Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

его сыну Генриху VI при вступлении на престол было всего девять месяцев, и позорная череда коррумпированных регентов и неумелых генералов погрузила казну в неподъемные долги. Новый правитель так и не вырос до королевского роста; он был деликатным и обучаемым неврастеником, любившим религию и книги и содрогавшимся при мысли о войне; англичане оплакивали, что потеряли короля и приобрели святого. В 1452 году, подражая Карлу VI Французскому, Генрих VI сошел с ума. Через год его министры подписали мир, признав поражение Англии в Столетней войне.

Ричард, герцог Йоркский, два года управлял страной в качестве протектора; в туманный промежуток времени Генрих отстранил его от власти (1454); разгневанный герцог потребовал себе трон по наследству от Эдуарда III; Он заклеймил ланкастерских королей как узурпаторов и присоединился к Солсбери, Уорику и другим баронам в Войне Роз - красной ланкастерской и белой йоркистской, - которая на протяжении тридцати одного года (1454-85) сталкивала знатных со знатными в неутомимом самоубийстве англо-норманнской аристократии и оставила Англию обнищавшей и опустошенной. Солдаты, демобилизованные нежданным миром и не желающие возвращаться к крестьянским заботам, записывались в ряды обеих сторон, грабили деревни и города и убивали всех, кто вставал на их пути. Герцог Йоркский был убит в сражении при Голдсмите в Уэйкфилде (1460), но его сын Эдуард, граф Марч, продолжал войну безжалостно, истребляя всех пленных, с родословной или без нее; в то время как Маргарита Анжуйская, мужественная королева нежного Генриха, возглавила сопротивление ланкастерцев с неприкрытой свирепостью. Марч одержал победу при Тоутоне (1461), положил конец династии Ланкастеров и стал, как Эдуард IV, первым королем-йоркистом.

Но человеком, который действительно правил Англией в течение следующих шести лет, был Ричард Невилл, граф Уорик. Глава богатого и многочисленного клана, обладатель властной и в то же время увлекательной личности, столь же тонкий в государственном управлении, сколь и блестящий в войне, "Уорик - делатель королей" стал зачинателем победы при Тоутоне и возвел Эдуарда на трон. Король, отдохнув от раздоров, посвятил себя женщинам, а Уорик управлял так хорошо, что вся Англия к югу от Тайна и к востоку от Северна (поскольку Маргарет все еще сражалась) почитала его как короля, но только по имени. Когда Эдуард восстал против реальности и обратился против него, Уорик присоединился к Маргарите, изгнал Эдуарда из Англии, восстановил номинальную власть Генриха VI (1470) и снова стал править. Но Эдуард организовал армию с помощью бургундцев, переправился в Халл, разбил и убил Уорика при Барнете, победил Маргариту при Тьюксбери (1471), убил Генриха VI в башне и жил долго и счастливо.

Ему был всего тридцать один год. Коминес описывает его как "одного из самых красивых мужчин своего возраста", который "не испытывал никакого удовольствия ни от чего, кроме дам, танцев, развлечений и погонь".5 Он пополнил свою казну, конфисковав поместья Невилей и приняв от Людовика XI в качестве взятки за мир 125 000 крон и обещание давать еще по 50 000 в год.6 Облегчившись, он мог игнорировать парламент, чья единственная польза для него заключалась в том, чтобы голосовать за его средства. Почувствовав себя в безопасности, он снова предался роскоши и праздности, изнурял себя любовью, толстел и веселился и умер в сорок один год в полном блеске своей личности и могущества (1483).

Он оставил двух сыновей: двенадцатилетнего Эдуарда V и девятилетнего Ричарда, герцога Йоркского. Их дядя Ричард, герцог Глостер, последние шесть лет служил государству в качестве главного министра, причем с таким усердием, благочестием и мастерством, что, когда он объявил себя регентом, Англия приняла его без протеста, несмотря на его "плохо сложенные конечности, кривую спину, суровое лицо и левое плечо намного выше правого".7 То ли от опьянения властью, то ли от справедливых подозрений в заговорах с целью его свержения, Ричард заключил в тюрьму нескольких знатных особ, а одного казнил. 6 июля 1483 года он короновал себя как Ричарда III, а 15 июля два юных принца были убиты в Тауэре - неизвестно кем. Дворяне снова подняли восстание, на этот раз во главе с Генрихом Тюдором, графом Ричмондом. Когда их скромные силы встретились с гораздо более многочисленной армией короля на Босвортском поле (1485), большинство солдат Ричарда отказались сражаться, и, лишившись королевства и коня, он погиб в отчаянном бою. Династия Йорков закончилась; граф Ричмонд, став Генрихом VII, положил начало роду Тюдоров, который завершится с приходом Елизаветы.

Под ударами необходимости Генрих развил в себе добродетели и пороки, которых, как ему казалось, требовало его место. Гольбейн изобразил его на фреске в Уайтхолле: высокий, стройный, безбородый, задумчивый, человечный, почти не показывающий тонкого, тайного расчета, холодной, суровой гордости, гибкой, но терпеливо упрямой воли, которая привела Англию от нищенского распада при шестом Генрихе к богатству и сосредоточенной власти при восьмом. Он любил "счастье полных сундуков", говорит Бэкон,8 потому что знал их убедительность в политике. Он изобретательно взимал налоги с нации, сдувал с богатых "благодеяния" или принудительные подарки, активно использовал штрафы для пополнения казны и борьбы с преступностью и с усмешкой наблюдал, как судьи подбирают размер штрафа не к проступку, а к кошельку. Он был первым английским королем с 1216 года, который держал свои расходы в пределах своих доходов, а его благотворительность и щедрость смягчали его скупость. Он добросовестно занимался административной работой и скупился на удовольствия, чтобы завершить свой труд. Его жизнь была омрачена вечной подозрительностью, и не без оснований; он никому не доверял, скрывал свои цели и честными или сомнительными средствами добивался своего. Он учредил Суд Звездной палаты, чтобы на тайных заседаниях судить непокорных дворян, слишком могущественных, чтобы бояться местных судей или присяжных; год за годом он приводил разоренную аристократию и запуганное прелатику в подчинение монархии. Сильные личности возмущались упадком свободы и бездействием парламента; но крестьяне многое прощали королю, который дисциплинировал их лордов, а промышленники и купцы благодарили его за мудрое поощрение промышленности и торговли. Он нашел Англию в феодальной анархии, правительство слишком бедное и неблаговидное, чтобы завоевать повиновение или лояльность; Генриху VIII он оставил государство, уважаемое, упорядоченное, платежеспособное, единое и мирное.

II. РОСТ АНГЛИЙСКОГО БОГАТСТВА

Очевидно, Великое восстание 1381 года ничего не дало. Многие подневольные повинности по-прежнему взимались, а в 1537 году палата лордов отклонила законопроект об окончательной манумиссии всех крепостных.9 Ускорилось огораживание "коммонов"; тысячи перемещенных крепостных стали бесправными пролетариями в городах; овцы, по словам Томаса Мора, пожирали крестьянство.10 В некоторых отношениях это движение было благом: земли, близкие к истощению, были обновлены пасущимися овцами, и