Сердцеедка - Маделин Уикхем

Доставая выписку из конверта, Флер почувствовала, как у нее чуть быстрее забилось сердце. Наконец что-то интересненькое! Она развернула листок и машинально посмотрела итоговую сумму, заранее прикидывая цифру. Затем поняла, что именно видит перед собой, – и потрясенно застыла. Ладони вдруг стали влажными, в горле пересохло.

Нет, подумала она, из последних сил стараясь овладеть собой. Тут какая-то ошибка. Этого просто не может быть. Или может? Голова кружилась от изумления. Может, она неправильно прочитала цифры? Флер зажмурилась, сглотнула, сделала глубокий вдох и снова открыла глаза. В конце столбца стояло все то же ни с чем не сообразное число. Флер пожирала его взглядом. Не ужели это правда? Перед ней действительно…

– Флер! – долетел снизу голос Джиллиан.

Флер подскочила, судорожно оглянулась на дверь.

– Такси приехало!

– Спасибо!

Флер вдруг заметила, что у нее трясутся руки. Она еще раз посмотрела на цифру, борясь с дурнотой. Что, черт возьми, происходит? Никто, абсолютно никто не хранит такие суммы на обычном счете «до востребования». Разве что полные дураки – а дураком Ричард не был – или уж настолько богатые…

– Флер! Опоздаете на поезд!

– Иду!

Торопясь, пока Джиллиан не надумала подняться, Флер затолкала листок в конверт. Нужно подумать. Нужно очень серьезно подумать.

Для сегодняшней вылазки с Флер Филиппа купила себе новый наряд и стояла возле турникетов на вокзале Ватерлоо, чувствуя себя страшно заметной в светло-розовом костюме. Может, лучше было выбрать что-то поскромнее? Впрочем, когда появилась Флер, у Филиппы отлегло от сердца. Флер была еще наряднее – в том же черном костюме, в котором Филиппа впервые увидела ее на поминальной службе, и с потрясающей черной шляпкой, украшенной малюсенькими фиолетовыми цветочками. Прохожие оглядывались, пока она шла по платформе, и Филиппа вдруг ощутила гордость. Эта ухоженная, элегантная красавица – ее подруга!

– Дорогая!

Поцелуй Флер был скорее напоказ, нежели от души, но для Филиппы это не имело значения. Она с восторгом представляла себе, как они обе смотрятся со стороны: одна вся в розовом, другая – в черном. Две роскошные женщины встретились, чтобы пойти в ресторан. Еще вчера такая картина наполнила бы ее завистью, а сегодня она сама была в картине. Она, Филиппа, – одна из этих двух роскошных женщин.

– Куда пойдем? – спросила Флер. – Я заказала столик у Гарви Николса на половину первого, а начать можно с чего-нибудь другого. Какой магазин вы предпочитаете?

– Да все равно! – возбужденно воскликнула Филиппа. – Посмотрим на плане города. У меня есть проездной на метро…

– Я планировала взять такси, – снисходительно перебила Флер. – Я никогда не езжу на метро, если только есть возможность этого избежать.

У Филиппы жарко заполыхали щеки. На одно ужасное мгновение ей почудилось, что день безнадежно испорчен, но тут Флер со смехом подхватила ее под локоть.

– Извините за привередливость! Вы, наверное, постоянно ездите на метро?

– Каждый день. – Филиппа заставила себя улыбнуться. – Хотя готова изменить своим привычкам.

Флер засмеялась.

– Вот и умница!

Они направились к стоянке такси, и Филиппа не отняла руки. В голове у нее звенело от волнения, как будто она собиралась закрутить роман.

В такси Филиппа выжидающе посмотрела на Флер, готовясь услышать какую-нибудь восхитительную сплетню.

«Ах, Флер! – будет она вскрикивать в подходящие моменты. – Ну разве так можно!».

И нежно пожмет руку Флер, как полагается старинной подруге. Шофер подумает, глядя на них в зеркальце, что они дружат всю жизнь. Может быть, даже, что они сестры.

Между тем Флер молчала, рассматривая проезжающие машины. Лоб ее пересекла морщинка. Флер кусала губы и, похоже, была не в настроении разговаривать. Филиппе показалось, что она о чем-то глубоко задумалась и вообще предпочла бы сейчас быть совсем в другом месте.

Вдруг Флер обернулась.

– Скажите, Филиппа, вы с Ламбертом счастливы?

Филиппа вздрогнула от неожиданности. Сегодня ей не хотелось думать о Ламберте, но Флер ждала ответа.

– О да! – Филиппа светло улыбнулась. – У нас очень счастливый брак.

– Счастливый брак… – повторила Флер. – А что это, в сущности, такое – счастливый брак?

– Ну-у, – неуверенно протянула Филиппа. – Это… ну, вы знаете.

– Не уверена.

– Вы же и сами были замужем? За отцом Зары?

– Да, – несколько отстраненно ответила Флер. – Конечно. Но наш брак не был счастливым.

– В самом деле?

Филиппа с тревогой посмотрела на Флер, опасаясь, что та начнет вспоминать неудачное замужество, однако Флер нетерпеливо махнула рукой.

– Хочется понять, зачем вообще люди женятся? – Она задумчиво посмотрела на Филиппу. – Вот зачем вы решили выйти за Ламберта?

Филиппу пробрала дрожь, как будто на экзамене по предмету, которого она совершенно не знает. Она торопливо перебирала самые приятные воспоминания своего замужества: они с Ламбертом перед алтарем в день венчания; медовый месяц на Мальдивах, нежный и загорелый Ламберт, полуденный секс под сеткой от москитов.

– Я люблю Ламберта, – пролепетала Филиппа. – Он сильный, он обо мне заботится…

Она покосилась на Флер.

– И нам хорошо вместе, – запинаясь, выговорила Филиппа.

– А как вы поняли, что Ламберт – тот человек, который вам нужен? – продолжала расспрашивать Флер. – Как вы узнали, что уже хватит искать, пора остановиться и… и навсегда изменить свою жизнь?

У Филиппы загорелись щеки.

– Просто поняла, – ответила она тонким голосом, как будто оправдываясь.

Вдруг нахлынуло воспоминание об одном раз говоре с матерью; а она-то думала, что задавила его навсегда. Мать сидела в постели, не сводя с Филиппы льдисто-голубых глаз, и медленно произносила каждое слово:

– Ты скажешь Ламберту «да» и будешь благодарить судьбу. Кому ты еще нужна?

– Джиму я была нужна, – дрожащим голосом отвечала Филиппа.

– Джиму? Твой отец его презирает! Он ни когда бы тебе не разрешил выйти замуж за Джима. Ты выйдешь за Ламберта.

– Но…

– Никаких «но»! Это твой единственный шанс. Посмотри на себя! Ни красоты, ни обаяния, да к тому же и не девственница. Кто на тебя позарится?

Филиппе от этих слов стало физически плохо, как будто ее в буквальном смысле разрывали на части. И теперь ей стало плохо от одного воспоминания.

– Просто поняла, – явно не удовлетворившись ответом, повторила Флер. – Я тоже «просто поняла», что мне подходит эта шляпка. Я ее купила, а потом увидела другую, еще лучше.

– Шляпка очаровательная, – слабым голосом отозвалась Филиппа.

– Все дело в том, что шляпок может быть и несколько. Хоть двадцать штук, а муж – только один. Вы не боитесь, что поторопились с выбором?