Книга 1. «Мы наш, мы новый мир построим…», 1917–1938 - Андрей Константинович Сорокин

только в результате такой организационной политики… она в состоянии в любой момент перестроить свои ряды и сосредоточить сотни тысяч своих членов на любой большой работе…»[395] Именно мобилизации сотен тысяч людей станут главным инструментом трансформации советского общества по-сталински в 1930–1940-е гг., а задача «отделить овец от козлищ, отмежеваться от чужаков» станет едва ли не главным принципом кадровой политики[396]. А вот юбилейная речь Сталина, произнесенная им вечером 23 апреля на собрании в МК РКП(б), явно диссонировала с общим хором славословий. Он стал единственным, кто решил «отметить одну черту, о которой никто еще не говорил, это скромность товарища Ленина и его мужество признать свои ошибки»[397]. Этим заявлением Сталин подвергнет сомнению непогрешимость вождя, заявит свои права на место с ним в одном ряду деятелей, совершавших революцию. Вполне вероятно, что такого рода эпизоды подталкивали Ленина к переосмыслению связавших их отношений.

Изменение стиля общения вряд ли было случайным. Вероятно, Сталин претендовал на более важное место, чем то, которое ему было отведено изначально, что могло вызывать раздражение со стороны Ленина. Нам известны несколько документов Сталина, которым Ленин не дал ход.

В ноябре 1921 г. Сталин подготовит предложения по реорганизации работы Политбюро и направит их со своей сопроводительной запиской Ленину, в которой скажет: «Тов. Ленин! Раньше, чем поставить этот вопрос в П.Б., я решил обратиться к вам с вопросом: каково ваше мнение на этот счет?» В этой записке Сталин критически оценит работу Политбюро в отношении вопросов хозяйственного характера. Подготовка таких вопросов, по его мнению, «протекает у нас в условиях более чем ненормальных». Многочисленные комиссии действуют вразброд, при этом не всегда прямо связаны с Политбюро. Члены ЦК Политбюро не имеют в своем составе специалистов по хозяйственным вопросам, а члены Политбюро при этом еще и перегружены «текущей и крайне разнообразной работой». Сталин предложит ни много ни мало — изменить «состав ЦК вообще, Политбюро в частности в пользу знатоков хозяйственного дела». Сделать это он предложит на XI съезде партии. До этой реорганизации Сталин сочтет возможным провести некоторые меры, «могущие более или менее упорядочить дело подготовки хозяйственных и финансовых вопросов». Все существующие хозяйственные комиссии, по мнению Сталина, следовало свести «к 4-м комиссиям (финансово-денежная, промышленная, торговая с потребкооперацией, сельскохозяйственная с соответствующими видами кооперации)». Следующим предложением Сталина станет «расписать четырех членов Политбюро по этим комиссиям», а также «разгрузить их от всякой прочей работы»[398].

Он предложит определить эти комиссии «по партийной линии при Политбюро, а по Советской при СТО», не смущаясь двойным подчинением этих комиссий и не определяя главенствующую роль названных органов власти. Замысел Сталина проясняет его предложение, касающееся «пятого члена Политбюро, тов. Ленина». Его предлагалось «не связывать обязательством участия в работах комиссии, предоставив ему возможность увязать в работу всех четырех комиссий через четырех членов Политбюро или в ином порядке». Пятый член Политбюро в этой конструкции превращался, таким образом, в верховного арбитра принимаемых решений. Причем закрепление этой конструкции формальным решением выводило на второй план вопрос о личности человека, занимавшего этот пост.

Понятно, что мысль Сталина билась вокруг вопросов о системе государственного управления и месте в ней компартии. Они не были решены Лениным или партийными теоретиками ни теоретически, ни практически. Но и вопрос о личном позиционировании Сталина никак нельзя сбрасывать со счетов. Ведь Сталин, напомним, в это время является едва ли не фактическим заместителем Ленина в СТО. Причем, как было показано выше, именно этим двоим руководителям было предоставлено право единоличных решений. Сталин в такой конструкции превращался бы в главного претендента на роль первого лица в системе госуправления в случае ухода Ленина из власти (неважно — временно или насовсем) по тем или иным причинам. Показательным представляется и предложение «разгрузить» членов нового состава Политбюро от «всякой прочей» текущей работы. За пределами «хозяйственной» работы оставалась работа политическая. Сталин, таким образом, предлагал Ленину фактически сделать из членов Политбюро «смотрящих» за экономикой. Напрашивается мысль о том, что собственно политические функции в этой схеме опять-таки отводились «пятому члену» Политбюро. Строго говоря, именно эту схему управления Сталин и выстроит, придя к единоличной власти на рубеже 1920–1930-х гг. Сталин не получит ответа от Ленина, и мы не узнаем о том, что именно смутило лидера большевиков: содержательные новации Сталина или присвоенное им себе право выдвигать подобные предложения. В любом случае Ленин не мог оставить без внимания и выводов подобный демарш.

Письмо И.В. Сталина в Политбюро ЦК РКП(б) о подготовке хозяйственных вопросов для решения в Политбюро с просьбой к В.И. Ленину высказать свое мнение

29 ноября 1921

Подпись — автограф И.В. Сталина

[РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 263. Л. 1]

21 февраля 1922 г. Сталин обратится к Ленину с объемными предложениями кадровых перемещений руководителей наркоматов, вновь увязав их с подготовкой к XI съезду партии. Сталин прямо сошлется на предварительную договоренность с Л.Б. Каменевым и Г.Е. Зиновьевым по существу направленных Ленину предложений. Седьмой последний пункт предложений этой записки проясняет, между прочим, каким образом Сталин получил пост генерального секретаря. В этом пункте он предложил Ленину новый состав Секретариата ЦК: Сталин, Молотов, Куйбышев, причем призвал «заявить об этом на съезде в отчете ЦК, чтобы авансом покрыть атаки против секретариата (нынешнего)»[399]. «Такова, — резюмирует Сталин, — должна быть, по нашему мнению, программа подготовительных работ к съезду и кампании на съезде». Кроме того, себя Сталин предложит «освободить от Инспекции», т. е. Наркомата рабоче-крестьянской инспекции. В числе некоторых предложений этого письма, принятых Лениным, стало избрание запрошенного Сталиным состава Секретариата ЦК и освобождение от обязанностей наркома РКИ. Это письмо, помимо прочего, явным образом обозначило формирование внутри Политбюро фракционной тройки в составе Сталина, Каменева, Зиновьева. Поиски Лениным политического баланса приведут его к блокированию с Троцким.

Письмо И.В. Сталина В.И. Ленину о проекте перемещения должностных лиц в наркоматах и состава Секретариата ЦК РКП(б), выработанном на совещании И.В. Сталина с Л.Б. Каменевым и Г.Е. Зиновьевым 21 февраля 1922

Автограф И.В. Сталина [РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 24207. Л. 1–12]

XI съезд станет последним съездом партии, в котором принял участие Ленин, причем до последнего момента оставалось неясным, сможет ли он сделать это по причине интенсивно развивавшейся болезни. За три недели до съезда — 3 марта — он напишет Л.Б. Каменеву