В тени Алтополиса - Артем Юрьевич Углов

Первые минут десять было забавно, но Еремей все говорил и говорил, не останавливаясь. И тогда я не выдержал:

- Вот ты твердишь, что хватит стригунам налоги платить… Мол, Центровая организуются в единую общину и станет сама себя защищать, так?

- Так.

- А что же им раньше мешало?

Еремей хохотнул:

- Вот же ж ты дурень, малой… Стриги и мешали.

- Серьезно? Ты же говорил, что они псы трусливые. Говорил?

- Ну…, - замялся Еремей. Одно дело в запале хвастаться, и другое, когда тебя за твои же слова тянут, словно глупого евражку, угодившего в ловчую петлю.

- Если стригуны такие никчемные, тогда почему до сих пор район держат? – продолжил давить я. – Почему не пришли другие и не отбили?

- Просто повезло, - пробубнил парень.

- Сколько лет они хозяйничают в Центровой – двадцать, тридцать? Не слишком ли крутое везение для трусливых собак?

- Чё ты начинаешь? – насупился Еремей и даже в сторону отвернулся. Тоже мне, пацан… Не пацан, а девка красная. Думает, если обиду свою покажет, я его жалеть стану и добрые слова говорить? А вот и нет! Красильницкое – это тебе не институт благородных девиц, а выгребная яма, переполненная кусачими крысами. Таковой была, таковой и останется, пока не спалят дотла.

- Зря ты, Ерёма, разоткровенничался. Я бы на твоем месте поосторожней был.

- И чё ты сделаешь?

- Я-то ничего, а стриги в ближайшее время никуда не денутся, могут и за базар предъявить.

- А чего это? – продолжил храбриться парень, даже плечи расправил, вот только дрожащий голос испортил общее впечатление. - Чего, а? Побежишь стучать на меня?

- Я-то нет, а вот на счет других не уверен. Ты же многим успел растрепать про трусливых собак?

Еремей аж с лица сбледнул: принялся суетиться, ходить туда-сюда. В конечном итоге не выдержал и сбежал с крыши. Сразу видать, что дурачок. Кому он сдался со своим гнилым базаром - стригунам? Так у тех своих забот навалом. Не зря всем кудлом на хазе спрятались… ох, не зря. Действуют согласно китайской пословице: пока в долине тигры дерутся, мудрая обезьяна на дереве сидит.

Ведь кто есть по сути малажские - отставные военные, не сумевшие найти себя в мирной жизни. Они и ватагу выстроили на армейский манер, привив порядки уральских казаков. И кулачному бою молодняк выучили, и драке на ножах, и ведению боевых действий в условиях городской застройки. Не удивлюсь, если сыщется в казацких схронах огнестрел, припрятанный до особых времен.

Уральскому тигру противостоял южноамериканский ягуар, не менее свирепый и опасный. Когда светлейший князь Даниил Романович, занялся переселением нуждающихся из Латинской Америки, то и представить не мог, чем обернется сия благородная инициатива. А ежели бы озаботился, проникся местными реалиями, то узнал, что в Паул-Бразил и в Гранадской Конфедерации на пару с официальными властями правили картели. И еще не известно у кого власти было больше, у президента или наркобаронов, опирающихся на своих lugartenientes. Это здесь их переиначили на местный манер, повысив аж до генералов, а промеж себя они звались лейтенантами. Каждый из них отвечал за конкретную территорию, за отдельную цепочку бизнеса. Управлял отрядом боевиков – sicarios и следил за ситуацией с помощью соколов – halcones. В роли последних обычно выступали уличные мальчишки. Они были глазами и ушами картеля, докладывающими обо всем, что творится на улицах. Были кем-то вроде меня…

Отработанный столетиями механизм прижился и на русской земле. Чужеземцы легко вписались в местную структуру наркоторговли, переключившись с перемолотых листьев коки на героин. Ходили слухи, что под их зону ответственности выделили целый участок «Шелкового пути» (примечание автора: маршрут наркотрафика, пролегающий через Среднюю Азию и Поволжье вплоть до северных портов, следующий морским путем до Европы). Когда требовалось решить вопрос силой, обученные боевики картеля зачастую привлекались в качестве наемников. За полвека сикарио много где успели побывать: в Центральной Азии, в горах Афганистана, и даже в Иране о них было известно.

Вот такие хищники затаились по обе стороны поселка, а между ними пролегала ничейная земля. Захват её означал бы нарушение имеющегося баланса с последующим кровопролитием и привлечением особого внимания ставленника Императора. Кому это надо? Кому хочется лишаться гарантированных доходов? Прошлый раз в запале борьбы тигр с ягуаром едва весь поселок не спалили, вот и получается, что никому. Нейтральный статус Сермяжки всех устраивал, как и стригуны в качестве смотрящих за территорией. Хитрая обезьяна резвилась в долине, пока дозволялось хищниками, а стоило тем показаться и…

Большой войны не случилось. Ближе к вечеру в Красильницкое были введены силы отдельного жандармского корпуса. Массивные туши броневиков застыли на улицах, перекрыв все въезды и выезды. Несколько машин попытались добраться до центральной площади, но застряв в узких проходах и покрошив стены и без того хлипких домов, были вынуждены вернуться.

Из динамиков громкоговорителя звучал строгий голос, требующий от жителей поселка немедленно разойтись по домам. С десяти вечера до восьми утра вводился комендантский час. Каждый, кто посмеет нарушить его, будет подлежать немедленному аресту. Я бы еще добавил – лупцеванию.

С крыши мастерской было видно, как перемещались по городу отряды спецкорпуса, вооруженные щитами и дубинками. Сверху они казались похожими на рыцарей: в шлемах со стеклянным забралом, одетые в бронепластины вместо лат. Вот только действия их были далеки от рыцарских. Они выволакивали сопротивляющихся людей на улицы, били до бессознательного состояния и складывали рядком. Не жалели никого: ни мужчин, ни кричащих в ужасе женщин.

Иногда до ушей долетали хлопки светошумовых гранат, сухо трещали