Русская нефть. Последний передел - Константин Симонов

В то же время «либералы» не получили полный контроль над деятельностью Кабинета в экономической сфере. Видимо, Путин склонен делать ставку на некоторый синтез либеральных идей с кейнсианским курсом «силовиков». Это связано, в частности, с тем, что экономические воззрения президента носят либеральный характер, чего нельзя сказать о его политических взглядах.

Картина нефтегазового комплекса в период 2004–2008 годов изменится. Негативное отношение в обществе к итогам приватизации будет подобно «дамоклову мечу» висеть над головой нефтяников. Крупный бизнес должен принять новые правила игры, продиктованные властью. Гарантии спокойного развития отдельной компании могут быть предоставлены лишь в случае публичного отказа ее руководства от политических амбиций, поддержки «генеральной линии» президента и лояльной налоговой политики. В противном же случае к непокорным компаниям может быть применен весь спектр репрессивного аппарата государства, противостоять которому частный капитал, каким бы крупным он ни был, не сможет.

В отсутствие традиционного «старомосковского» центра влияния в НГК, перспективы его развития будут зависеть от новой «биполярной» административно-политической системы. В этой связи ключевым вопросом оформления позиций государственного регулирования НГК будет вопрос о том, насколько сильно сможет «либеральный» блок «разбавить» концепцию «силового псевдокапитализма». Владимир Путин не допустит чрезмерного усиления «силовиков», следовательно, крайние варианты национализации нефтегазовой отрасли можно отбросить. Реальное распределение позиций в НГК будет зависеть от того, каким образом Владимир Путин решит обеспечить баланс представительства политических группировок. Соответственно, в распоряжении президента есть как минимум два сценария дальнейших действий в области развития НГК.

Он заключается в использовании схемы равного представительства обеих команд как в структуре НГК, так и в системе политической власти России. Процесс осуществления контроля над развитием нефтегазового сектора будет иметь вид компромиссного регулирования. «Силовики» получат непосредственные рычаги управления государственными активами, которые будут объединены в единую структуру. Потенциал этой структуры будет составлять 15–25 % от суммарного уровня нефтедобычи в стране. В то же время выработка концепции развития НГК будет находиться в ведении «либерального» лагеря, благодаря чему он сможет оказывать существенное влияние на позиции «силового блока». Процесс развития частных ВИНК будет корректироваться согласно макроэкономическим устремлениям «либералов», но под пристальным фискальным контролем «силовиков». Иностранные инвесторы будут допущены в структуру российской нефтедобычи для обеспечения международной поддержки новой схемы функционирования российского сырьевого сектора, однако условия их функционирования будут жестко регламентированы со стороны «силовых» ведомств и привязаны к системе национального недропользования.

Смысл этого варианта сохранения баланса в государственной системе страны заключается в использовании метода разделения властных и финансовых потенциалов: «либералы» получают широкое представительство в системе госаппарата при ослаблении функций непосредственного контроля за развитием НГК. «Силовики», напротив, усиливают свои позиции на «местном» уровне при ослаблении своего влияния в системе административного регулирования. Таким образом, реализуется модель мощнейшего участия государственного сектора в системе нефтегазового комплекса, путем образования «суперконцерна», контролирующего от 25 до 50 % суммарной нефтедобычи отрасли. Оставшиеся частные ВИНК вынуждены будут принять условия «вассального» подчинения «силовикам», а степень участия иностранных инвесторов будет минимизирована. В то же время мощные административные ресурсы «либералов» позволят им играть направляющую роль в процессе определения государственной доктрины развития нефтегазовой отрасли, которой будут подчиняться сторонники «силового» лагеря.

Если президенту не удастся удержать баланс между элитами, то «силовики» имеют реальные шансы взять под свой контроль практически весь НГК. «Силовой» сценарий предусматривает максимально возможное усиление государственного сектора в структуре нефтегазового комплекса. Совокупный потенциал нефтедобычи нового государственного «суперконцерна» может составить от 50 до 75 %. «Либеральному лагерю» останутся функции определения лишь общего вектора развития отрасли, который, впрочем, будет существенно корректироваться с учетом интересов подконтрольного «силовикам» «суперконцерна». Крупные частные ВИНК в подавляющем большинстве будут поглощены государственной нефтяной компанией, а роль иностранных инвесторов будет уменьшаться.

Таким образом, базовым сценарием развития НГК можно все же признать создание единой нефтегазовой корпорации, которую условно можно назвать «Госнефтегазом». Этот процесс «силовикам» важно завершить к 2008 году — сроку окончания президентских полномочий Путина.» Поэтому для Игоря Сечина и его «соратников» принципиальным вопросом становится проблема преемственности власти, они понимают, что если президентом станет нелояльный их номенклатурно-политической группировке человек, то вся схема перехвата контроля за нефтегазовым комплексом может рухнуть. Как он и сумели отнять собственность у «ельцинских олигархов», так и новая политическая элита сделает с ними тоже самое. Поэтому главное — реализовать нужный для них проект «Преемник». Это становится ключевым моментом их плана. После этого они вполне смогут не только нарастить свое присутствие в экономике, но и прекратить «сожительство» в аппаратном поле с «петербургскими либералами», гарантией выживания которых сегодня является лишь Владимир Путин. Однако и действующий президент вынужден искать свое место в будущей России — если, конечно, не рассматривать вариант третьего срока. В таком случае нельзя исключать, что Путин может пересесть из президентского кресла в кресло руководителя или председателя совета директоров «Госнефтегаза» — компании, которая будет контролировать практически весь нефтегазовый комплекс России. Президентом же страны станет креатура «силовой» элиты, что позволит «силовикам» завершить свой великий «нефтегазовый проект». В итоге отрасль замкнет цикл своего развития, пройдя путь от приватизации к национализации основных активов.