Дневники Химеры - Макс Ридли Кроу

Гробница Аливарди-хана была еще скромна, по сравнению с теми, что успела повидать Лорин. Купола и резные украшения остались снаружи, внутри же помещение было просторным и пустым, казалось холодной обителью смерти. Звук тихих шагов Лорин отражался от стен и грубых широких колонн. Она достала из сумки огниво и подожгла фитиль в подвешенном на цепях светильнике. Собственная тень девушки выросла вмиг до купола: огромная, искаженная угловатыми формами зала, она могла бы показаться неведомым чудищем.

«И что же он прячет?» – Лорин огляделась. На другого атмосфера могилы могла бы нагнать суеверный ужас или печаль, но она испытала радость. Эта, казалось бы, неуместная реакция была вполне естественной. Все то детство, которое она помнила, прошло в подобных стенах. Вопреки распространенному в ордене Созидателей слуху, она росла не во Франции, а в аббатстве Паннонхалма, что в Венгрии. И не барон Дюпон отыскал ее там, а Харди. Однажды он вошел в библиотеку ночью, не заметив девочку, которая скрывалась от наказания на верхней полке стеллажа, раздвинув книги. Откуда Харди было знать, что фреска, почти завершенная художником Давидом Антонио Фосатти, была испорчена несносной девчонкой, которая решила подправить лики святых на свое усмотрение. Ей было всего три года, но ее обещали сурово покарать, когда отыщут. И вот девочка спряталась в своем убежище, и, затаив дыхание, смотрела, как незнакомец, не применяя силы, заставляет отодвинуться часть книжного шкафа и уходит за него. А спустя время мужчина вернулся и оставил библиотеку. Несколько последующих дней девочка потратила на то, чтобы сдвинуть шкаф. Но тот не поддался. Дубовые полки и расставленные на них книги были слишком тяжелы. Она почти оставила свои попытки, хоть часто приходила, чтобы просто посмотреть на дверь, скрытую от нее, в мир, куда ее не пускают.

Ей было пять, когда тот человек вернулся вновь. Увидев его из окна, она тотчас бросилась в библиотеку и спряталась. Мужчина вошел в зал с сотнями книг и направился к тому самому стеллажу, но, остановившись, потушил горящий светильник и самой обычной кочергой поддел крепление, удерживающее цепи в стене. Послышался щелчок и часть шкафа, еще недавно являющаяся нераздельной с другими, чуть выступила вперед. «Сэр, – обратилась тогда Лорин, выйдя к нему из укрытия. Она слышала, как отец-настоятель говорит этому человеку «сэр» и решила, что тоже обязана так поступить. – Возьмите меня с собой». Мужчина невероятно растерялся. Он был еще молод, но не привлекателен, на лбу начала появляться плешь, а жиденькие усики и округлые очертания подбородка делали его лицо далеким от образа мужественности. Он во все глаза смотрел на ребенка, который незаметно подкрался к нему, и не мог поверить, что позволил застать себя врасплох. «Ты знаешь, куда я иду?» – спросил он с улыбкой, за которой спрятал волнение. «В другой мир, – уверенно ответила она. – Там полно тайн и загадок. Я тоже туда хочу. Здесь скучно». «Но с чего ты взяла, что я туда пойду?» – не унимался он, пытаясь сообразить, что делать с любопытным ребенком. «Я уже видела, в прошлый раз». Харди удивился и попросил показать, где же она пряталась, раз он не заметил. Лорин ткнула пальцем на верхнюю полку шкафа, и, конечно, мужчина рассмеялся. Он не поверил, что маленькая девочка могла бы туда залезть. Разозлившись, Лорин немедленно продемонстрировала, как ловко и без страха она пробирается по полкам, словно кошка по дереву.

В тот же день Харди увез Лорин за собой, в мир, как ей тогда казалось, полный невероятных чудес.

Она не ошиблась, все именно так, но из-за тайн першит в горле, и порой секреты убивают. Вот и сейчас, озираясь, она искала то, ради чего когда-то покинула стены аббатства, где ей грозила лишь смерть от скуки и ранняя старость без мужской ласки. Ответы. Ей нужны ответы.

Надгробную плиту не сдвинуть, хотя она попыталась. Разве что, быть может, какой-то механизм… Но слишком примитивно. Могилы – первое, куда заглянет вор, чтобы снять драгоценности с тела покойного. Тщательный осмотр светильников тоже ничего не дал. Она долго изучала фреску, на которой была изображена карта той части материка, где правил Аливарди-хан. Не было похоже, что хоть одна из выпуклых деталей может прийти в движение.

Утомившись, Лорин присела возле надгробия.

– «Закат и рассвет сменятся местами, если он прикажет», – прочла она надпись на крышке. Именно эту фразу Джафар предложил банкирам как пароль. Не здесь ли он ее прочел, когда обыскивал мавзолей, пытаясь найти сокровище наваба?

Она снова посмотрела на фреску. Возможно, напрасно она отдала столько внимания землям и рекам. Нужно было думать об изображении в целом. Поднявшись, она ухватилась за нижний край фрески и, сцепив зубы от усилия, потянула его вверх. Механизм поддался, и по мере того, как проворачивалась высеченная на камне картина, отодвигался один из камней у основания колонны. Лорин едва не надорвалась, пока перевернула фреску. Она буквально поместила восток и запад на противоположные стороны и стремглав кинулась к колонне. Засунув руку в углубление, она нащупала что-то твердое, холодное, формой и размером напоминающее половину гусиного яйца. Когда Лорин разжала руку на свету, то на ладони обнаружила сверкающий камень невероятной красоты. Он был огранен в форме розы, чистый, прозрачный, как стекло.

– Бог мой… – вслух прошептала Лорин. Она сразу узнала сокровище.

Великий Могол. Самый большой бриллиант в мире, полученный из невероятных размеров алмаза. Она читала отчеты Тавернье[33] о путешествии, он подробно описал камень, который продемонстрировал ему император Аурангзеб Акел-хан. Это он! След камня затерялся в Дели, когда город захватил Надир-шах, устроил кровавую бойню и вывез почти все сокровища. Сколько лет камень безуспешно искали среди его драгоценностей! По легенде, этот бриллиант дарит владельцу вечную жизнь, несокрушимость и огромную, почти божественную власть. Легенды врут, но и не рождаются из ниоткуда. Лорин поднесла камень ближе к огню, глядя, как преломляются лучи света на гранях. Невероятно! Он здесь и в ее руках. Хотя не должен был…

Так вот, что свело с ума молодого наваба. Будучи неуравновешенным и мнительным человеком, он уверовал в свою избранность, в дар богов. Иногда вера важнее истины. Харди научил ее и этому. Поверившие в исцеление – побеждают болезни. Поверившие в победу – разят врагов без промаха.

– Посмотрим, как ты научишься кусаться без ядовитого зуба, гаденыш, – усмехнулась Лорин, пряча камень в сумку под рубашкой.

Вернув фреску на место, она покинула мавзолей. Возможно, она напрасно думала об этом, но ей казалось, будто камень сквозь ткань сумки обжигает кожу.

После того, как Лорин привезла Амичанду и Джагат Сетху письмо от Джафара и поведала об их встрече, Клайв собрался в обратный путь. Надолго оставлять Чанданнагар накануне важного сражения не входило в его планы.

– Вы хорошо проявили себя, – сказал ей англичанин. Пока они ехали в карете, никто не мог подслушать их разговоры. – Мир Джафар непростой человек. Он мог с легкостью убить вас. Удивительно, что вы вообще смогли добиться встречи с ним.

– Удивительно? – переспросила она. – Вы отправили меня с этим заданием, и никто из вас не справился бы лучше. Признайте, а не ищите подвоха.

Клайв хмыкнул, насмешливо смерив ее взглядом:

– Считайте это проверкой перед путешествием в Янаон. Помнится, у вас были планы на маркиза де Бюсси? Надеюсь, и здесь все пройдет без ошибок. Или вы передумали?

– Непросто передумать, когда в случае неудачи меня выпотрошат, как индюшку, – словно продолжая светскую беседу, произнесла она. – Мне знакомы методы Кракена. Он особо искусен, когда дело доходит до женщин.

На лицо Клайва набежала тень. Он отвернулся к окну, и какое-то время Лорин имела возможность рассматривать его мужественный профиль, пока попутчик был во власти мрачных мыслей – Это не мое решение, – произнес он, наконец. – Убить маркиза было бы проще, но как была бы воспринята победа, полученная столь бесчестным образом? Это показало бы страх и несостоятельность английской армии. Если же маркиз будет отвлечен другими делами, его опоздание к битве станет пятном на репутации. Я предложил использовать женщину, которая вскружила ему голову после первой же короткой встречи.

Лорин чуть улыбнулась. В устах тамплиера это прозвучало небывалым комплиментом.

– И получил ответ, что эта женщина должна быть подконтрольна. А Кракен выступит наилучшим гарантом.

– Вас не обманули. Он великолепен, – сарказм в ее тоне заставил Клайва недовольно поморщиться, но он тут же вернул себе маску безразличия:

– Но разве для ассасина, которого отправили на такое задание, это проблема?

– Безусловно, нет, – ответила она твердо.

Большую часть времени в дороге они хранили молчание. Говорили лишь изредка, обмениваясь дежурными фразами о погоде и неудобствах, либо обсуждали увиденное за окном. Едва они въехали в ворота Чанданнагара, Лорин покинула карету и пешком отправилась в дом, который для нее снимал сэр Вуд, надеясь, что тот до сих пор оплачивает апартаменты. В противном случае ей будет негде жить и нечем расплатиться даже за обед. Подходя к двери дома, она испытывала такое же волнение, как в день возвращения с первого задания. Тогда она не знала, как отнесутся к ее ошибкам, и боялась лишь одного – оказаться ненужной ордену, который дал ее жизни новый смысл.