Стану твоей проблемой - Анна Бигси

я не смогу подчиниться. Но и ждать — не вариант. Надо найти способ.

Найти её. До того, как время выйдет.

До того, как станет поздно.

Глава 44 Марат

Я лечу по ночному шоссе, как будто за мной гонится сама смерть. Но на самом деле я гонюсь за ней. За тем, кто вырвал Дарью у меня. За тем, кто держит моего отца на коротком поводке. Фары рвут тьму на куски. Руки судорожно сжимают руль — так, будто если отпущу, потеряю не только управление, но и её.

Весь путь я прокручиваю в голове одно: он знал. Он. Мой отец. Человек, которому я верил, даже когда ненавидел.

Во двор влетаю, как танк. Колеса визжат по гравию, из дома выскакивают охранники, но я не сбавляю шаг. Один тянет руку:

— Господин Тихоми....

— Где он?

Они не успевают ответить — я уже распахиваю дверь. Вхожу, как буря. Кабинет. Как всегда. Его крепость. Полки с книгами, модель парусника, резной стол. И он. Отец. Спокойный. Сдержанный. Как будто не я сейчас на пределе, как будто не он всю жизнь прикрывал это дерьмо.

— Ты знал, — бросаю с порога. — Все это время ты знал, кто он. Что он делает. Ты покрывал его, чёрт возьми!

Отец поднимает глаза. Ни удивления. Ни паники. Лишь раздражающе ровное:

— Сядь, Марат.

— Пошел ты! — голос срывается. — Говори! Сколько ты получал? Или он тебе просто друг детства, которому ты разрешил резать девчонок по частям?!

— Хватит!

Я рву воздух кулаком, ударяю по столу — так, что с края падает авторучка. Она катится и замирает.

— Нет! — кричу. — НЕ хватит! Он украл Дарью! Она где-то там, одна, среди твоих молчаливых договоров! А ты? Ты просто сидишь в этом кресле, как будто ничего не происходит!

Он вздыхает. Долго. Тяжело. И это бесит ещё сильнее.

— Я знал. Да. Но ты не понимаешь, Марат. Он держит меня. У него документы, такие, что, если он их выложит — я исчезну. И ты вместе со мной. Все, что мы строили. Все, что я тебе дал.

— Ты дал мне ложь! — рявкаю. — Ты дал мне «семью», которая на деле — клуб по интересам для убийц в галстуках!

— Я защищал тебя.

— Нет! — я смеюсь. Но это не смех. Это злость, перемешанная с болью. — Ты защищал свою жопу! А я? А Даша? Ее никто не защищал!

Он опускает взгляд. Это молчание говорит громче, чем любая отговорка.

— Мне нужна информация, — говорю, сквозь стиснутые зубы. — Где он может быть. Люди, адреса, любые нитки. Помоги мне, я все равно пойду до конца.

Долгая пауза. Потом он достает из ящика старую чёрную папку.

— Это всё, что у меня есть. Старые маршруты. Номера машин. Может, часть ещё работает.

Я хватаю папку, даже не глядя. Пальцы дрожат. Все дрожит.

— Спасиб

На крыльце — Игнат. Его лицо светится. Глаза горят.

— У нас есть зацепка. Он выехал, но я успел поставить жучок. Мы знаем, куда он направляется.

Я сжимаю кулак и смотрю ему в глаза. Впервые за ночь дышу ровнее.

— Поехали. Время играть по нашим правилам. Мы забираем ее обратно. Любой ценой.

Мы сидим в тени склада, заброшенного здания на окраине. Открытая карта перед нами на старом ящике, рядом ноутбук с трекингом сигнала. Красная точка — машина Графа — двигается по маршруту к северу. Пансионат. Старый, неиспользуемый, давно выведен из реестров. Почти идеальное укрытие.

В папке отца оно тоже числится. И ещё несколько вариантов. Делаю снимки документов и отправляю Демиду. Он там сейчас развлекается между множества огней. Начальство, допросы…

— Подтверждение получено, — говорит Игнат, щелкая по клавишам. — Он там пробыл больше двадцати минут. Потом выехал. Это какая-то база.

— Или ловушка, — мрачно бросаю я.

— Тоже может быть. Не проверим, не узнаем. Времени сам говоришь нет.

Я не отвечаю. Говорить некогда. Мы строим план. В голове — шум, как у генератора: перемешаны страх, решимость, злость и грохот часов, которые тикают с каждой минутой ближе к точке невозврата.

Через пятнадцать минут встреча с Волковым. Я знаю, он не обязан нам помогать. Все, что мы делаем — за гранью. Но если хоть кто-то готов рискнуть ради нее — это он.

Мы подъезжаем на задний двор автосервиса, где все организовано «неофициально». Волков уже там. Рядом с ним — четверо оперов в гражданке. Уверенные, четкие, на лицах — никакой болтовни. Всех прекрасно знаю, не первый раз пересекаемся.

— У вас есть два часа, — говорит Волков, глядя на нас, — Не будет результата — никто ничего не знал.

— Нам хватит, — говорю я.

— У вас план? Или надеетесь на интуицию и героизм? — кивает на карту.

— Мы разбиваемся на три группы. Запад — Игнат и Дэн. Север — Шаман, Макс и ты. Я и Илья — с юга, через канализационную решетку. Там есть старый лаз, доступный со стороны оврага.

Волков хмыкает, качает головой:

— Выломать дверь проще, чем пролезать по грязи. Но — ваше дело. Главное: никаких тел. Минимум шума. Максимум результата.

Я встречаю его взгляд и киваю. Здесь все сказано без слов. Это не просто операция, а беспредел, с точки зрения закона. Я выхожу за рамки всего, чему учился. Но у меня нет выбора. Потому что Даша там. И время идет.

Мы на точке. Полу разрушенное здание видно с холма — темное, облезлое, но живое. Свет в окнах. Охрана у ворот. Камеры.

Я сжимаю кулак и смотрю на Игната. Он кивает. Все готовы.

Теперь — только вперед.

Глава 45 Дарья

Мне холодно. Очень. Пол подо мной ледяной, одежда влажная от сырости, а воздух тянет плесенью и ржавчиной. Я уже не чувствую ни рук, ни ног. Они затекли от веревок. Губы пересохли. Горло саднит, будто внутри стекло.

— Мне.… в туалет надо, — шепчу, почти не надеясь, что меня услышат.

Змей сидит у стены, прямо напротив. Он даже не поднимает головы. Щёлкает зажигалкой — щелк, щелк, щелк. Не зажигает. Просто играет, как будто проверяет, на сколько меня хватит.

— Пожалуйста…. — голос срывается.

Он медленно поднимает глаза. Смотрит. Без эмоций. Без капли сочувствия.

— Терпи.