День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Командирский «Тигр» въехал в палаточный городок, разбитый на приличном расстоянии от Нижнеуральска. Навстречу попалась вереница ГАЗ-66, буксировавших установленные на колесный ход минометы 2С12 «Сани» калибром сто двадцать миллиметров. Не считая вертолеты, это было самое мощное оружие бригады, их единственная артиллерия.

Бронеавтомобиль остановился возле большой палатки, над которой вздымался настоящий лес антенн. Отсюда полковник Катышев мог держать связь с любым подразделением своей части, и практически с любой точкой на территории страны. Несколько связистов сидели за пультами, управляя действиями сотен солдат, точно опытные дирижеры. Сюда же шла «картинка» с беспилотных разведчиков «Пчела», круживших над городом и передававших данные в режиме реального времени.

Оказавшись в штабе, Катышев нетерпеливо выслушал доклад дежурного, затем, подойдя к сидевшему за приборами радисту, потребовал:

— Дай связь с Москвой! Немедленно!

— Слушаюсь, господин полковник!

Донесения от командира бригады ждали, и отозвались непривычно быстро. Ответил сам командующий Силами внутренней безопасности, но это полковника Катышева не смутило.

— Господин министр, я не готов отдать приказ своей бригад на штурм города, а просто так партизаны его не оставят. — Катышев описал произошедшее столкновение, не забыв о соотношении потерь. — У нас нет решительного превосходства над противником. Бой превратится в бойню. Нужно стянуть сюда еще войска, взять город в плотное кольцо, возможно, усилить нас артиллерией. Нужно время, более тщательная подготовка и детальная разведка.

Разговор с Москвой велся в режиме видеоконференции, и потому полковник мог видеть, как хмурится Николай Фалев, смотревший исподлобья в объектив камеры. Наконец, министр произнес:

— У нас нет времени. Ваше поражение развязало руки американцам, полковник.

— Что? Как вас понимать?

— Британские журналисты, захваченные партизанами, вышли на связь несколько минут назад, передав в эфир свой репортаж. Они подтвердили, что в городе находятся американские солдаты, пленные солдаты. Для их освобождения в Нижнеуральск будет переброшена механизированная бригада «Страйкер» Армии США.

— Но это наша земля, господин министр, и это наше дело!

— После того, как вы расписались в полнейшей беспомощности, сомневаюсь, что к нам прислушаются. Американцы больше не намерены соблюдать соглашение о разграничении зон ответственности. С этой минуты ваша задача сводится только к обеспечению периметра зоны оцепления. Они сами возьмут город. Или уничтожат его. И именно вы, полковник, развязали американцам руки!

Через двенадцать часов на полевом аэродроме, оборудованном в полусотне миль от осажденного города, начали приземляться вылетевшие из Раменского С-130 «Геркулес» ВВС США. Полковник Катышев, стоявший на краю летного поля, из-под приложенной ко лбу ладони наблюдал, как в сторону Нижнеуральска стальной лавиной текут американские войска. Подразделения бригады, едва успев выгрузиться с самолетов, спешили занять исходные позиции для штурма города. Смотревший вслед проползавшим мимо колоннам бронетранспортеров, Катышев вновь и вновь возвращался к мысли о том, что зря он выпустил пронырливых англичан из расположения бригады, отдав их в руки партизан. Но в шесть часов назад это казалось наилучшим решением.

Глава 10. Уральский пленник

14 ноября

Турбовинтовой лайнер «Эмбраер» бразильского производства, принадлежавший какой-то частной русской авиакомпании, пробил слой облаков, и сидевший у иллюминатора Уильям Бойз увидел панораму огромного города. Районы и кварталы Москвы раскинулись до самого горизонта, перепоясанные многочисленными шоссе, эстакадами и транспортными развязками. Миллионы людей, давно забывших о войне, жили в привычном ритме, спешили куда-то, не обращая внимания на ушедший в сторону аэропорта Внуково самолет.

В салоне, заполненном пассажирами примерно на две трети, появилась стюардесса. Став в проходе, ведущем в кабину пилотов, крашеная блондинка в синей униформе, произнесла, изо всех сил стараясь казаться вежливой и приветливой:

— Дамы и господа, через пятнадцать минут наш самолет совершит посадку. Прошу вас пристегнуть ремни безопасности и не покидать свои места до полной остановки. Спасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании!

В салоне началась возня, пассажиры, успевшие задремать, щелкали замками, пристегиваясь к креслам.

— Похоже, дело выгорело, — ухмыльнулся Бойз, хлопнув по плечу своего шефа. — Оставили янки с носом!

— Они могут перехватить нас здесь, — возразил Хопкинс. — Встретят на летном поле. Подходящих нам рейсов не так уж много, отследить их достаточно просто при возможностях американцев. Рано расслабляться, приятель, это же их территория!

И все же оба репортера чувствовали, как их понемногу оставляет напряжение. Покинуть зону ответственности американской армии оказалось даже проще, чем оба предполагали. Нанятый за сотню долларов местный житель, владелец новенькой «Нивы», вывез их за периметр проселками, едва ли отмеченными на картах, миновав все блокпосты десантников из Сто первой дивизии. Немного напрягала возможность встречи с партизанами, но эта опасность оказалась иллюзорной.

Дальше все прошло еще легче. Больше всего проблем доставили не американцы, наверняка быстро заметившие пропажу, и не русские власти, а громоздкий багаж — большую часть необходимой аппаратуры репортеры везли с собой. Связавшись по пути с московским бюро, журналисты добрались до Вологды, там сев на самолет местных авиалиний, и вот уже они подлетают столице России. Их не пытались задержать, никто не гнался следом, а если и гнался, то не в том направлении.

Шасси «Эмбраера» коснулись посадочной полосы, и вскоре пассажиры, толкаясь в проходе, столпились у люка, пестрым потоком стекая по трапу на бетон. Над головами врем от времени с ревом пролетали реактивные лайнеры, со стрекотом пронесся вертолет.

— В этом муравейнике нас точно никто не найдет! — воскликнул Уильям Бойз, и тут же умолк. Репортеров действительно ждали.

Найджел Шарп, увидев в толпе своих коллег, двинулся к ним, широко шагая. Он был по-деловому краток. Пожав руку сперва Хопкинсу, а затем его оператору, лава московского бюро «Би-Би-Си» сообщил:

— Ваш побег поставил янки на уши, ребята! Их командование в ярости! Черт возьми, Гарри, не ожидал такой прыти даже от тебя!

— Меня больше беспокоит русское командование, Найджел! На Урале вот-вот станет жарко, и мы должны быть там!