доволен видом людей… К зеленым должен был перейти отличный полуэскадрон…

Молотков решил сказать напутственное слово:

– Вам, товарищи, выпала честь первым из дивизиона пойти в боевое дело. Зеленая сволочь, составленная из белогвардейских офицеров и отбросов казачества, вновь поднимает голову и мечтает свергнуть народную власть, чтобы вновь закабалить казачество и заставить его работать на тунеядцев генералов, помещиков, богачей и прочих врагов народа. Им мало крови, которая льется вот уже шесть лет. Они хотят в ней утопить весь русский народ. Но Красная армия умеет расправляться с палачами. Красные всадники имеют острые шашки. Товарищи, радуйте дивизион своими боевыми успехами! Бейте зеленую сволочь!..

Товарищи поехали радовать дивизион… Впереди – Антифеев… Рядом с ним – политрук Иванов… Справа – по три… Донцы затянули песню…

Поехал казак на чужбину далеку,

Поехал один на коне вороном…

Что-то Бог даст…

XXIX. В Екатеринодаре

Пользуясь командирским положением, я часто бывал теперь в Екатеринодаре, проводя там день, иногда два.

В городе большевики чувствовались значительно ощутительнее, чем в станицах. В станице большевизм был коркой, под которой пульсировала, вопреки всем декретам, почти прежняя жизнь. Казаки так же сытно ели, как и прежде, несмотря на продовольственный учет всего их хозяйства, так