Свет в тёмной башне - Марина Ефиминюк

— Кухарка говорит, что это был мужчина. Живой! — уверила сплетница. — Проваливался в снег и ругался на каком-то тарабарском. Видимо, пытался залезть в дом, а у него ничего не получилось. Но мадам Прудо не поверила. Сказала, что очень чутко спит и услышала бы, если бы кто-то матерился у нее под окнами.

— Точно призрак, девочки…

— Прошедшего Нового года, — фыркнула я себе под нос.

— Кстати, Чарли, у синего шарфа приключение закончилось благополучно? — конечно, не удержалась любимая подруга от подколки.

— У синего шарфа приключение закончилось в лапах домовика, — недовольно буркнула я, одарив ее самым страшным взглядом, на какой была способна. А способна я выдать целый калейдоскоп: от ужасающих до уничижительных.

В воскресенье утром я стояла в храме возле брачного алтаря и с нервным нетерпением поглядывала то на высокие тяжелые двери святилища, то в карманные часы. Алекс опаздывал на полчаса. Утренняя служба подошла к концу. Прихожане давно разошлись, и в молельном зале воцарилась гулкая тишина. Эхо подхватывало любой шорох, отражало от стен и возвращало таинственным шелестом.

Сквозь стеклянный купол вниз падали полупрозрачные солнечные лучи, рисующие на каменном полу божественные символы. В столпах света плавала пыль. Отчего-то умиротворяющая обстановка вкупе с пониманием, что Александр Чейс поступил в своем репертуаре отборной скотины и забыл про ритуал, злила еще сильнее. Или же не забыл, а просто не явился, посчитав, что в ясное воскресное утро можно найти дела важнее, чем разрыв брачной нити с бывшей невестой.

Святой отец, взявшийся развязать нить, что-то тихо обсуждал с парой, верно, будущими молодоженами, и изредка бросал на меня сочувственные взгляды. Когда разговор закончился, он вернулся к ритуальному алтарю. Было очевидно, что Алекс не явится и я жду из чистого упрямства.

— Возможно, лучше отложить? — мягко предложил храмовник.

— А одна я не могу провести ритуал? — на всякий случай уточнила я.

— Развязать нить может только тот, кто завязал.

— Хорошо. Мы вернемся попозже, святой отец, — наступив себе на горло, сдалась я. — Сейчас найду эту скот… бывшего жениха.

Почти развернулась, и тут мне в голову пришла логичная мысль.

— Святой отец, — даже не пытаясь скрыть недовольство в голосе, обратилась к священнику. — А как быть с теми, кому брачную нить вместо женихов повязывают поверенные? Мою прабабку, например, отдали замуж заочно. Если бы она решила разорвать помолвку, что тогда?

Возникла странная пауза. Святой отец ошарашенно моргнул и с нажимом повторил, как восточную мантру:

— Кто нитку завязал, тому ее и развязывать!

— То есть без жениха отказываетесь?

— Имейте совесть, юная леди! — возмутился он. — Кто приходит в святой храм со своим уставом?

— Так если ваш нелогичен и нежизнеспособен?

У храмовника сделалось такое лицо, что стало ясно: лучше заткнуться и уйти по-хорошему, иначе придется ехать в столичный храм, где проходил ритуал обручения, а в Ос-Арэте меня предадут анафеме и не испытают ни капли жалости.

— Извините, святой отец, — покаялась я. — Вы правы. До встречи.

Пыхтя как забытый на горячем очаге чайник, я вырвалась из храма в оглушительно холодный и солнечный день. Напоминая дракона, выдохнула раздражение вместе с густым облаком влажного пара, и быстро спустилась по многочисленным ступенькам святилища на храмовую площадь.

Через некоторое время я выбиралась из наемного экипажа перед общежитием Ос-Арэта. По дороге мне удалось накрутить себя до такого состояния, что хотелось стянуть с ноги туфлю и настучать Алексу по голове.

Пересекая ледяной двор, я с наслаждением представляла, как устрою бывшему жениху взбучку и за неимением любимой кочерги просто переверну пару стульев. Потом он побежит в храм рысцой, а я из окна кареты буду подгонять эту забывчивую сволочь хлыстом. Упоительная фантазия! Лучше той, где я колотила окна в поместье у Чейсов.

В корпусе, как и обычно, было суетливо, а из окна открывался потрясающий вид на залитые солнцем скалы. Выяснять, где поселился бывший жених, пришлось у информационной доски. Думала, что Алекс вскарабкался на самые высокие этажи корпуса, где находились элитные апартаменты для капризных богатеньких отпрысков, в общем, для таких, как мы, но его комната располагалась на скромном пятом этаже.

Теряя надежду, я несколько раз сердито постучалась прежде, чем щелкнул замок и дверь открылась. Алекс был помятым, заспанным и очень злым. По-хорошему, я никогда в жизни не видела его в таком разобранном состоянии: всклокоченным, с темными кругами под глазами и бледным как смерть.

— Ты забыл явиться в храм! — рыкнула я и, едва не сметя его с пути, ворвалась в комнату. — Поверить не могу, что ты меня обманул! Я два часа ждала в холоде!

Комната оказалась такой же тесной, как у Ноэля. Белье на разобранной кровати было смято комом, на полу валялись вещи: брюки, спортивная форма. Резко пахло ментолом и камфарой. На письменном столе стояла бутылка с остатками воды, открытый флакон с каким-то неведомым снадобьем и кружка.

— Алекс, — осторожно обернулась я, — все в порядке?

— Извини, я проспал, — произнес он таким сиплым голосом, словно в горле у него проскрипели ржавые шестерни. — Сейчас соберусь.

Неожиданно он хрипло закашлялся, прикрывая рот кулаком, и болезненно поморщился. Нахмурившись, я быстро к нему приблизилась и прислонила к влажному горячему лбу ладонь. Кожа была как кипяток.

— Господи, да ты горишь!

— Все хорошо. — Он отвел мою руку. — Поедем в храм.

— Да к демону храм, у тебя жар! — возмутилась я и начала поспешно стягивать верхнюю одежду. — Как ты умудрился заболеть? Ты же никогда даже насморком не страдал! Самостоятельная жизнь подкосила, да?

— А ты умеешь выбрать момент, чтобы съязвить, — нашел он в себе силы огрызнуться.

— Вызывал семейного знахаря? Он выписал снадобья?

— Шарлотта, — остановил он меня.

— Что?

— Я взрослый мужчина и вполне способен позаботиться о себе сам, — попытался отбрить меня Алекс, но немедленно схватился за стену, стараясь удержать равновесие.

— То есть семейного знахаря ты не вызывал, — сделала я вывод. — Хорошо, тогда просто позову лекаря из лазарета. Он осмотрит тебя даже бесплатно. Или ты все-таки не забыл забрать из библиотеки шкатулку с ключом от своего сейфа и деньги — не проблема?

— Не проблема, — буркнул он.

— Благослови боже гибкие принципы, — наигранно помолилась я. — Иначе ты не выжил бы.

— Так и будешь ехидничать?

— Да! — издевательски развела я руками. — Из нас двоих ты ушел из дома и заболел, как ребенок. Живо в кровать! Нет, постой! Надо белье поменять. У тебя есть белье на смену?

— Ты умеешь заправлять кровать? — хмыкнул он, пытаясь размять шею. Видимо, от жара ломило мускулы и скручивало суставы.

— Нет, — честно призналась я, — поэтому не обессудь, если выйдет паршиво.